Татьяна приехала поздно, действительно, очень уставшая, так что приготовленный ужин, накрытый стол и парочка диаметрально противоположных по масти, но явно спевшихся девушек, её только порадовали.
-Тань, ты же не серрдишься? Мы ужин прриготовили… - Карина уже чувствовала себя не в пример свободнее и увереннее, но всё равно опасалась как-то Татьяну подвести, не угодить.
-Что ты! Спасибо вам огромное, вы очень помогли! – Тане даже есть не хотелось, не то, что готовить, так что помощь пришлась очень кстати.
-Как там тот веррблюд? – Карина была по-врановски любопытна, просто раньше не могла себе позволить задавать какие-то вопросы.
-Боюсь, что он не станет моим любимым пациентом! – рассмеялась Татьяна. – Он, как и положено, вредный, подозрительный и уколы ОЧЕНЬ не любит! Правда, к счастью, обожает хозяина. Это меня и спасло. Клыки-то у них очень приличные!
-Клыки? У кого? – у голубки и так глаза большие, а сейчас и вовсе стали огромными от изумления.
Примечание автора - у верблюдов действительно есть клыки. Фото я размещу в комментариях, чтобы публикацию не заблокировали.
-У верблюдов, - улыбнулась Таня. – Они же едят очень жесткую пищу, так что клыки им нужны для того, чтобы древесину дробить. Ну и для драк, конечно. Верблюды всегда не дураки отношения повыяснять. А мой сегодняшний пациент обнаружил, что и ветеринара очень даже можно на зубок попробовать, правда, его хозяин этого, к счастью, не одобрил.
Начало первой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало второй книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало третьей книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало четвёртой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало пятой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Все остальные книги и книжные серии есть в Навигации по каналу. Ссылка ТУТ.
Короткие "односерийные" публикации можно найти в навигации по отдельным публикациям.
Ссылки на книги автора можно найти ТУТ
Все фото к публикациям взяты из сети интернет для иллюстрации.
Таня не стала говорить о том, что от первого выпада верблюда её спасла отличная реакция, а ещё – знание, что именно можно ожидать от этого существа.
-Я думала, что они очень выносливые! – протянула Света.
-Так и есть, и бoлeют они, к счастью, редко, просто этого в детстве плохо кормили, поэтому у него развился рaхит. К счастью, верблюжонка пожалел и выкупил его хозяин, так что эта зверюга не переносит всех людей скопом, за исключением своего владельца.
Таня порадовалась тому, что её страховал именно владелец, который общался со здоровенной вредной и клыкастой махиной так, словно это ещё один кот.
-Ага, котик такой! Лягнёт или куснёт – костей не соберёшь, а если плюнет – от самообладания останутся рожки да ножки! – думала Татьяна, после ужина поднимаясь на чердак – поинтересоваться, а скоро ли закончатся весенние котобдения?
-Терёнечка, ты, может, уже спустишься? – ласково спросила она у рыжего кота, сидевшего у слухового окошка.
-Нет, я ещё не всё сказал этому миру! – гордо заявил Терентий, который ел и спал весь день, а потом отправлялся на крышу – петь.
От этого пения некоторые особо впечатлительные граждане спотыкались, а другие – нервно озирались, пытаясь найти источник оглушающего мява с вариациями. Вариации у Терентия всегда выходили особенно выразительными!
-Терёш, а может, миру уже достаточно? – Татьяне казалось, что шума в Москве и так более чем хватает.
-Не уговаривай! Я должен! Понимаешь? Раньше-то коты в каждом дворе пели, а теперь? – Терентий горько вздохнул, - А теперь я – за всех!
Он посмаковал эту фразу, и патетически заявил:
-Один за всех!
-Ужос! Кошмаррр! – насмешливо каркнул Крамеш, приземляясь на крыше. – Как мы это перреживём-то? Этакий котоконцентррат! Террентий, ты у нас жерртва самомнения!
Ворон ловко увернулся от толстой ярко-рыжей лапы и влетел в слуховое окошко, продолжив уже в людском облике:
-Заканчивай тирранить окррестности, а то я за тебя сам возьмусь – у меня парра дней свободных, так что я тебя буду будить днём, чтобы ты не орррал ночью!
Таня только посмеивалась, слушая не совсем вежливый, но весьма изобретательный ответ Терентия, который даже о долге забыл – так увлёкся восхитительной перепалкой с Крамешем. Впрочем, через некоторое время, пока ещё обещанные вороном меры не были применены, Терентий всё-таки вернулся к своему занятию – художественному котозавыванию.
Его слышал и Андрей Дорожин, который раскладывал в холодильник продукты и надеялся, что завтра камера его не подведёт!
Утром он специально оставил на столе грязную посуду, направив на неё камеру, и отправился на работу.
-Да что за… опять погрешности? – прошипел он уже поздним вечером, когда смог оторваться от рабочих дел и вспомнил, что у него дома поставлена засада. – Как это может быть? – возмущался он часом позже, когда уже поднимался по лестнице. – Опять камера работает! Она что? На меня как-то реагирует? Типа, ой, хозяин идёт, работаем-работаем, а то выкинет!
Сердитый, уставший и голодный Андрей вошел в квартиру и застыл, озадаченно принюхиваясь – однозначно что-то было не так!
-Запах! Ой, какой запах! – сообразил он.
Рот наполнился слюной, он судорожно сглотнул, и словно притянутый магнитом, устремился на кухню, где на плите стояла сковорода, полная котлет, а рядом – кастрюлька с пюре.
– Мне не только чистота, но и еда уже мерещатся! – выдохнул Андрей.
Он потоптался около плиты, повздыхал, а потом, решительно взял вилку, решив проверить качество своих галлюцинаций, так сказать, плотность проблемы.
Конечно, он не обратил внимания на голубку за окном – кто на них смотрит-то? А она с умилением смотрела на умученного жизнью человека, который нависал над сковородой и кастрюлькой, так, словно их кто-то отбирает, и ел…
-Ой, смешной какой! Ест и глаза закрывает! – радовалась Светлана. – Я таких чудаков ещё точно не видела!
Невольно вспомнился чопорный Владик, который, подражая своей матери, ел только с салфеткой и по всем ресторанным правилам.
-Нет, понятно, что так и надо, но иногда же так хочется водрузить котлетку на хлеб и не опасаться, что тебя окатят презрением! – думала Света, улетая в свою комнату.
Не зная, какой вывод сделал этот чудак, после того как наелся:
-Вкусно-то как было! Но, надо признать, что, я точно сошел с ума! – сообщил Андрей в пространство, заботливо перекладывая оставшуюся еду в контейнеры и пряча в холодильник. – Точно-преточно!
***
Примерно то же самое думали члены одной съёмочной группы о своём режиссёре.
Нет, целый день всё было нормально, насколько это возможно для гения и новатора современного кинематографа, а потом Замайкин увидел в одном из павильонов Соколовского и поспешил уточнить, как ему понравился присланный сценарий.
Филипп состроил непроницаемое выражение лица, что-то ответил, заботливо стряхнув с плеча собеседника невидимую глазу пылинку, а потом удалился – его уже звали в кадр.
А ещё через некоторое время после этого, Замайкин, обнаружив среди реквизита огромное зеркало, велел принести ему упаковку минералки. Дальше, он содрал с себя пиджак и рубашку, взял бутылку с водой, открыл её и неспешно вылил на себя, внимательно глядя, как катятся капли по его торсу, потом взял следующую бутылку, открыл и снова вылил, потом следующую. Он уже давно стоял в мокрых джинсах, в луже воды, но не прекращал своё занятие, явно любуясь картиной, отражавшейся в зеркале.
-Эээ, может, его простынкой закрыть? – забеспокоились окружающие.
-Кого? Замайкина? Да ну… ещё укусит! Кто его знает, что у него в голове?