Поездка в Бельгию прошла относительно спокойно ввиду трезвости Есенина. Из Дюссельдорфа супруги отправились в приморский курортный город Остенде, где провели около недели. Поэту на море не нравилось.
…так хочется мне отсюда, из этой кошмарной Европы, обратно в Россию, к прежнему молодому нашему хулиганству и всему нашему задору. Здесь такая тоска <...> Паршивейшее Бель-Голландское море и свиные тупые морды европейцев. От изобилия вин в сих краях я бросил пить и тяну только сельтер. Очень много думаю и не знаю, что придумать,
— жаловался Сергей Александрович в письме Мариенгофу. Поэт уже разочаровался в замысле покорения Европы и заскучал по родной стране, где его знали и любили многие.
Там, из Москвы, нам казалось, что Европа — это самый обширнейший рынок распространения наших идей в поэзии, а теперь отсюда я вижу: Боже мой! до чего прекрасна и богата Россия в этом смысле. Кажется, нет такой страны ещё и быть не может.
В Брюсселе у Дункан было три выступления, которые прошли с огромным успехом. После крайнего из них в отеле состоялся камерный ужин. Есенин, что удивительно, был в хорошем настроении, весел и улыбчив, — несмотря на то, что не мог участвовать в общем разговоре из-за незнания языка. После ужина по просьбе супруги Есенин согласился прочитать стихи и выбрал отрывки из драматической поэмы «Пугачёв». О впечатлениях, вызванных этим чтением, рассказала переводчица Лола Кинель:
Я тут же подпала под очарование этих стихов; голос Есенина, южно-русского крестьянина, мягкий, слегка протяжный, звучал с необычайной широтой регистра, от нежного журчания до невообразимо диких, хриплых выкриков. Есенин был Пугачёвым, пытанным казаком… поначалу много страдавшим, терпеливым, обманутым, а потом диким, хитрым, раздраженным, страшным в гневе и жажде свободы и мести… а в конце, когда его предали, робким и жалким… Есенин-Пугачёв жаловался в напевном шепоте, кричал, плевался и богохулил, его тело содрогалось в едином ритме со стихами, пока не стало казаться, что вся комната вибрирует вместе с взрывами его чувств, потом, потерпев поражение, он падал… он плакал…
Мы все сидели молча… Долгое время никто из нас не мог поднять руки, чтобы зааплодировать, потом тишина была нарушена взрывом восторга… Я единственная из всех присутствующих знала русский язык и могла услышать музыку его слов, но все почувствовали силу его эмоций и были потрясены.
Это была вторая часть рассказа о заграничных поездках Есенина. Ставьте лайк и подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить следующие выпуски: о путешествиях поэта во Францию, Италию и Америку.