Ульяна замерла у ворот детского сада, сжимая в руках зонт. Дождь только что закончился, и от земли поднимался густой прелый запах. Она снова чуть не опоздала в садик, но сегодня решила не подключать Соню: вчера та всё же накормила Варю пиццей. И о чём она только думала??? Кормить ребёнка пиццей, да ещё покупной!
-Ульяна?
Голос, окликнувший её, был ей незнаком. Ульяна оглянулась, и, встретившись взглядом с мужчиной в кожаной куртке, обомлела: Максима она узнала сразу.
-Ты?
Она не смогла скрыть своего удивления. И мысли тут же сложились цепочкой: Максим не мог знать, в какой садик ходит Варя. А это значит, что эта безмозглая Соня всё же ему проболталась!
Максим улыбнулся, словно по-настоящему рад её увидеть.
-Как видишь. Что, совсем не изменился?
Ульяна знала, какого он ждёт ответа. И, конечно, он изменился: она помнила его длинноволосым мальчишкой в драных джинсах. Сейчас Максим выглядел совершенно иначе: да, куртка и мотоциклетный шлем в руках не говорили ни о чём хорошем, но одежда была явно качественной, улыбка белоснежной, а цвет лица говорил о том, что Максим ведёт себе вполне себе здоровый образ жизни.
-Не изменился, – холодно ответила Ульяна. – Что ты здесь делаешь?
-Хотел увидеть дочь.
Можно было сразу ему сказать, что он не имеет никакого отношения к Варе. Но поверит ли он? Максим может решить, что Ульяна специально так говорит, чтобы от него отвязаться. Нет, этот козырь она прибережёт на потом.
-Ты вспомнил, что у тебя есть дочь? – язвительно спросила она.
-Я и не забывал.
Максим смотрел прямо и не прятал глаза. Это бесило Ульяну: если бы он начал нападать или, наоборот, извиняться, она бы нашла, как его ужалить. Но Максим был спокоен и не говорил ничего такого, за что можно было зацепиться.
-Она не знает тебя, – с раздражением произнесла Ульяна. – И недавно потеряла мать. Если ты…
-Я просто хочу познакомиться с ней, – мягко произнёс Максим, внезапно прикоснувшись к руке Ульяны. – Позволь мне просто её увидеть.
Отступать было некуда. Если он вздумает прорваться, это только напугает Варю. А этого Ульяна не может допустить.
-Ладно, – поморщилась она. – Жди здесь.
Пришлось сказать Варе, что внизу их ждёт мамин старый знакомый. Варя выслушала внимательно, уточнила, как его зовут, и сказала упрямо:
-У мамы таких знакомых не было.
-Если он тебе не понравится, сразу уйдёт, – пообещала Ульяна.
-Хорошо. Не люблю чужеземцев.
-Чужаков, – поправила Ульяна. – Чужеземцы – это те, кто приехал из другой страны.
-Например, из Австралии?
-Например, из Австралии, – улыбнулась Ульяна.
Когда они спустились, Максим явно волновался. В руках у него был подарочный пакет.
«Мягкая игрушка или кукла, – подумала Ульяна. – Какая банальность!».
-А у меня нет сегодня дня рождения, – сообщила Варя Максиму.
-Знаю, – улыбнулся он. – Просто захотелось сделать тебе подарок.
Варя оглянулась на Ульяну. Та кивнула: бери, раз дают. Девочка заглянула в пакет и ахнула:
-Гитара! Я как раз такую хотела.
Ну, конечно! Как Ульяна раньше об этом не догадалась?
-Спасибо, – сказала Варя. – А ты покажешь, как на ней играть?
-Покажу. Если позовёте в гости.
Варя снова оглянулась на Ульяну.
-Можно?
-Я уверена, что дядя Максим спешит.
-Я не спешу!
Только этого не хватало…
-Ты поедешь с нами на машине? – спросила Варя.
-Нет, я на мотоцикле. Догоню вас.
-На мотоцикле? Как здорово!
Ульяна поняла: эту битву она проиграла.
-Знаешь, куда ехать? – процедила она.
Максим кивнул.
По дороге домой она не могла отругать Соню: при Варе не хотелось закатывать скандал. Поэтому она просто позвонила и сообщила:
-Жди гостей.
-Да? – обрадовалась Соня.
-Максим встретил нас у сада.
-Реально?
Она ещё притворяется, будто ничего не знает!
-Реально, – с раздражением ответила Ульяна. – Всё, я за рулём.
Мотоцикл Максима держался неподалёку, и Варя всё время пыталась выглянуть в окно и помахать ему рукой.
«Ну, ничего, – размышляла Ульяна. – Я ещё найду на него управу».
Сегодня в обеденный перерыв она встретилась с Глебом. Тот обещал раскопать всю подноготную, а учитывая прошлое Максима, доказать в суде, что он никудышный отец – проще простого. А насчёт отцовства Глеб сказал:
-Надо бы сделать сначала тест без его ведома, чтобы знать, от чего исходить. Если окажется, что он всё же отец, лучше не заводить об этом тему.
-А как сделать анализ? Волос украсть?
-Я узнаю и сообщу тебе, – пообещал Глеб.
Жаль, что Ульяна сейчас не знает – можно было бы снять волос с его одежды, например. Может, так и сделать?
Соня встретила Максима так, словно бы и не общалась с ним и не выдавала адрес садика. Принялась говорить неестественно писклявым голоском и удивляться, как он изменился.
-А вот ты совсем не изменилась, – сказал он. – Всё такая же похитительница мужских сердец.
-Ой, да ладно тебе! – захихикала Соня.
Ульяна знала, что после тяжёлого расставания в прошлом году Соня вообще избегала любых свиданий. Да и сердцеедкой она не была. Но сейчас кокетничала с Максимом так, словно забыла, кто он такой.
Пришлось терпеть Максима за ужином и вести с ним светские разговоры. Он закидал Ульяну вопросами: как у неё с работой, где сейчас мама, восхищался домом и тем, какая Варя развитая. Соня всё время пыталась вставить своё слово, выпячивая собственные заслуги.
Гитара в руках Вари казалась огромной, пусть она и была детской. Да и держала Варя её неправильно, но Максим аккуратно поправил её пальцы на струнах.
-Вот так, не дави сильно – просто проведи сверху вниз.
Девочка сосредоточенно провела по струнам. Раздался дребезжащий, но уже более мелодичный звук.
-Получилось! – она засмеялась и тут же ударила ещё раз, уже увереннее.
Соня, усевшаяся перед Варей с Максимом, улыбнулась:
-Ну надо же, у нас растёт рок-звезда! Макс, может, и меня научишь?
Он бросил на неё довольный взгляд.
-Ну, посмотрим-посмотрим. Вообще-то, я отличный учитель!
Ульяна, стоявшая у окна со скрещёнными руками, не смогла сдержать едкое замечание:
-Да мы в курсе, чему ты можешь ещё научить.
На секунду в комнате повисла тишина. Максим не стал огрызаться. Вместо этого он тихо сказал Варе:
-Попробуй ещё разок, ладно? Тётя Соня посмотрит, как ты играешь. А я пойду помогу тёте Уле на кухне.
Соня недовольно надулась, а Ульяна молча прошла на кухню. Максим шёл следом. Закрыв за собой дверь, Ульяна сказала:
-Чего ты от нас хочешь?
-Я знаю, что ты обо мне думаешь, – Максим снова смотрел ей в глаза и говорил спокойно, без наезда и заискиваний. – И ты права – я не святой, и наделал много ошибок. Мне жаль, что я так поступил с Ирой, но время не повернуть назад, правда? Я не хочу никому портить жизнь. Просто хочу узнать свою дочь поближе.
Ульяна не ожидала такой прямоты. Она привыкла к тому, что люди либо оправдываются, либо злятся.
-Варе сейчас и без того нелегко. Не нужно нарушать её режим, это плохо скажется...
-Нет, ты совсем не изменилась! – вдруг рассмеялся Максим. – Я всегда восхищался этой твоей способностью всё структурировать и приводить в порядок. И Иришка восхищалась. Мы никогда не были такими правильными. Режим, распорядок… Готов поспорить, Соня с ума сходит, ведь так?
Смеялся он искренне, и в его словах не было превосходство, какое бывало у Сони, когда она указывала на манию Ульяны всё подчинять правилам.
-Ира правда мной восхищалась?
После того как Ульяна прочла дневник сестры, её вера в себя сильно пошатнулась. А слова Максима внушали надежду.
-Правда, – кивнул он. – Когда я… В общем, когда она уезжала, так и сказала: Уля всё решит, с ней мне не будет страшно.
Пришлось отвернуться, чтобы Максим не увидел её слёз.
-Один неверный шаг, Максим, и ты больше её не увидишь, – сказала Ульяна, стараясь придать своему голосу твёрдости.
-Обещаю. Я не сломаю ещё одну жизнь.
И к её удивлению, это прозвучало как обещание. А не как очередная ложь.