Первая часть:
Вторая часть:
"Тени сгущаются"
Покосившиеся домики и сараи стремительно проносились мимо Нины Флю. За то время, что группа разделилась, местные жители так и не попадались. Периферийным зрением можно было заметить небольшие тёмные сгустки энергии, то были посмерты — остаточное явление от неукпокоенных душ.
Начинало смеркаться, а в темноте студентка плохо видела. Единственное, на что ориентировалась Флю – широкая спина куратора с развевающимся плащом. Девушка еле поспевала за быстрым шагом Сиона Йенгарсена. Казалось, мужчина словно гончая взял след и шёл на него. Нине было некомфортно находиться рядом с куратором, но объяснить свою она тревогу не могла. Возможно, из-за того, что основное направление преподавателя – призыв астральных сущностей, он излучал тяжёлую энергетику. Подобные случаи не были редкостью, ведь маги, работающие с мертвецами, деструктивными практиками и с сущностями, часто перенимали на себя их негативную ауру.
Прокручивая в голове брошенные Церерой слова, девушка понимала, что будущая целительница излишне цеплялась к куратору. А Нина же как ведомый пастухом ягнёнок шла за мужчиной, уперевшись взглядом в затылок. Идти в таком темпе становилось всё сложнее.
— Флю, вы сейчас взглядом во мне дыру прожжёте, — усмехнулся Йенгарсен и обернулся назад, сверкнув янтарными глазами. — Лучше смотрите по сторонам.
— А вы всегда такой, господин Йенгарсен?
— Какой такой?
— Молчаливый, мрачный и слишком быстрый, — задыхаясь, пробурчала Нина. — Да постойте же вы, я не успеваю за вашими километровыми шагами!
Куратор резко остановился на перекрёстке, и девушка по инерции впечаталась в спину мужчины. Больно ударившись носом о позвоночник, Флю громко застонала:
— Не дай Всевышний я себе нос сломала! Не хочу с кривой перегородкой ходить. Вы мне оплатите эстетического целителя!
— Ш-ш-ш! — прошептал преподаватель, и жестом показал девушке пригнуться. — Слышите? Будто кто-то кричит.
Проглотив невысказанное возмущение, Нина недовольно сощурилась и огляделась по сторонам. Деревянные дома стали располагаться всё дальше и дальше друг от друга. В одном из жилищ, что находилось в стороне от прочих, горел свет. Дом отличался большим размером и в нём создавалась видимость былого достатка. Двухэтажное здание будто нависало над деревней грозным коршуном. В окне мелькнула мужская фигура со светлыми волосами. И тут же раздался детский крик.
Казалось, время стало вязким и тягучим будто поминальный кисель у северян. Голова девушки раскалывалась от энергетики смерти. Будто бы это место было массовым захоронением. Нина почувствовала тёплую струйку крови, вытекающую из носа. Посмерты, кружащиеся вокруг дома, были видны невооруженным взглядом.
Испуганная Флю повернулась к куратору, чтобы рассказать о своих наблюдениях, но почувствовала сильный удар в затылок. А дальше только боль и темнота.
***
Голова ныла от всеобъемлющей боли. Такое ощущение, что виски девушки ковыряли десертной ложкой и проворачивали как штопор в пробке от вина. Медленно, с чувством, с толком, с расстановкой.
Первое, что почувствовала Нина, как открыла глаза – запах квашенной капусты вперемешку с горечью полыни и можжевельника. В памяти всплыл курс деревенской магии, и девушка вспомнила, что жители сёл часто пользовались связками трав и солью для защиты от злых духов. И от ведьм с колдунами. Только вот полынь с можжевельником не могли блокировать магию. Максимум – вызвать аллергическую реакцию и головную боль. Как никак, а запах полыни въедается намертво и горечью остаётся на корне языка. Но ещё один запах не давал покоя. Тошнотворно-сладкий и зловонный – запах гниения.
Флю ещё на третьем курсе некромантии привыкла к запаху разложения во всех проявлениях. Будь то утопленники, висельники, отравленные, замороженные или сгоревшие. Смрад гниения тел въедался в кожу. Но тут был другой запах – последняя стадия разложения. Помещение, в котором Нина находилась было небольшим, тёмным и сырым. Единственный источник света – маленькое оконце под потолком, в которое уже совсем скоро заглянет полная луна. По углам стояли деревянные кадки с соленьями и мешки с картошкой. Послышался мышиный писк. Похоже, это чей-то подвал.
Девушка начала озираться по сторонам и поняла, что её руки скованы цепью. Флю попыталась прошептать заклинание вскрытия замка, но ничего не произошло, только ладони нестерпимо заболели, будто их окунули в чан с маслом. Девушка предприняла ещё несколько попыток. Тщетно.
— Чёрт, заклинания не работают! — яростно прошептала студентка.
— Я так подозреваю, что они и не будут работать, — раздался знакомый мужской голос из дальнего угла. — Нас приковали цепями из дамаска. Вот магия и не работает.
— Господин Йенгарсен? Это вы? — радостно воскликнула Нина, облизнув пересохшие губы. — С вами всё в порядке?
— Обо мне не беспокойтесь, Флю. Я бы больше переживал за фон Даркенгофф, — констатировал куратор и кивнул в противоположный угол.
Девушка проследила за его взглядом и вскрикнула. Сначала Нина подумала, что это груда мусора, но присмотревшись, обнаружила Цереру. Она лежала на мешках с овощами в потемневшем от крови и грязи платье. От василькового цвета ткани не осталось и следа.
— Всевышний! Она жива?
— Полагаю, что да, я слышу её дыхание, — ответил куратор со свистом.
Господин Йенгарсен сидел в углу, прикованный толстой цепью. Зелёный костюм смялся, а уложенные назад волосы слиплись от запёкшейся крови на правом виске. Холодный взгляд золотых глаз был виден издалека.
—Как же так получилось? Я помню только светящиеся окна в доме, а дальше боль. Вы же должны были обеспечить нашу безопасность на испытании, — ахнула произнесла Нина. — Испытания проводят в проверенных местах и без риска для жизни студентов!
— Я должен вам признаться, — резко повернулся к девушке Йенгарсен, и ржавые цепи, обвитые вокруг его тела, ещё сильнее вонзились в обнажённую шею. — Дело в том, что никакой я не преподаватель и не куратор.
— Что? — прошептала пришедшая в сознание Церера.
— Вы шутите? Признаться честно, сейчас не лучшее время для юмора, — съязвила Флю. — Если вы не заметили, нас схватили и держат в вонючем подвале вообще-то!
— Я не шучу. Моё имя Ингвар, — произнёс мужчина, не оставляя попыток освободить руки из цепей. — Меня наняли, чтобы я сорвал ваше испытание. Точнее испытание фон Даркенгофф. И я не маг.
Повисло молчание. Церера с опухшим от слёз лицом закрыла глаза и тихо, едва слышно сказала:
— Тебя послала Аргенда, да?
— Я не могу раскрывать имя заказчика.
Из груди девушки раздался лающий кашель вперемешку со смехом. Церера приподнялась на локтях и, сплюнув кровь на земляной пол, прошипела:
— Тебе уже нет смысла отмалчиваться, наёмник из тебя скверный. Говори, это моя тётка, да?
Ингвар молчал. Но его молчание значило для будущей целительницы гораздо больше. Девушка зашуршала платьем и достала маленькие бутылочки. На затемнённом стекле виднелись рунические ставы на исцеление. Церера мысленно благодарила саму себя и свою предусмотрительность за то, что подъюбник пышного платья мог спокойно хранить флаконы с собственной зачарованной кровью.
— Какое счастье, что скоты, которые нас поймали, подумали, будто я нежилец, ха-ха! — снова сплюнув сгусток крови, произнесла фон Даркенгофф. — Я не умру вот так просто. И вам не позволю. Целитель я или кто?
Продолжение следует...
Четвёртая часть:
______________
Если вам нравится моё творчество, буду очень благодарна лайкам, комментариям и подпискам!
Мой канал в тг:
Группа ВК: