Час тянется слишком долго. Она сидит и просто смотрит на часы. Стрелку кто-то держит, она с трудом делает щелчок и замирает на месте.
Он с кем-то говорит по телефону, меряя шагами коридор и периодически задевая гантели, которые противно звякают. Этот звук почему- то дико раздражает. На пятом «звяк» она вылетает в коридор, хватает металлических гриф и тащит в угол за тумбочку. Туда же вторую. Так то лучше. Расставляет кроссовки в стройную линию вдоль стены. Когда руки заняты, в голове меньше мыслей.
-Может, полы помоешь? - подначивает он, прикрыв трубку ладонью.
-Сам помоешь.
-Ты не слишком дерзкая? - ловит ее за плечо и тянет к себе, - Димон, все, давай, через полчаса в "Альфе". Да, наши все будут. Пора прекратить беспредел. Да знаю, знаю. Все, не бз*ди!
Она пытается вывернуться, но без результата. Пальцы перебираются на шею, вторая рука привычно собирает волосы в хвост, наматывая на руку.
-Что ты делаешь? - возмущается она, чувствуя, как сокращается безопасное расстояние. За которым она за себя уже не отвечает.
Трель телефона разрывает опасный круг. Она спешно удаляется в кухню, привычно смотрит на часы. Почему так долго нет Семена? Она же не может ехать в одних трусах! Нужно обязательно с ним поговорить! Он все поймет. Ничего же не было! И не будет, если он прекратит ее провоцировать так бесцеремонно. Снова смотрит на часы. Потом за окно. Там сгущаются тучи. От солнечного теплого дня не осталось и следа. Раскат грома сотрясает все вокруг, так что начинает дребезжать оконное стекло. Она непроизвольно втягивает голову в плечи и зажмуривается. Гроза ее пугает. Гром и ветер. Кажется, что мир рухнет под напором стихии. Страх родом из детства. Однажды она всю грозу просидела на корточках под столом, зажав руками уши. И с ужасом думала, что мама больше не придет. И она умрет одна от голода и холода.
Молния разрезает потемневшее небо на две половины сверкающей полосой. На секунду становится светло. И тут же мгла затягивает небосвод еще гуже. Новый раскат грома несется издалека. Ближе, ближе...
Она подпрыгивает, когда рука ложится на плечо.
-Связь пропала, - он стоит сзади, обняв ее одной рукой, смотрит вдаль.
Что было до этого ⬇️
-Гроза, - кивает она. Новая вспышка льется по небу, но рядом с ним уже почти не страшно. Даже красиво. Какая-то жуткая фатальная красота, от которой невозможно оторвать взгляд. И мурашки по коже.
Очередное громовое эхо заставляет ее прижаться к нему еще ближе. Ветер треплет тонкие березовые ветки, ударяет их об стекло и отбрасывает обратно. По двору летает брошенный фантик от шоколадки. Небо над деревьями стало почти черным. Угрожающим. Кажется, еще немного и оно разверзнется, открывая двери в ад. Они стоят, прижавшись друг к другу, будто два человека, спасшихся от разгула стихии. Тепло его тела кутает ее, отгораживая от всего плохого. И сейчас не имеет значения, что там было до этого. Главное то, что есть сейчас.
Она запрокидывает голову и встречается с ним взглядом. Глаза порой красноречивей слов. Слова могут врать, глаза никогда.
Обнимает его рукой за шею, скользит пальцами по жестким волосам на затылке. За окном шумной пеленой на землю падает долгожданный дождь. Губы встречаются будто родные люди после долгой разлуки. Она закрывает глаза и чувствует, как несется по венам кровь, обжигая изнутри. В этом поцелуе все вопросы и ответы. НЕжность и страсть в такой концентрации, что сметают все преграды, которые она так долго строила.
И снова телефон. Надрывно звонит уже второй раз. Он нехотя выпускает ее из объятий. Она одергивает футболку, проводит руками по волосам, облизывает припухшую губу. Машинально поднимает взгляд на часы. Уже три! Куда делись двадцать пять минут? Просто немыслимо!
-Надо ехать, - он появляется в дверях уже одетый, - пацаны собрались. Х*р знает, куда запропастился Семен. Надевай свое.
Она с отвращением влезает в заскорлузлые вонючие джинсы и кофту. Надо было постирать с вечера, может, успели бы высохнуть. Опять же лучше в мокром, чем в таком..
Зеркало в ванной отражает ее розовеющие щеки и светящиеся глаза. Семен увидит и сразу все поймет. А она так не хочет его обижать. Но и себя обмануть не получается. Ее тянет к Максу как магнитом, сколько бы чего она не придумывала, как бы себя не уговаривала, что ей все равно.
Он ждет возле двери. Во взгляде читается напряжение.
-Я готова, - она заправляет край кофты в джинсы, чтоб спрятать пятно на нижней кромке.
-Все закончим, купим новые шмотки, - подмигивает он.
Машина моргает фарами - приветствует. Дождь уже еле капает, в воздухе пахнет свежестью.
Он заводит двигатель, поправляет зеркало.
-Знаешь, я скучал. Как оказалось, - берет ее рукой за подбородок и смотрит в глаза.
-Я тоже, - бормочет она, чувствуя себя подлой как никогда. И одновременно счастливой.
Возле бара яблоку негде упасть. Машины стоят вдоль дороги, на тротуаре, на траве под окнами жилого дома. Кажется, он решил собрать всех. Судя по машинам - маленькая армия. По спине бежит холодок. Ничего хорошего война еще никому не принесла. Только унесет еще больше жизней. Она ищет глазами машину Семена , но тщетно.
На крыльце столпотворение. Почти все незнакомые. Много молодых, с дерзкими нахальными взглядами. Они курят, сплевывают на ступеньки и громко переговариваются. Она ощущает себя неуютно. Ещё и потому, что плохо одета. Прячется за его спину.
-Ты чего? Все свои, - он легонько подталкивает ее вперед, - ты со мной, так что расслабься. Со мной ты всегда желанный гость.
Он щёлкает брелоком сигнализации, уверенно идет к дверям. Все взгляды на них. В глазах уважение с легкой опаской. Он здесь главный - он решает, кому жить, кому умирать. Это то чувство, когда на школьной дискотеке тебя пригласил самый популярный парень. И вся школа тебе завидует, а ты даже не понимаешь, чем заслужила такое внимание. Не ошибка ли это. Она прижимается к нему поближе. Вся толпа протискивается друг за другом в тяжелую дверь. Внутри уже ждут. Похоже, тоже его. Человек двадцать. Столы уже составлены, официанты и бармен корректно жмутся по стенкам. Администратор ловит его взгляд:
-Что подать? Джек Дэниелс?
-Вода, кола, пепельница. И всем брысь! Чтоб ни одна живая душа не отсвечивала, если и дальше планирует быть живой, - резко бросает он и отодвигает стул.
-Сели, поймали тишину, - бросает быстрый взгляд на бармена, который замешкался за стойкой. Тот понимает и исчезает за потайной дверью.
Администратор шустро семенит к выходу с табличкой "Санитарный час".
-Короче, братва, тему вы все знаете. Проблема встала острым краем. Наших пацанов мочат средь бела дня. Хотели убрать Семена, но ошиблись, расстреляли не того. Стреляли в Крис. Да, Курбан?
-Почему ба*ба на сходке? - недовольно сипит тощий высокий носатый мужик в белом спортивном костюме.
-Это не баба. Это моя женщина. И ее отца вчера менты определили в морг. Потому что мы не смогли его защитить. Считаю, что она имеет право знать, кто и за что. Еще вопросы? Если нет, тогда пробуем собрать все, что знаем на сегодня. Димон!
-Короче, пацаны раскрутили, что тачка в городе новая - черный Гелик, значка нет, номера скручены. Никто не признается к нему. Но я засек ее позавчера на выезде и проследил. Живут в мотеле на трассе, номер на втором этаже мансардный без окон. Двое. Одного рассмотрел и пробил. Он из московских, кличка Мамонт, из бывших. Профессиональный киллер. Второй все время в капюшоне, прячет лицо. Но думаю, тоже парень серьезный. Да, еще. Мой кореш из Северских говорит, что москвичи жутко осерчали за своих гонцов. Вроде как они побазарить чисто ехали, и пропали бесследно. Говорят, их с какими-то бабами видели в кабаке. Может, клофелинщицы наши местные перестарались, а на нас балон катят.
Начало ⬇️⬇️⬇️
-Зачет, Димон! В мотеле кого оставил?
-Так Казак там в засаде уже два дня зависает. Говорит, что все бабки уже спустил в баре, девок местных угощает. Вчера тачка появилась в половине шестого, с тех пор из номера никто не выходил. К ним никто не заходил. Окон нет, уйти не могли.
-Откуда вернулась?
-Х* р знает откуда. Они свалили утром, пока он отлить ходил, - смущается Димон, морща свой крупный похожий на картофелину нос.
-Зря я тебя похвалил. Лажаешь. Чтоб беспредела не было, доказательства нужны. Вот она в деревне у Семена тачку видела. Тачка то хоть стоит во дворе? Или опять ушла, пока Казак там бл*д* ей местных раскладывает?
-Стоит, чего ж не стоять, - тянет задумчиво парень.
-У тебя?
-Так я час звонкону и все узнаю, не кипишуй! - находится Димон и вытаскивает из кармана трубку.
-Узнаешь машину? - спрашивает он негромко, пока слова теряются в общем гуле обсуждений.
-Да, думаю да.
-Тачила на месте. Казак телку к ним в номер подослал. Она подтвердила - двое там. Один здоровый лысый такой, второй в комнате сидел спиной, она не рассмотрела. Из под кровати калаш торчит.
-Короче, так: Димон, Сима, Крот со мной. Остальные здесь ждете. Погнали!