— Ба, да ты и выводок свой притащила! Куда! Держи их за шиворот, чтобы не лезли никуда! И смотри, чтобы не сперли чего! Этого ушастого особенно крепко держи, он вон как по сторонам озирается, не иначе, как присматривает, какую вещицу первую в карман положить! — женщина отшатнулась от внуков
Глава 1
Глава 2
Раньше она никогда не обращалась к маме с подобными просьбами. Во-первых, та всегда находила себе более интересное занятие, чем общение с внуками. Во-вторых, Маруся хорошо помнила своё детство и опасалась за своих детей. Лидия, привыкшая наказывать дочь, могла сорваться и на внуках. И в-третьих, Марусю всегда выручали родственники мужа. Его родители были готовы в любой день приехать, забрать детей, посидеть с ними, развлекать, и возвращать Вите и Марусе их с кучей подарков, сытых, нарядных и довольных.
Сейчас же на их помощь рассчитывать не приходилось, поэтому утром Маруся отправилась к своей матери.
— Ну? Чего надо-то? Так и будешь молча на пороге стоять? — Лидия никогда не отличалась дружелюбием, а с возрастом стала еще более нетерпимой и сварливой.
— Здравствуй, мам. Я к тебе по делу.
— Ну ещё бы. Так-то просто к матери и не приедет! Чего надо? Денег занять? Нет у меня!
— Нет, не денег. Я войду?
— Ну входи, раз уж приехала. Только разувайся, у меня пол чистый. Тебе-то с твоим выводком откуда знать, что такое чистота! Небось, живете, как в свинарнике, с пола едите! Сколько раз говорила – куда ты их плодишь!
Маруся молча выслушала возмущения мамы, стараясь придумать, как перейти к делу.
— Ба, да ты и выводок свой притащила! Куда! Держи их за шиворот, чтобы не лезли никуда! И смотри, чтобы не сперли чего! Этого ушастого особенно крепко держи, он вон как по сторонам озирается, не иначе, как присматривает, какую вещицу первую в карман положить! — женщина отшатнулась от внуков, словно от шелудивых собак.
Марусе с трудом удалось сдержаться, чтобы не сказать матери колкость. Но сейчас делать этого точно не стоило. Если и был шанс на то, что мама согласится помочь, то своими отговорками Маруся могла его потерять. Поэтому она начала мягко и заискивающе:
— Мам, ну ты что, они у меня тихие, аккуратные. Никогда ничего чужого не брали. Они послушные, сидят и играют тихонько. Их порой не слышно и не видно! Это мой средний, Павлушка. Ему восемь. А это младший, Макар. Ему три. Он уже в садик ходит. Его хвалят. Говорят, очень умненький и сообразительный. Павлуша братика очень любит. Правда, сынок? Помогает мне с ним, развлекает, играет! – Маруся нежно погладила детей по голове.
— И чего? Мне-то это всё зачем? Помню я, как твоих щенят зовут, мне зачем еще и подробности знать? По мне, все они на одно лицо и все только и норовят нашкодить, да напакостить! Розги они хорошей не видали! Ишь ты, стоят, глазами зыркают! Да в моё время такая вот шпана глаза на взрослых поднять боялась. А эти! Наглые! Сказала тебе, держи их около себя, чтобы не спёрли чего!
— Мам, я к тебе поэтому и приехала. Мне помощь твоя нужна. Мы с мужем на концерт едем. Билеты уже куплены, вернуть нельзя. Нас не будет сутки. Ты мне не могла бы помочь? Присмотреть за мальчишками. Старшая дочка и одна дома посидит, она уже взрослая. Но с двумя братьями она не справится! Вот я и…
— Нет! – Лидия не дала Марусе даже договорить.
— Ну мам! Я ж тебя никогда не просила помочь с детьми! Мы с мужем их всегда либо с собой берем, либо к свекрови отвозим. Но та сейчас помочь не может, приболела.
— Нет! – Повторила женщина тем же недовольным голосом, но чуть громче, раз уж с первого раза ее не поняли.
— Мама, тебе самой-то не стыдно? У тебя трое внуков, но ты даже по имени их не называешь! Они для тебя – вроде грязи на полу! Ни подарка, ни конфетки за все время от тебя не видели! Бабушка, тоже мне! Баба-Яга – и та ласковее! Сколько раз нам приходилось отказываться от отдыха, так как детей не с кем оставить. Или с собой тащить. А с детьми знаешь, какой отдых? Никакого! Они везде лезут, плачут, устают! А ты могла бы хотя бы разок посидеть! Я тебя прошу всего на сутки с ними остаться. Средний в школе будет, младший в садике. Их надо встретить, накормить и спать уложить. Павлушка с братом сам поиграет, за ними просто присмотреть. У нас дома! Они даже твою драгоценную квартирку не запачкают! К тому же, мы с мужем к ночи уже вернемся. Домой тебя отвезем. Хочешь – даже денег дадим? Ну? – Маруся перевела дыхание после речи, в которую вложила всю душу.
— Я сказала, нет! — на лице Лидии не дрогнул ни один мускул. Казалось, она и не слушала то, что говорила дочь с таким жаром.
— Ну почему? Сложно тебе, что ли?
— У меня дела. Ты, значит, в последний момент просишь, даже не уточнив, есть ли у меня на вас свободное время. Так вот – его нет! У меня свои планы. Могла бы и не таскаться через весь город, я б тебе и по телефону отказала. Видишь ли, я после переезда в город решила каждые выходные посещать музеи. А завтра будет городской праздник, я с соседкой собиралась пойти. Обещала уже человеку. Чего ж мне теперь, всё отменять? Ну нет! Ты думала, когда плодила столько спиногрызов? Нет? Ну вот посиди с ними вечерок и подумай! Всё, иди, некогда мне с тобой! Я с подругой в парк собралась!
— Ты серьезно? Тебе соседи и подруги важнее дочери и внуков? А ты не думала, кто тебя хоронить будет, когда ты богу душу отдашь? Кто тебе тот несчастный стакан воды принесёт?
— Чего? Ты вообще головой думаешь, что несешь? И совести еще хватает после такого о чем-то просить? – Женщина встала, дав понять, что разговор окончен.
Тут Лидия заметила, что один из мальчиков взял из вазочки на столе конфетку и тихо положил в рот. Резко дернувшись в сторону ребенка, Лидия схватила мальчика за шиворот и, встряхнув так, что он чуть не подавился, закричала:
— А ну, выплюнь быстро! Не для тебя поставлено, не тобой съедено будет! А ну, брось, сказала! Ты посмотри на него! Наглец какой! Дома будешь воровать! А тут я тебе не позволю натуру свою поганую показывать! – после каждого слова женщина встряхивала ребенка так, что трещали швы на рубашке.
Маруся отреагировала довольно быстро. Бросившись к ребенку и выдернув край одежды из рук матери, она неожиданно даже для себя самой влепила Лидии звонкую пощечину. На мгновение в квартире повисла гробовая тишина. Мать, никогда не получавшая отпор от дочери, хватала воздух открытым ртом, словно рыба, выброшенная на берег. Младший мальчик, которого только что едва не растерзала бабушка, прижался к старшему брату. В его присутствии взрослые никогда не дрались и увидеть, как мама ударила бабушку, было непонятно и страшно. Паренек прижал к себе брата и стал тихонько двигаться в угол, словно предчувствуя, что сейчас начнется буря.