Дверь щелкнула, закрываясь, отсекая мир с его шумом и голосами, различными запахами и хохотом Вадика. На столе у Ирины стояла яркая лампа, которая освещала бумаги. В них были результаты анализов, различные назначения и прочие медицинские записи.
Хозяйка квартиры вздохнула, ведь они стали ей уже настоящим календарем, правда, в нем не было чисел, только метастазы последней степени, только болезнь, с которой уже невозможно было справиться ни за какие деньги.
Так ей сказал доктор, который попросил ее просто успеть закончить свои дела. Правда, никаких болевых ощущений у нее не было, иначе пришлось было пить таблетки.
Такая болезнь не всегда приносит физические страдания, больше – душевные из-за осознания того, что все когда-нибудь закончится и бесполезно бороться за свое счастье. В ее глазах на тот момент была какая-то ледяная отрешенность, будто болезнь вытравила из нее саму душу.
Теперь все, к чему она стремилась, чего старалась достигнуть, просто потеряло смысл. Но все-таки кое-что она из этой жизни успела уцепить – это были Роман с Вадиком, который она спасла. Именно они дарили ей смысл сейчас доживать свою короткую жизнь. Ведь раньше все свое время она была занята бизнесом, на какой в этом смысл, когда у нее даже нет дочки или сына, даже нет любимого человека.
Она заглянула в шкаф, там было ее отражение, бледной женщины с мешками под глазами. Ей захотелось сделать все, чтобы не видеть такого. И она пошла, села за свой косметический столик, стала приводить себя в порядок, краситься, наносить румяна и помаду поярче.
Не хотелось ей уходить из этой жизни. Пусть румяна и помада хоть создадут иллюзию, что все хорошо, для Романа и Вадика. Ведь она не говорила им, что тяжело больна.
Она вполне могла бы влюбиться за свою жизнь, но не захотела тогда создавать пару. Весь ее разум захватила идея построить бизнес-империю. И ей это удалось. Бедность, царившая в ее детстве, заставляла ее развиваться, прогрессировать. А теперь в ее жизни прогрессировала только болезнь, только метастазы. На столике лежала старая фотография в рамочке: девочка шести лет с двумя рыжими хвостиками, обнявшая такого же рыжего военного.
Она любила смотреть на эту фотографию, ведь хоть ее семья в свое время и бедствовала, отец делал все возможное, чтобы она жила в нормальных условиях. Он был сильным человеком. И теперь ей хотелось стать такой же сильной женщиной, чтобы не опускать руки, чтобы продолжать жить.
Отец погиб, когда Ирине исполнилось всего восемь лет. Она тогда ходила уже во второй класс, но плохо помнит это событие, так как ее не взяли даже попрощаться с отцом на кладбище. Мать посчитала, что психика девочки не выдержит. С тех самых пор она все делала сама, ведь мать девочки спилась, не хотела работать, не хотела поднимать семью.
Она была слабым человеком в отличие от своего супруга. Девочка научилась жить самостоятельно. Уже в десять лет она продавала пирожки на рынке продавщицам одежды.
Они с радостью их раскупали. Иногда она также брала с собой большой термос и наливала за деньги кофе с молоком. Время было тяжелое.
Мало того, что в семье работала только девочка, так это время еще было время рэкета, когда было просто страшно ходить по улицам с деньгами. А их девочка зарабатывала за день много, часть уходила на продукты для пирожков, кофе.
Потом, когда она повзрослела, смогла выучиться на швею, и больше не нужно было ходить по морозу и продавать пирожки. Все равно, сидя в своей комнате в общежитии, без обогревателя зимой, она понимала, что никто не придет и не спасет. Она даже продолжала помогать матери деньгами. Ей нужно было постоянно действовать. Работала в то время Ирина много.
Она трудилась не только в ателье, но и шила на заказ.
К ней приходили в общежитие, чтобы можно было снять мерки. Также, когда выдавалось свободное время, она шила простенькую одежду для себя, постельное белье, занавески. Она была прекрасной швеей, но такое занятие все равно не приносило столько денег, чтобы хватало на все. Она все равно нуждалась, хотя и старалась на всем экономить.
Никто не спрашивал в начале пути, чего она хочет. Лишь она сама спрашивала себя саму, а что я могу? Нужно было постоянно трудиться и не опускать руки. Это и помогло ей вылезти из грязи. А теперь, могла ли эта прекрасная рыжеволосая женщина справиться с тем, что невозможно было победить?
Вечером Ирина зашла в гостиную, где Роман сидел с кружкой кофе и смотрел в камин неотрывно, отрешенно. Он даже поднялся, когда увидел хозяйку квартиры.
- Вам что-то нужно? Или Вы хотели поговорить?
- Я хочу понять, почему Вы до сих пор здесь? Вы не похожи на человека, который просто принимает помощь. – Усмехнулась женщина, совершенно не желая обидеть мужчину.
Ей нужно было понять, какие у него проблемы, почему не получается работать самостоятельно? Вдруг она сможет помочь, все-таки у нее имелись и свои связи.
- Вы правы. Я ведь на протяжении всей своей жизни полагал, что со всем могу справиться самостоятельно, без помощи других людей, что мужчина должен добиться всего сам. – Он замолчал.
Ирина старалась не перебивать. Она прекрасно понимала его чувства, так как сама была такой же.
- Я много лет трудился строителем, мы делали ремонты людям среднего достатка. Потом один заказчик так и не заплатил, а мы ему ремонтировали трехкомнатную квартиру от и до. За него остался долг, мои счета арестовали. Супруга моя умерла при родах. – Он даже сглотнул, так как сильно нервничал, вспоминая ужасные события. – После смерти моей любимой я хотел было собрать всю жизнь по осколкам, но ничего не получалось, все валилось из рук. Однажды у нас и вовсе отобрали квартиру, сказали, что за долги. И вот я и остался таким образом с ребенком на улице. Друзья от меня отвернулись, когда я стал нуждаться. Родственники решили, что я пью, не хотели помогать, да и жили они в другой стране. У всех свои семьи были, свои дети. Да и потом не считали они меня близким человеком, мы даже общались с ними изредка, словно они мне никто. Я даже в дружбе разочаровался.
- Вы обращались за помощью, я имею ввиду от государства?
- Мне не к кому и некуда было обратиться. С ребенком в приют не брали, еще у меня не было документов, у меня вынули кошелек из кармана, там был и паспорт. Последнее, что мне оставалось – отдать ребенка в детский дом, а самому устроиться работать и жить в приюте, где дают еду за работу. Там бы я смог подкопить денег и снять комнату, а потом бы забрал ребенка. Но мне могли бы его уже и не отдать, понимаете? Никому не нужны нищие, в особенности – с ребенком.
- Конечно, понимаю. – Она сама ненавидела эту систему. Когда-то ее сестра поступила также, когда ей некому было помочь. Ребенка в итоге обратно не отдали. Тогда Ирина тоже не могла ей помочь, так как и так жила в общежитии.
Да и потом: она прекрасно знала это чувство: быть ненужной, ведь ее мать-алкашка никогда не заботилась о ней, только с каждым днем спивалась все больше. А когда она разбогатела, конечно, стала нужной, причем всем окружающим разом, но никто не интересовался ей по-настоящему. Казалось, что всем от нее нужны только деньги.
Она даже перестала общаться с подругами, которые так и норовили занять денег или попросить так, не отдавая вовсе. Богатым человеком быть очень трудно. Она постоянно находилась в опасности, ее даже один раз ограбили, так как знали, что она разбогатела. И это сделал кто-то из родственников. Тогда она еще не установила сигнализацию в квартиру, у нее не было большой собаки, которая бы смогла защитить имущество хоть как-то.
Читайте скорее продолжение:
Пожалуйста, поставьте ЛАЙК и ПОДПИШИТЕСЬ на канал, чтобы не пропустить новые рассказы!
Первая часть всегда доступна по ссылке: