Она вырвалась на склон горы, залитый холодным светом луны, как раз когда главный купол храма с грохотом провалился вниз, увлекая за собой колонны и стены. Гул под землей не стих, он стал глубже, ритмичнее – как биение огромного, разбуженного сердца. Над руинами взметнулся столб пыли, смешанной с синими и багровыми всполохами энергии.
Айвин стояла, опираясь на колено, задыхаясь. Ладонь, где лежал осколок, пылала болью, сквозь мешочек чувствовалось его жаркое пульсирование. Она сорвала печать. Не полностью. Но пробудила то, что было заперто. Иммар не была освобождена, но ее Гнев был выпущен на волю. Печать была повреждена, ключ – в руках Айвин.
Она огляделась. Ни Амрика, ни его компаса видно не было. Выбрался? Погиб? Или был унесен Камнерожденными? Орден Пламени уже знает. Тени в пурпуре уже в пути.
Айвин сжала мешочек с осколком. Боль была напоминанием. Правда о смерти отца была лишь первой ступенью. Теперь ей нужно было узнать всю правду. Кто такая Иммар? Кто и зачем ее заточил? Что за сила бьется в этом осколке? И как остановить то, что она выпустила, если это окажется непоправимым злом? Или… как использовать это против настоящих врагов?
Она посмотрела на багровый отсвет, мерцающий над руинами храма Спящей Горы. Спящей больше не было. Начиналась Охота. Охота за правдой, за силой, за выживанием. Роман, начавшийся в пыли древнего храма, только разворачивал свои страницы. Айвин повернулась и шагнула в ночь, навстречу теням и опасностям, держа в руке осколок древнего сердца и тяжесть своего выбора.