— Ты же не будешь жадной? Отдай племяннику свою долю в бизнесе! — мамин голос дрожал, но я знала: за этим стоит брат.
Я вспоминала эти слова матери, сказанные ею неделю назад, и нервно постукивала пальцами по столешнице, глядя на часы. До встречи оставалось пятнадцать минут, но я знала, что брат придет раньше – он всегда так делал, когда хотел застать меня врасплох. Три года я строила свою сеть кофеен "Амаретто" – от первой крошечной точки в бизнес-центре до десяти уютных заведений по всему городу. Это был мой проект, моя жизнь, моя свобода.
Звонок в дверь раздался ровно в тот момент, когда я поставила на стол папку с документами.
– Евгения! – голос брата звучал преувеличенно радостно. – Как я рад тебя видеть!
Дверь распахнулась, и Виктор влетел в мой офис, а за ним – его сын Артём, мой племянник. Двадцатидвухлетний выпускник экономического факультета смотрел на меня с той особой снисходительностью, которую молодые люди его возраста часто путают с уверенностью.
– Проходите, – я указала на кресла. – Кофе?
– Твой фирменный, с корицей, – Виктор потер руки и подмигнул сыну. – Чтобы Артём оценил, чем будет управлять.
Я сделала вид, что не заметила последнюю фразу, и включила кофемашину.
– Тётя Женя, – начал Артём, расположившись в кресле так, будто уже сидел в моем кабинете, – папа рассказал мне о ваших с бабушкой разговорах. Я подготовил целую презентацию по оптимизации бизнес-процессов в "Амаретто".
Брат ликовал. Его улыбка стала еще шире, когда Артём извлек из портфеля планшет и начал рассказывать о своем видении будущего моей компании. Я слушала, как он говорил о "переформатировании концепции" и "агрессивном масштабировании", и понимала, что он не имеет ни малейшего представления о реальном положении дел.
– Я уже говорил с инвесторами, – с гордостью заявил Виктор, когда сын закончил. – Они готовы вложиться, если Артём возьмет управление. Мама тоже считает, что тебе нужна помощь. Ты же знаешь, что семейный бизнес должен оставаться в семье.
– А я разве не семья? – спокойно спросила я, расставляя чашки с кофе.
– Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду, – Виктор отмахнулся. – Ты женщина, тебе нужно думать о личной жизни, о детях. А Артём – будущее нашей семьи. Мама очень переживает за тебя, Женя. Ты совсем заработалась.
Я видела, как племянник уже представлял себя во главе моего дела. Его глаза блестели от предвкушения. Он был уверен, что с его дипломом и амбициями сможет за пару месяцев превратить мою "провинциальную сеть" в федеральный бренд.
– Хорошо, – сказала я, делая глоток кофе. – Я давно думала о том, чтобы привлечь молодую кровь в бизнес.
Виктор и Артём переглянулись с торжествующими улыбками.
– Я знал, что ты поймешь! – воскликнул брат. – Мама будет так рада!
Я открыла папку и достала контракт – тот самый, который подготовила еще неделю назад, когда мама по телефону намекнула на планы Виктора.
– Вот условия, – я положила документ перед племянником. – Ты получаешь должность управляющего директора с испытательным сроком в шесть месяцев и право на 10% акций компании. Но только если выполнишь план: увеличишь прибыль на 30% за этот период.
– Что? – Виктор схватил контракт. – Только 10%? И то при условии? Это нечестно!
– Честно – это когда ты не подсовываешь маме свои идеи о том, как мне управлять моим же бизнесом, – холодно ответила я. – Честно – это когда ты не используешь ее беспокойство, чтобы получить контроль над тем, что создала я. Если Артём настолько гениален, как ты утверждаешь, 30% роста для него – пустяк.
– Я согласен, – неожиданно сказал Артём, выхватывая контракт из рук отца. – Я докажу, что твои методы устарели, тётя Женя. Через полгода ты будешь благодарить меня.
– Артём, подожди... – начал было Виктор, но сын уже поставил размашистую подпись на документе.
– Все честно, папа, – сказал он с самоуверенной улыбкой. – Я справлюсь. Тётя Женя еще не видела настоящего бизнеса.
***
Прошел месяц. Я наблюдала, как Артём с энтузиазмом взялся за дело. Первым, что он сделал, была полная смена интерьера в трех кофейнях. Дорогой дизайнер, модная мебель, новое оборудование – все это стоило огромных денег, которых в обороте не было.
– Нам нужен кредит, – заявил он на совещании. – Я договорился с банком на хороших условиях.
– Ты уверен, что это необходимо? – спросила я. – Наши клиенты любят "Амаретто" за уют и домашнюю атмосферу, а не за модный интерьер.
– Доверься мне, – он отмахнулся, как от надоедливой мухи. – Современный бизнес требует современных решений.
Я подписала кредитный договор, понимая, что это часть урока, который должен получить Артём. Через две недели стало ясно, что ремонт отпугнул постоянных клиентов, а новые не спешили заполнять пустующие места.
Второй месяц Артём решил "оптимизировать" поставки. Он разорвал контракты с небольшими местными фермами, которые поставляли нам свежие продукты, и заключил договор с крупным оптовиком.
– Это снизит наши расходы на 15%! – с гордостью объяснял он.
Через неделю в трех кофейнях закончилось молоко – оптовик не справился с графиком поставок. Еще через несколько дней клиенты начали жаловаться на качество выпечки – мука оказалась не того сорта, что нужен для наших фирменных десертов.
К концу третьего месяца выручка упала на 40% по сравнению с тем же периодом прошлого года. Артём начал паниковать и менять стратегию каждую неделю: то запускал агрессивную рекламу, то нанимал консультантов, то урезал зарплаты персоналу, вызывая массовые увольнения.
***
Однажды вечером, когда я проверяла отчеты в своем кабинете, дверь с грохотом распахнулась. На пороге стоял Виктор, красный от гнева.
– Ты! – он ткнул в меня пальцем. – Ты специально все это подстроила! Ты подставила моего сына!
– О чем ты говоришь? – спокойно спросила я, хотя прекрасно понимала причину его ярости.
– Не притворяйся! – он бросил на стол пачку бумаг. – Эти долги! Эти контракты! Ты знала, что он не справится! Ты должна была его остановить!
– Я не его мама и не его учитель, – ответила я, собирая разбросанные документы. – Он взрослый человек, который захотел управлять бизнесом. Я дала ему такую возможность на четких условиях.
– Ты знала, что он наделает ошибок!
– Конечно, знала. Как и ты, когда подталкивал его к этому. Разница лишь в том, что я подготовилась.
Я достала из ящика стола папку и протянула ему отчет независимого аудитора.
– Вот полный анализ всех решений, которые принял Артём, и их последствий. Он развалил бы бизнес полностью, если бы продолжил. Теперь у компании долг перед банком – тот самый кредит, который взял твой сын. По условиям нашего контракта этот долг – ваша ответственность.
– Что?! – Виктор листал страницы отчета, не веря своим глазам.
– Пункт 8.3 контракта, который так поспешно подписал Артём, – я указала на документ. – При невыполнении плана и нанесении ущерба компании все издержки компенсируются лично управляющим директором или его поручителем, которым ты выступил.
Виктор побледнел.
– У меня нет таких денег, Евгения.
– Есть другой вариант, – я протянула ему еще один документ. – Ты можешь передать мне свою долю в семейной недвижимости – той самой, которую ты получил от мамы и которую так не хотел со мной делить.
Он смотрел на меня с нескрываемой яростью и удивлением.
– Ты... ты все это спланировала с самого начала.
– Нет, Виктор. Я просто защищала то, что создала своими руками. Это ты спланировал забрать мой бизнес, используя маму и своего неопытного сына. Я лишь подготовилась к этому.
Через неделю все документы были подписаны. Виктор передал мне свою долю в семейной недвижимости в счет погашения долга. Артём, с трудом признав поражение, принял предложение поработать в международной компании в Азии – "набираться опыта", как он сам это назвал.
***
Я встретилась с мамой за чашкой чая в моей любимой кофейне "Амаретто" на набережной.
– Ты могла бы просто сказать мне правду, – тихо произнесла она, глядя на речную гладь за окном. – О том, что Виктор манипулировал мной.
– Ты бы поверила? – спросила я. – Ты всегда считала, что я слишком жесткая, а он – просто заботится обо всех нас.
Она вздохнула и взяла меня за руку.
– Я горжусь тем, что ты создала, Евгения. И мне жаль, что я не говорила тебе об этом раньше.
Я улыбнулась и сжала ее руку в ответ. За окном шел дождь, посетители сидели в уютных креслах с чашками ароматного кофе, а бариста за стойкой колдовал над новым заказом. Моя кофейня жила своей жизнью – той самой, которую я для нее создала.
Читайте также: