Вика лежала на кровати, глядя в стену. Она успела заметить, как в палату вошла Настя и, увидев ее, не захотела оставаться здесь. Конечно, она виновата перед Настей, но когда это было? Неужели до сих пор помнит и не простила? Ведь давно замужем, видимо, счастлива, если решилась на ребенка, хотя она старше, чем Вика. Ну что ж, не хочет в одной палате, пусть лежит в другой. Надо же, какая памятливая! Вот она, Вика, уже и забыла все, что было с Сашей. Ну, то есть не совсем, конечно, забыла. Она благодарна ему за то, что он считает Эдика своим сыном, помогает ему, но она не заставляла его делать это. Он мог бы отказаться от ребенка сразу, ее родители не осудили бы его, но он решил иначе, это было его желание. А теперь у нее есть Иван, которого она любит. Да, только с ним она поняла, что значит любить. Она готова жить с ним в любых условиях, готова рисковать здоровьем, чтобы родить ему ребенка.
Вот только хватит ли этого здоровья, чтобы выносить ребенка? Последние травмы после наезда на нее все еще дают знать о себе. И хотя травмы позвоночника не было, чего опасался тогда хирург, все же ушиб его был, и теперь беременность может спровоцировать боли в спине. Но Вика готова вытерпеть все, чтобы благополучно родить ребенка. Эдик пока не знает о том, что у него будет брат или сестра, он приезжает не очень часто, да и то большую часть времени проводит с дедом. Вика, конечно, любит его, но он уже стал взрослым, как-то отдалился от нее... Интересно, как он отнесется к появлению младшего брата или сестры?
... Эдик стоял на остановке троллейбуса на перекрестке Ворошиловского и Энгельса. Это самый оживленный перекресток в центре города, но Люда любила гулять здесь, и поэтому они часто встречались на остановке, куда приезжал троллейбус от ее общежития. Эдик с волнением вглядывался в выходящих пассажиров, выискивая ее розовую мохеровую шапочку. Она была видна всегда среди всех шапок, платков, кепок, и Эдик успевал подойти к двери и протянуть Люде руку.
Троллейбус остановился, и Эдик увидел ту самую шапочку, она продвигалась к выходу. Он уже улыбался, приготовился взять руку девушки и долго не выпускать ее. Но вдруг перед самым его носом из троллейбуса выскочил курсант танкового училища с тремя нашивками на рукаве и, почти оттолкнув Эдика, протянул руку Люде. Она, смущенно улыбаясь, подала ему свою! Эдик на мгновение замер от неожиданности. Но Люда проговорила «спасибо», продолжая улыбаться курсанту, повернулась к Эдику:
- Привет! Давно ждешь?
- Да нет, недавно.
- Люда, это ваш друг? – вдруг спросил курсант. – Это к нему вы ехали?
- Да, - ответила Люда, и Эдику показалось, что она кокетливо улыбнулась ему.
Эдику стало не по себе. Почему этот курсант не уходит, почему он называет ее по имени?
- До свидания, Сережа! – сказала Люда, беря Эдика под руку.
- А куда вы сейчас? – спросил курсант. – Давайте сходим в кино! Здесь рядом кинотеатр, чего по улицам бродить, холодно и сыро.
- Мы любим гулять, когда холодно и сыро, - вдруг сказал Эдик, с вызовом глядя на курсанта. – А в кино мы будем ходить, когда состаримся.
Курсант засмеялся, глядя на Эдика снисходительно, как смотрят на младшего брата.
- Ну, тогда до свидания! – весело сказал он и пошел по улице.
- Откуда он взялся? – недовольно спросил Эдик. – И откуда он знает, как тебя зовут?
- Просто мы ехали в одном троллейбусе, он спросил, как меня зовут, я ответила.
- Вы, наверное, долго ехали, потому что он узнал не только как тебя зовут, но и что ты едешь к парню на свидание, правда?
- А что я должна была сказать ему?
В глазах Люды выразилось удивление и даже обида. Она остановилась, убрала руку от руки Эдика.
- Ты что, ревнуешь? С ума сошел?
Эдику стало немного стыдно за свои вопросы, но чувство чего-то неправильного не проходило. Он помнил взгляд, который был устремлен на Люду, и снисходительный взгляд на него.
- Ничего я не ревную, - буркнул он. – Куда пойдем?
- Давай немного погуляем, подышим воздухом, а то я целый день то в классе, то в библиотеке. А потом давай и вправду пойдем в кино!
Они гуляли, как всегда, и постепенно Эдик забыл о том курсанте, к которому он действительно приревновал Люду. Но сейчас он видел те же ласковые глаза, призывные губы, видел, что она все та же Люда! В парке они целовались, найдя одинокую лавочку подальше от центральной аллеи. Когда в парке зажглись фонари, они пошли к кинотеатру. Эдик купил билеты на последний ряд, и они снова целовались, как и две другие пары на последнем ряду.
Эдик опять хотел проводить ее до общежития, но Люда, как всегда, отказалась, говоря, что он не успеет в свое общежитие. Они расстались на остановке, договорившись снова встретиться через день.
Только оставшись один, Эдик снова вспомнил о курсанте, который может ездить на одном троллейбусе с Людой, а значит, может встречать ее, когда захочет... И ему стало как-то неуютно, зябко под серым, беззвездным небом. Он решил, что в следующую субботу поедет домой, давно не видел деда, мать.
... Наташа закончила работу, прибрала место, собралась уходить, когда в зал вошла хозяйка.
- Ты закончила? – спросила она. – Зайди ко мне.
Наташа выглянула в окно – Андрея еще не было. Она сняла халатик, надела юбку и тонкий бежевый свитерок, отправилась в кабинет, догадываясь, о чем пойдет речь.
- Садись, - предложила хозяйка, - я задержу тебя ненадолго. Скажи, ты собираешься работать у меня? Вернее, как долго ты собираешься работать?
- Я плохо работаю, Марина Алексеевна? – спросила Наташа. – Или не выполняю план?
- Дело не в этом, - ответила хозяйка, - просто я слышала, что ты собираешься открывать свой салон, а значит, у меня не будет мастера. Ты, может, хочешь кого-то из девочек переманить к себе?
Наташа встала со стула.
- Марина Алексеевна, я не знала, что вы собираете сплетни. Да, я мечтаю о своем салоне. Но кто из девочек не мечтает об этом? Салона у меня нет, и не знаю, будет ли когда-нибудь. И уж переманивать ваших девочек я не собиралась даже в мечтах. Интересно, кто же настраивает вас против меня? Может, вы просто хотите меня уволить, вот и придумали про салон? Если вам нужно, я могу уволиться хоть завтра.
Хозяйка поднялась из-за стола, подошла к Наташе.
- Нет, Наташа, ты меня устраиваешь, но я не хочу остаться без мастера внезапно. Мне не нужно свободное кресло, понимаешь?
- Если я надумаю уйти, я сообщу вам заранее, Марина Алексеевна, - ответила Наташа.
- Не обижайся на этот разговор, - закончила разговор хозяйка.
Наташа вышла от нее с неприятным чувством. Значит, кто-то из девчонок, которые работают рядом, передает все их разговоры Марине? Зачем? Неужели из зависти?
Наташа вышла на крыльцо салона, увидела машину Андрея, который уже спешил к ней.