Merhaba, друзья! В прошлой главе мы оставили наших героев в самой отчаянной ситуации. Пока Осман борется с ядом в Биледжике, армия врага подошла к самому сердцу племени Кайы – к их беззащитному стойбищу.
Аксунгар и горстка храбрецов увидели дым на горизонте. Они опоздали? Или еще есть надежда? Сегодняшняя глава – это не битва за город или за золото. Это битва за самое святое – за свои семьи, за свой очаг, за свое будущее.
Это глава о последнем рубеже, который держат не только воины, но и матери. Приготовьтесь к яростному, эмоциональному и очень жестокому сражению.
Спуск в ад
Увидев дым, Аксунгар не произнес ни слова. Его лицо, измученное бешеной скачкой, превратилось в ледяную маску. Не было времени на приказы, на тактику, на страх.
Был лишь один инстинкт, один приказ, который каждый из двухсот всадников прочел в глазах своего нового командира. Вперед! Они бросили своих измученных коней с вершины перевала вниз, по крутой, каменистой тропе.
Это было безумие. Это был не спуск, а падение. Камни летели из-под копыт, лошади спотыкались, рискуя сломать ноги, но всадники, забыв обо всем, гнали их вперед, подгоняемые самым страшным страхом на свете – страхом за своих близких.
Каждый из них мысленно уже был там, в дыму, рядом со своей женой, матерью, дочерью. Каждый молился лишь об одном – успеть. Успеть вонзить свой меч в горло врага, посмевшего поднять руку на их очаг.
Волчицы защищают своих волчат
Враг подошел к стойбищу Кайы, думая, что это легкая добыча. Командир наемников, грек по имени Фока, потирал руки — ожидал богатства и был уверен в победе. Филарет отдал приказ: уничтожить всех без жалости.
Но все пошло не так, как он планировал. Фока думал увидеть плачущих женщин и беззащитных стариков, а вместо этого наткнулся на стену. Настоящую стену из перевернутых телег, шатров и сундуков. За ней стояли женщины Кайы.
Они не плакали. В руках у них были не веретена, а луки, кухонные ножи, раскаленные кочерги и тяжелые дубины. Впереди всех была Халиме-хатун, мать Османа и вдова великого Эртугрула. У нее было спокойное лицо, но взгляд был таким сильным, что даже закаленным наемникам стало не по себе.
Рядом с ней стояли жены Тургута и Бамсы, другие женщины, чьи мужья были в пути. За ними шли старики, которые не могли идти в бой, но не собирались просто так отдавать свой дом.
Это была не просто армия. Это были волчицы, готовые защищать своих детей до последнего. Ни одна из них не собиралась отступать, даже перед лицом смерти.
Удар молота
Первые атаки наемников разбились о яростное сопротивление. Защитники сражались с отчаянием обреченных. Но силы были слишком неравны. Враги, неся потери, все же смогли прорвать баррикаду в нескольких местах.
Бой переместился внутрь стойбища. Командир Фока, смеясь, уже пробился к центральной площади, где сгруппировались последние защитники во главе с Халиме-хатун.
– Сдавайтесь, старая ведьма! – прокричал он, предвкушая победу. – И я, возможно, подарю вам быструю смерть!
– Воины Кайы не сдаются! – гордо ответила Халиме, натягивая тетиву своего лука.
Это был конец. Еще мгновение, и последние защитники пали бы. Но в этот самый момент земля содрогнулась от топота сотен копыт. И с оглушительным, нечеловеческим ревом, полным ярости и боли, в тыл ошеломленным наемникам врезался отряд Аксунгара.
Это был не бой. Это был удар молота. Воины Кайы, увидевшие, что враг уже у их шатров, рядом с их семьями, обезумели. Они не брали пленных. Они просто убивали, рубили, кромсали врага, который еще секунду назад считал себя победителем.
Аксунгар, как ангел мщения, прорубил себе дорогу через строй врагов и оказался прямо перед Фокой, который застыл с открытым ртом, не веря своим глазам.
Цена спасения и новая клятва
Битва была короткой и страшной. Армия наемников, зажатая с двух сторон и атакованная с тыла, была полностью уничтожена. Мало кому удалось бежать. Стойбище было спасено. Но цена была высока. Несколько женщин и стариков лежали мертвыми, многие были ранены.
Радость спасения смешалась с горечью потерь. Воины, спешившись, бежали к своим шатрам, искали своих родных, обнимали их, плача от облегчения и ужаса пережитого. Бамсы нашел свою жену Хафсу. Она была ранена в плечо, но жива. Он подхватил ее на руки, как ребенка, и, уткнувшись в ее волосы, впервые за много лет позволил себе заплакать.
Аксунгар стоял посреди этого хаоса, среди дымящихся руин и тел врагов. Он выполнил свой долг. Он спас их. К нему медленно подошла Халиме-хатун. Она посмотрела на него долгим, пронзительным взглядом. В ее глазах больше не было ни тени сомнения.
Она подходит к Аксунгару, смотрит на него долгим, пронзительным взглядом, и говорит, делая акцент на духовном, а не кровном родстве:
«Эртугрул-бей учил нас, что братство по оружию крепче кровного. Сегодня он смотрел бы с небес и видел двух своих верных сыновей. Одного, что отдал жизнь за брата. И другого, что спас все племя. Он гордился бы вами обоими, Аксунгар»
Она положила свою старческую руку ему на плечо. Для Аксунгара это прикосновение было дороже всех наград. Это было прощение. Это было принятие. Это было рождение заново. Он опустился на одно колено перед матерью своего вождя, и в этот момент дал новую клятву. Не для искупления. А для служения.
Друзья, что за битва! Какая отвага! Наши герои успели. Они спасли свой дом, свое будущее. А женщины Кайы, во главе с великой Халиме-хатун, показали, что их дух не сломить никакой армии.
И Аксунгар… он прошел свой путь до конца и из пепла своего прошлого возродился настоящим героем и командиром.
Стойбище спасено. Но какой ценой? И что теперь будет делать Осман, когда очнется и узнает обо всем? И как ответит Филарет, чей второй план так же провалился?
Война еще далеко не окончена. В 10-й части мы вернемся в Биледжик, где борьба за жизнь Османа и будущее государства продолжается. До скорой встречи!