"Почему никто не приходит? Уже седьмой день лежу здесь, а телефон молчит как проклятый..."
Лида смотрела в потолок больничной палаты и считала трещины в побелке. Их было тринадцать – она пересчитывала уже раз десятый за сегодняшнее утро. Соседка по палате храпела, накрывшись одеялом с головой, а за окном моросил противный октябрьский дождь.
Операция прошла хорошо, врачи сказали, что все будет в порядке. Аппендицит, ерунда какая-то, но боль была адская. Хорошо, что соседка вызвала скорую, когда услышала, как она стонет за стенкой. А то лежала бы сейчас дома и мучилась.
«Дети, наверное, даже не знают, что я в больнице», – подумала Лида и потянулась к тумбочке за телефоном.
Набрала номер дочери. Длинные гудки, потом автоответчик.
– Машенька, это мама. Я в больнице, в тринадцатой городской. Палата двести семь. Меня прооперировали, но все хорошо, не волнуйся. Приезжай, пожалуйста, когда сможешь.
Положила трубку и набрала сына.
– Алло, Игорек? Это мама.
– Мам, привет. Слушай, я за рулем сейчас, потом перезвоню, ладно?
– Подожди, я хотела сказать...
Короткие гудки. Отключился.
Лида вздохнула и откинулась на подушку. В животе ныло, но уже не так сильно, как вчера. Медсестра заглянула в палату.
– Как дела, Лидия Петровна? Как самочувствие?
– Нормально вроде. А скажите, родственники не приходили?
– К вам? Нет, не видела никого. А вы их предупредили?
– Да, звонила. Может, еще придут.
Медсестра кивнула и ушла дальше по палатам. Лида снова взяла телефон. Может, подруге Тамаре позвонить? Они с ней в школе вместе работали, пока на пенсию не ушли. Правда, Тамара теперь с внуками сидит, некогда ей.
– Тамарочка, привет. Как дела?
– О, Лидочка! Привет, родная. Дела как дела, вот Кирюшку из садика забрала, Алка опять на работе задержалась. А ты как?
– Да я в больнице лежу. Аппендицит вырезали.
– Ой, господи! А что же ты сразу не сказала? Как ты, милая? Больно?
– Да уже лучше. Слушай, а ты не могла бы заехать? Очень тоскливо одной...
– Ай, Лидочка, конечно заеду! Только сегодня никак не получается, Кирюшка приболел, не оставишь его. А завтра обязательно приеду, ладно? Что тебе привезти?
– Да ничего особенного, яблок каких-нибудь...
– Хорошо, привезу. Ты держись там, а я завтра с утра к тебе.
Хоть Тамара обещала приехать. Стало немного легче на душе. Лида попыталась заснуть, но не получалось. В коридоре слышались голоса – к кому-то пришли родственники, принесли передачи.
К вечеру она снова попробовала дозвониться до детей. Маша опять не отвечала, а Игорь взял трубку, но говорил торопливо.
– Мам, ну что случилось-то?
– Игорь, я же говорила утром – я в больнице. Аппендицит вырезали.
– А... да, прости, я весь день на объекте был, голова кругом. Серьезно что-то?
– Нет, врачи говорят, все нормально. Просто лежу тут одна, скучно очень.
– Мам, ну это же не страшно, аппендицит – ерунда полная. Дня через три выпишут же.
– Игорек, а ты не мог бы заехать? Хотя бы на полчасика...
– Слушай, мам, сейчас никак не получается. У нас тут авралы на работе, домой в одиннадцать прихожу. А в выходные обязательно приеду, если еще будешь лежать.
– Ладно, сынок. Береги себя.
– И ты, мам. Выздоравливай быстрее.
Лида положила телефон и почувствовала, как к горлу подкатывает ком. Неужели так трудно выкроить полчаса, чтобы навестить мать? Она же их растила одна, после того как отец ушел к своей молоденькой секретарше. Работала в две смены, чтобы и на учебу денег хватало, и одеть нормально.
Соседка проснулась и начала собираться домой – ее выписывали.
– А вас сегодня никто не навещал? – спросила она, складывая вещи в сумку.
– Нет, дети работают...
– Понятно. У меня тоже сын вечно занят. Хорошо хоть невестка хорошая попалась, она и приходит, и внуков приводит.
Женщина ушла, и Лида осталась в палате одна. Стало еще тоскливее. За окном уже стемнело, включили освещение в коридоре. Время тянулось медленно.
Утром пришла Тамара с большим пакетом яблок и пирожками.
– Лидочка, родная, как ты тут? – она обняла подругу и села рядом на кровать. – Выглядишь неплохо, цвет лица нормальный.
– Спасибо, что приехала. А то я тут совсем одичала уже.
– Да что ты говоришь! А дети твои где?
– Работают они. Игорь обещал в выходные приехать.
– Ну и молодежь пошла! В наше время родителей почитали больше.
Тамара просидела час, рассказывала про внуков, про соседей. Лиде стало гораздо лучше – хоть с кем-то поговорила нормально.
– Слушай, а ты Машке-то звонила? – спросила Тамара перед уходом.
– Звонила, не берет трубку. Наверное, на работе завалена.
– Да какая работа! Она же в том салоне красоты стрижет. Что там, министров обслуживает? Взять трубку от матери не может!
После ухода Тамары Лида решила еще раз попробовать дозвониться до дочери. На этот раз Маша ответила.
– Мам, привет. Прости, что не отвечала, у нас тут вообще жесть какая-то на работе.
– Машенька, я в больнице лежу уже четыре дня. Аппендицит вырезали.
– Что? А почему ты не сказала сразу?
– Так говорила же! Сообщение на автоответчик оставляла.
– А... да, точно. Слушай, прости, я совсем из головы выбросила. Как ты? Все хорошо?
– Да, врачи говорят, что все нормально. Маш, а ты не приедешь? Очень хочется тебя увидеть.
– Мам, я обязательно приеду! Только сегодня совсем никак – у меня клиентка на вечер записана, она месяц назад время бронировала. А завтра точно буду!
– Хорошо, доченька. Жду тебя.
– Мам, а тебе что-нибудь нужно? Может, что-то привезти?
– Да нет, ничего особенного. Главное – сама приезжай.
Лида повеселела – все-таки дочка приедет завтра. Значит, не все дети такие бессердечные. Просто работа у всех, заботы.
Но завтра Маша не приехала. Позвонила вечером и извинялась:
– Мам, прости ради бога! У нас сегодня санитарный день был, и все никак не заканчивался. А потом подружка попросила срочно помочь – у нее завтра свидание важное, нужно было прическу сделать.
– Понятно, – тихо сказала Лида.
– Мам, ну не расстраивайся! Завтра точно приеду, честное слово!
– Маша, меня, может быть, завтра выпишут.
– Ну и отлично! Значит, все хорошо, если выписывают.
Лида не стала больше настаивать. Положила трубку и долго смотрела в потолок. Может, она слишком много требует от детей? Они же взрослые люди, у них своя жизнь, свои заботы.
Но почему так больно? Почему кажется, что она им совсем не нужна?
Утром пришел врач и сказал, что сегодня ее выпишут. Все зажило хорошо, можно идти домой.
– Родственники за вами приедут? – спросил он.
– Нет, я сама доберусь.
– Ну смотрите, не перенапрягайтесь первое время. Тяжести не носите.
Лида собрала свои немногочисленные вещи и вызвала такси. В машине она смотрела в окно на знакомые улицы и думала о том, что дома ее никто не ждет. Квартира встретит тишиной и пустотой.
Водитель помог донести сумку до подъезда.
– Бабуля, вы осторожнее, а то бледная какая-то, – сказал он участливо.
– Спасибо, молодой человек.
Лида поднялась на свой четвертый этаж, открыла замок и вошла в квартиру. Пахло затхлостью – неделю никто не проветривал. Она открыла форточку, поставила чайник и села в кресло.
Телефон зазвонил. Это была Тамара.
– Лидочка, как дела? Выписали?
– Да, уже дома.
– Слушай, а дети встречали?
– Нет, я сама добралась.
– Господи, что же это такое! Ну что за народ! Лида, ты держись там. Я к тебе завтра приеду, борща сварю. А детей своих... ай, не знаю даже, что и сказать.
– Тамарочка, не надо их осуждать. У всех своя жизнь.
– Какая жизнь! Мать из больницы одна едет!
После разговора с Тамарой Лида долго сидела молча. Потом взяла телефон и написала детям сообщение: «Выписалась. Все хорошо. Спасибо за заботу».
Игорь ответил через час: «Отлично, мам! Рад, что все прошло хорошо».
Маша прислала смайлик с сердечком.
Лида удалила их номера из списка избранных контактов. Если они захотят позвонить – позвонят сами. А она больше не будет навязываться.
Через неделю приехала Тамара, принесла домашней еды и долго ругала «современную молодежь». Лида слушала и думала о том, что, может быть, это и к лучшему. Теперь она точно знает, на кого можно рассчитывать, а на кого нет.
«Никто не пришел в больницу», – повторяла она про себя, и эти слова больше не причиняли боль. Просто констатация факта. Зато теперь она знала, что настоящая семья – это не обязательно кровные родственники. Иногда это подруга, которая находит время среди своих забот, чтобы поддержать в трудную минуту.