Найти в Дзене

Он поехал на охоту с новыми снастями. А я - четвертый год в тех же сапогах

— Сашка, опять удочки покупаешь? — Катя даже не подняла глаз от кухонной раковины. — Да так, спиннинг один приглянулся... — буркнул он, пряча пакет за спину. А она уже знала. По походке. По тому, как он ключи в замке поворачивал — слишком тихо, слишком осторожно. Как преступник какой-то. Пятнадцать лет они прожили вместе. Пятнадцать! И все эти годы один и тот же сценарий: Саша покупает — Катя экономит. Он тратит — она латает дыры в бюджете, как прохудившиеся носки. Привычная игра в одни ворота Утром он уезжал на работу на своей машине — джип солидный, для бездорожья. Мол, на рыбалку же ездить надо! А она на автобусе... — Зачем тебе машина? — говорил Саша. — У тебя же работа рядом с домом. Рядом с домом — это полчаса пешком по грязи весной и по гололеду зимой. Но ладно. Можно и пешком. Его хобби росли как сорняки после дождя. Сначала просто рыбалка была — ну мало ли, мужик же! Потом спиннинги специальные понадобились. Потом лодка. Потом мотор к лодке. Потом эхолот... А потом еще и охота

— Сашка, опять удочки покупаешь? — Катя даже не подняла глаз от кухонной раковины.

— Да так, спиннинг один приглянулся... — буркнул он, пряча пакет за спину.

А она уже знала. По походке. По тому, как он ключи в замке поворачивал — слишком тихо, слишком осторожно. Как преступник какой-то.

Пятнадцать лет они прожили вместе. Пятнадцать! И все эти годы один и тот же сценарий: Саша покупает — Катя экономит. Он тратит — она латает дыры в бюджете, как прохудившиеся носки.

Привычная игра в одни ворота

Утром он уезжал на работу на своей машине — джип солидный, для бездорожья. Мол, на рыбалку же ездить надо! А она на автобусе...

— Зачем тебе машина? — говорил Саша. — У тебя же работа рядом с домом.

Рядом с домом — это полчаса пешком по грязи весной и по гололеду зимой. Но ладно. Можно и пешком.

Его хобби росли как сорняки после дождя. Сначала просто рыбалка была — ну мало ли, мужик же! Потом спиннинги специальные понадобились. Потом лодка. Потом мотор к лодке. Потом эхолот... А потом еще и охота началась.

— Катюх, я с мужиками договорился, путевки на кабана берем!

— Сколько? — спрашивала она, уже зная, что не понравится ответ.

— Да так, немного... тридцать тысяч всего.

Всего. Как легко он это говорил! А она в этот момент прикидывала: тридцать тысяч — это месяц на продукты для всей семьи. Или новое пальто, которое она уже второй год собиралась купить взамен того, что на локтях протерлось.

Катя стала мастером экономии. Виртуозом!

Могла из трех картошек и полкило фарша накормить семью так, что все сыты будут. Научилась покупать одежду в секонд-хенде — и ничего, нормально выглядела. Косметику брала самую дешевую, а то и вовсе без нее обходилась.

— Ты что-то бледная, — иногда замечал Саша.

А как не быть бледной, если витамины — это роскошь? Если на парикмахерскую денег нет, а стрижешься сама, глядя в зеркало?

Но она молчала. Терпела. Сохраняла мир в семье, как семейную реликвию.

А тем временем в гараже появлялись новые снасти. В шкафу — камуфляжная одежда. На столе — каталоги рыболовных и охотничьих магазинов, которые он изучал с таким же азартом, с каким она когда-то читала любовные романы.

— Саш, а может, поедем куда-нибудь вместе? — осмелилась однажды предложить она. — Отпуск же скоро...

— Да у меня турнир по рыбалке! Важный такой, призовой фонд большой!

Призовой фонд... Который он, конечно, не выиграет. Но взнос за участие заплатит — это святое.

Катя чувствовала, как внутри нее что-то медленно умирает. Не любовь — нет, любовь была крепкая, как старый дуб. Умирало что-то другое. Уважение к себе, может быть. Или просто... надежда.

Она стала замечать, как завидует подругам. Не деньгам их — просто тому, что мужья с ними советуются. Спрашивают мнение. Учитывают желания.

— А мой вчера говорит: «Люба, давай холодильник поменяем, старый уже совсем». Представляешь? САМ предложил! — делилась подруга.

Катя кивала и думала: когда в последний раз Саша спросил, что ей нужно? Когда интересовался ее желаниями?

Никогда.

А потом случилось то, что случилось.

Саша пришел домой довольный, как кот после сметаны:

— Катюх, я лодку новую заказал! Представляешь, алюминиевая, непотопляемая!

— Сколько? — спросила она машинально.

— Сто двадцать тысяч. Но это же инвестиция! Она лет двадцать прослужит!

Катя стояла у плиты и мешала суп. Самый простой суп — из того, что было. И вдруг поняла: больше не может.

Просто... не может.

— Саша, — сказала она, не оборачиваясь. — А ты знаешь, сколько я трачу на еду в месяц?

— Ну... — он задумался. — Тысяч пятнадцать-двадцать?

— Тридцать. Тридцать тысяч на троих.

Она повернулась к нему. И он вдруг увидел — впервые за долгое время по-настоящему увидел — как она выглядит. Потертая домашняя одежда. Усталые глаза. Руки, которые явно давно не знали хорошего крема.

— А ты знаешь, когда я последний раз покупала себе что-то не из необходимости? — продолжала Катя ровным голосом. — Не помнишь? Я тоже не помню.

— Катюх, ну при чем тут...

— При том! — И тут что-то в ней сломалось. — При том, что я уже забыла, каково это — хотеть что-то для себя! Я забыла, что такое — мечтать о чем-то, кроме того, как растянуть деньги до зарплаты!

Саша открыл рот, но она не дала ему сказать ни слова:

— Ты покупаешь лодку за сто двадцать тысяч, а я... я уже полгода не могу решиться купить сапоги! Потому что старые еще носятся, хоть и промокают. А у тебя лодка — это «инвестиция»!

Голос ее дрожал. Пятнадцать лет молчания выливались наружу, как прорвавшаяся плотина:

— Я устала быть невидимой в нашей семье! Устала от того, что мои потребности — это прихоть, а твои — необходимость!

Саша стоял как громом пораженный. Впервые за все годы брака он видел жену... не жену. Человека. Отдельного человека с собственными желаниями и болью.

— Катя, я... я не думал...

— Вот именно! Не думал! — В ее голосе звучали слезы. — А я думала. За нас двоих. Я считала каждую копейку, я экономила, я молчала... А ты даже не замечал!

Повисла тишина. Такая звенящая, что казалось — даже часы перестали тикать.

— Саш, — сказала она тише. — Мне не нужны твои лодки и удочки. Мне нужно, чтобы ты видел меня. Чтобы мое мнение что-то значило. Чтобы я была партнером в этой семье, а не... не прислугой, которая должна обеспечивать твои хобби.

И он понял. Наконец-то понял...

Первой реакцией была, конечно, защита. Как у всех мужчин, наверное:

— Да я же для семьи стараюсь! Работаю, деньги зарабатываю! А рыбалка — это мой способ расслабиться!

— Для семьи? — Катя усмехнулась горько. — Саш, а ты посчитай. Посчитай, сколько ты за год на свои хобби тратишь. И сколько на нас с тобой.

Он хотел возразить, но... но цифры — вещь упрямая. И когда он честно подсчитал — ужаснулся. Лодки, удочки, снасти, бензин на поездки... Да это же больше трехсот тысяч в год выходило!

А на жену? На общие развлечения? На то, чтобы просто вместе куда-то съездить?

Ноль целых, ноль десятых.

— Катюха, — сказал он тихо. — Прости. Я действительно... я не думал.

Она стояла спиной к нему, плечи дрожали. Пятнадцать лет — это много. Очень много, чтобы простить вот так просто.

— Знаешь, что самое обидное? — не оборачиваясь, сказала она. — Не деньги даже. А то, что ты не спрашивал. Ни разу не спросил: «Катя, а тебе что нужно? О чем ты мечтаешь?»

И тут Саша впервые за много лет задал этот вопрос:

— Катя... О чем ты мечтаешь?

Она обернулась. Глаза красные, но уже без слез:

— Знаешь... Я мечтаю съездить к морю. Просто посидеть на берегу, послушать волны. Купить себе красивое платье — не потому, что старое износилось, а потому что просто нравится. Сходить в театр... Мы же ни разу не были в театре за все годы!

Как же это было просто! И как же он этого не видел?..

— А еще, — продолжала она, — мне хочется, чтобы мы вместе решали, на что тратить деньги. Чтобы я была не просто той, кто считает копейки, а... партнером.

— Давай, — сказал он. — Давай завтра сядем и все распланируем. Честно. По-справедливому.

Они сидели за кухонным столом с блокнотом и калькулятором.

— Итак, — Саша водил ручкой по бумаге. — Обязательные расходы: коммуналка, еда, транспорт...

— На еду давай сорок тысяч заложим, — сказала Катя. — Чтобы нормально питаться.

— Хорошо. А на личные расходы каждому — по пятнадцать тысяч в месяц. Справедливо?

Катя кивнула. Пятнадцать тысяч в месяц лично на нее! Когда она последний раз располагала такой суммой?

— А крупные покупки — только вместе обсуждаем, — добавила она. — Что-то больше двадцати тысяч — это решение вдвоем.

— Договорились.

Саша отложил ручку и посмотрел на жену:

— Катюх, а давай в следующем месяце махнем в Сочи? На недельку?

Она улыбнулась. Впервые за долгое время — искренне, светло:

— Давай.

...

Изменилось не все сразу, конечно. Привычки — штука цепкая. Саша по-прежнему любил рыбалку, но теперь планировал расходы заранее. И обязательно спрашивал: «Катюх, а тебе что купить?»

А Катя... Катя словно ожила. Купила себе красивое пальто — синее, с поясом. Записалась на курсы английского — давняя мечта! И даже сделала новую стрижку.

— Ты красивая стала, — сказал однажды Саша.

— Я и раньше была красивая, — улыбнулась она. — Просто ты не замечал.

Он обнял ее:

— Больше не буду таким слепым. Обещаю.

И знаете что? Семья стала... легче что ли. Будто гиря какая-то с плеч свалилась. Они снова начали разговаривать. Не о делах, не о проблемах — просто разговаривать. Мечтать вместе. Планировать.

А недавно Катя сказала:

— Саш, а давай я тоже найду себе хобби? Хочу керамикой заняться.

— Давай! — ответил он без раздумий. — В бюджет заложим.

༄༄༄༄༄༄༄༄༄༄༄༄༄༄༄༄༄༄

А как у вас в семье с финансами? Есть ли равенство в тратах, или кто-то один решает, на что тратить деньги? Поделитесь в комментариях 👇

Также вам может быть интересно: