Мэри открыла глаза и тут же снова зажмурилась. Вокруг царил густой сумрак, в котором плыли отсветы расставленных на всех видимых поверхностях фонарей и танцевали высокие огненные свечки. Она напрягла зрение, пытаясь разглядеть знакомые очертания, но ни узкая кровать с каким-то невероятно обволакивающим покрывалом, ни высокий сундук на противоположной стене, ни фигура высокой и статной женщины, задумчиво раскладывающей карты и совершенно по-мужски потягивающей трубку, над которой висел крепкий табачный дух, ей не казались хоть сколько-нибудь узнаваемыми. Да и сам путь сюда едва пробивался сквозь витиеватую дымку, заполнившую ее воспоминания. Мэри сосредоточилась, насколько это было возможно в ее состоянии, но ухватить мелькающие картинки и сложить из них связный рассказ не получилось.
- Вставай, я знаю, что ты пришла в себя, - женщина в сумраке жадно затянулась и выпустила кольца дыма, который дотянувшись до Мэри, буквально обжег ее своей крепостью. – Не разлеживайся, на тебя расклад твою. Рядом садись и смотри.
Перечить хозяйке этого странного места девушка не решилась и послушно поднялась, удивляясь отсутствию головокружения или иных признаков нездоровья, длительное время преследующих ее. Первый шаг по покрытым мягкими тканными половиками полу оказался довольно уверенным, и Тамара невольно усмехнулась, наблюдая за гостьей сквозь полуприкрытые веки. Когда девушка села на низенький стульчик, больше напоминающий бочонок, цыганка отложила трубку и опалила белое личико черными, как ночь, глазами. Мэри поежилась, но не опустила своих глаз. Наоборот, она даже как-то собралась и осмелилась задать вопрос:
- Как я здесь очутилась, и кто вы такая?
- Ух, как рванула на вороных! – рассмеялась женщина и откинулась на мягкую спинку стула. – Меня зовут Тамара и я та, что предложила тебе помощь и чей знак вел тебя, минуя все опасности.
Она ухватила Мэри за руку, где еще недавно алели полоски, и девушка вздрогнула – перед ее глазами мелькнула картинка воспаленного запястья и живо возникло ощущение невыносимой тяги куда-то вперед, сопротивляться которой она не могла и не хотела.
- Вспомнила значит, - цепким взглядом Тамара выхватывала малейшие изменения в лице девушки, - да только, видимо, меня и знак. И то хорошо! Вот только, как ты здесь очутилась и зачем именно шла, ты мне сама расскажи. Кроме тебя, красавица, некому!
- Я не знаю, - тоненький голосок выдавал нешуточное волнение его обладательницы.
- Не горе то, сейчас твой путь назад отмотаем, так ты вмиг все и поведаешь Тамаре. Так ведь?
Голос цыганки стал вкрадчивым и медленно просачивающимся сквозь месиво в голове Мэри. Тонкие, но цепкие пальцы, все еще держали ее за руку, а вытянувшиеся в трубочку губы неспешно выдували ставший вдруг сладковатым дым в лицо девушки. Она дернулась, уставилась на Тамару невидящими глазами и… заговорила.
********
Последнее, что отчетливо помнила Мэри – это карету отца и заботливо поднесенную к губам фляжку, после глотка из которой на нее навалилась темнота. Следующий кусок воспоминаний был достаточно размытым. Она все понимала и видела, но вела себя, как заторможенная, и никак не могла сформулировать рвущиеся наружу мысли. Вокруг нее крутились служанки, облачая в роскошное пышное платье, а мать с улыбкой поправляла жемчужное ожерелье на шее.
- Все будет прекрасно, милая, - журчал материнский голос, утягивая Мэри в вязкое, наполненное чернотой болото. – Отец выбрал для тебя великолепную партию, ты не будешь ни в чем нуждаться и уедешь далеко отсюда, где ничто не напомнит о том… крайне неприятном инциденте. А через пару лет он и вовсе сотрется из твоей памяти. Леди не пристало задумываться о подобных вещах, а я растила тебя как леди!
«Где моя дочка?» - хотела спросить Мэри, но язык едва ворочался во рту и звуки не складывались в слова.
- Наверняка, ты хочешь пить? – почему-то засуетилась мать и поднесла к мотающей головой дочери бокал со светлой и мутноватой жидкостью. – Пей, пей. Тебе станет лучше. Кэри, помоги мне.
На приказ хозяйки к Мэри подбежала молоденькая горничная и ухватила ее за голову. Жидкость медленно влилась в горло, и девушка обмякла. Задавать вопросы расхотелось, как и думать о том, что с ней происходит. Материнская рука прошлась по ее волосам в такой редкой ласке, а потом двери распахнулись и Мэри повели к алтарю. Из всей церемонии она запомнила лишь суровое, но крайне довольное лицо отца, и бесстрастный голос священника, совершающего церемонию. Чьи-то руки откинули ее фату и перед глазами замаячило лицо крепкого блондина с голубыми глазами. По-видимому, ее супруга. В достойном молодоженов поцелуе он прикоснулся к ее сомкнутым губам и повел молодую супругу вдоль пустых скамеек часовни.
«Джеймс» - промелькнуло в голове Мэри. – «Его зовут Джеймс».
За богато накрытым столом были только родители невесты и сами молодожены. Служанка заставила ее выпить что-то и все предметы слились в одно сплошное пятно. Голова закружилась и Мэри вновь накрыла темнота. Очнулась она уже в спальне, когда ее новоиспеченный муж выполнял супружеский долг. Ей захотелось закричать от ужаса, и она широко раскрыла рот, но ни один звук не вылетел из него. Зато Джеймс заметил перемены в состоянии супруги и невероятно воодушевился, с радостью накрыв ее губы жадным, собственническим поцелуем. Сил сопротивляться не было, и девушка вновь погрузилась в некое подобие существования. В таком состоянии она провела много дней. Сколько именно, Мэри не знала. Сквозь периодически прорежающуюся пелену она видела каюту корабля, богатый экипаж и какой-то дом, куда ее ввели хозяйкой, предупредив вышколенную прислугу о некоторой болезненности леди и особом режиме, который ей предстоит неукоснительно соблюдать.
В новом доме смена дня и ночи почти ничего не значила для Мэри. Ее будили, приводили в порядок и оставляли в комнате. Иногда специально нанятая сиделка выводила ее в сад, в остальное время читала или музицировала. Вечером, как дорогую куклу, Мэри для услаждения взгляда супруга облачали в нечто роскошное и зажигали повсюду свечи. Джеймс часто приходил навеселе, но жену не обижал. Он даже проявлял к ней некоторую ласку, которая позволял девушке надеяться на то, что однажды ей удастся вырваться из плена. Несколько раз она пыталась поговорить с мужчиной, но обычно он обрывал ее и покидал спальню, совершенно довольный произошедшим там.
Неизвестно, сколько бы длилось «лечение» Мэри, если бы Джеймс совершенно неожиданно для супруги не приказал отменить прием «лекарства», даже не подозревая, чем для него это обернется.
Для желающих поддержать канал и автора:
Номер карты Сбербанка: 2202 2081 3797 2650
Номер кошелька ЮMoney: 4100 1463 2003 198
Друзья, благодарю вас за прочтения, лайки и комментарии! Их ценность для меня огромна) Вы согреваете мое сердце и даете стимул для дальнейшего творчества. Спасибо))))
Копирование произведения полностью или частично и его использование без разрешения автора запрещено! Авторское право данного текста охраняется Гражданским Кодексом РФ.