Молчание Агафьи всем показалось вечностью. Она сидел опустив голову и прикрыв глаза. Казалось, что старуха уснула Но через какое то время она тряхнула головой, подняла глаза на собравшихся вокруг людей. Смотрела и будто не узнавала, что именно им она до этого рассказывала про Таньку.
- Что то я устала седни. Домой по, пожалуй. Пока еще доберусь.
Настя начала уговаривать старуху остаться. Куда она пойдет. Время к вечеру, идти далеко. Тут и Мишка вступился. Пообещал, что на другой день увезет ее обратно на лошади. Его сильно задел рассказ старухи. Сам себе удивился. С чего это так. Он же всегда посмеивался над бабушкиными россказнями, а тут слушает, и охота ему узнать, чем же закончилась та история.
Александр Евгеньевич даже слово вставить боялся. Вдруг старухе не понравится, что чужой, не деревенский человек слушает эту историю. Кто ее знает, что на уме у лесной жительницы. Рассказ Агафьи так захватил его, что он временами даже писать забывал, сидел и слушал, как мальчишка, раскрыв рот от удивления. Потом спохватывался, что все это надо записать, вдруг память подведет. начинал писать торопливо, стараясь не опустить нить повествования.
Одна Марья глядела на гостью исподлобья. Она знала о лесной жительнице еще с молодости. Ходили слухи, что живет в лесу ведьма. И каких только небылиц про нее не рассказывали. Говорили, что она силу у людей забирает, что порчу на человека может навести, что сама по ночам превращается в собаку и бегает по деревне, вынюхивая, кому бы навредить побольше.
Никто не знал, почему ведьма невзлюбила людей, делала пакости им. Хотя слухи про нее росли, как снежный ком, не было в деревне ни одного человека, который бы сказал, что она ему что то нехорошее сделала.
Шли годы. Про Агафью забыли. Редко кто ее вспоминал. Разве что в рассказах про жизнь прошлую. И Марья забыла. А тут, не больно давно, пошла она с бабами в лес. Говорили, что в бору белых грибов наросло, хоть косой коси их. Ну как недавно. Мишка в ту пору еще не женился и муж жив был. Так вот, пошли они в лес дальний. Дальний от того, что болото на пути, болотечко небольшое, но говорили, что топкое оно, напрямик через него не ходили, обходить приходилось.
Дошли бабы до места, до белых мхов. И вправду, не обманули люди. На мху то боровики стоят, как на картинках, шляпки коричневые, ножки беленькие, да крепкие такие, пузатенькие. Бабенки разбрелись, ходят, аукают, чтоб не потеряться.
Марья уж корзину полную набрала, а грибы все заманивают ее, зовут к себе. Сняла она платок с головы, стала в платок собирать. Еще и корзина полная. Но не отступается. Жалко ведь такое добро оставлять. Но уж и в платок некуда класть, полный, стала баб окрикивать, а в ответ никто не откликается. В одну сторону покричит, в другую и все молчок.
Сперва то она не испугалась. Лес то хорошо знала. С малолетства ходили по грибы да по ягоды. Отстала, так и одна дойдет. Но все равно, кричит, не отступается. И вдруг голос откликнулся. Марья на голос пошла, идет да удивляется, как далеко она ушла. Голос то чуть слышно.
Шла, шла, Ельник густой, и вдруг среди елок видит изба, не изба, землянка, не землянка. Какая то домушка стоит, в землю вросла. Только тогда поняла Марья, что заблудилась она, ушла в другую сторону. Сколько раньше хаживала, избушки этой не видывала. Деваться некуда, пошла к избушке. Смотрит, возле избенки бабка стоит. Уж по те года она старая была.
Марья баба не из трусливых, подошла, поздоровалась и спросила.
- Ты кто такая будешь.
- Агафья я, - ответила бабка.
Вот тут то и испугалась Марья, холодок по спине пробежал. Сама не поняла, как вырвалось.
- Ведьма?
После этого еще больше испугалась. Ну как рассердится ведьма, да превратит ее в кого-нибудь. С нее станется. Стоит не жива, не мертва, в одной руке корзина с грибами, в другой - узел из платка полнехонький.
А бабка не рассердилась, стоит да посмеивается. А Марья тогда осмелела разом.
- Ты зачем меня сюда заманила, зачем откликалась. Знала ведь, что не в ту сторону иду.
- Это не я, это лешак с тобой забавлялся. Скучно ему, вот он и тешится. Увел тебя с места, а сам глядит да посмеивается. Ну и ладно, что ко мне привел, а то бы водил по лесу день, а то и больше.
Марья вытаращила глаза. Про лешака тоже слухи ходили нехорошие. Только мало кто в них верил. Вроде как бабкины сказки все это. Она стояла и не знала, что сказать в ответ. А Агафья тем временем продолжила.
- Да не горюй больно то, проведу тебя к дому по прямой дороге.
- По какой по прямой дороге?
- Да через болото. Чего зря круги то ходить. Ноги то, чай, не казенные. Ну чё? Отдохнешь сперва или сразу пойдешь.
Марья про весь отдых забыла. Ноги гудеть перестали вроде. Да и скорее хотелось уйти подальше от этого нехорошего места. Она взяла в руки свою поклажу. Даже в такое время не рассталась со своей добычей. Как такую красоту бросить. Грибочки то отборные. Глядишь насушит, потом в городе продать можно. Городские хорошо их берут. А уж такие красивые с руками оторвут.
- Ну пошли тогда.
Старуха по лесу ходко передвигалась, в руках палочка из можжевельника. Марья, хоть и моложе на много, за ней чуть поспевала. Может от того, что ноша тяжелая у нее, а может Агафья легка на ногу.
Скоро до болота дошли. Агафья повернулась. Велела не отставать от нее, да и идти только там где она идет. Поглядела, как Марья в лице изменилась. Страшно по болоту напрямик, никто ведь не ходит. Выломала бабка палку березовую, протянула спутнице, забрала у нее платок.
- Давай уж понесу.
Хоть и страшно было, а куда деваться. Пошла Марья за ней. Опомниться от страха не успела, как перешли они болото, а она даже сапоги резиновые не зачерпнула ни разу, вроде как по земле шла.
- Дальше сама дойдешь. - Агафья повернулась, ни сказав ни больше ни слова. Марья только вдогонку крикнула ей “спасибо”. А потом подумала, что точно ведьма она. Через болото, как по дороге ее провела. Но решила бабам не болтать про это. Мало ли чего они подумают. Да если еще и лешака сюда приплести.
Мишка с отцом были дома. Они куда то собирались. Увидев Марью, входящую в дом с грибами, остолбенели.
- Ты это откуда? Мы народ собирать хотим, в лес идти, тебя искать. Бабы зашли из леса, сказали, что заблудилась ты. Орали орали они, да так и ушли. Ты то как ходко их догнала? Они вот не больно давно были.
Пришлось Марье рассказать и про ведьму, и про лешака, который играл с ней от скуки, и про то, как она прошла с Агафьей через болото. Мишка тогда сразу уцепился, покажи да покажи то место, где шли. Но Марья отмахнулась от него. Ничего она показывать не будет. Не дай Бог, попробует сам перейти, да утонет. Да и не помнила она ничего. Шла, как во сне была.
Сейчас сидела Марья, поглядывала на Мишку. Откуда он прознал, где Агафья живет. Она то и то, пойди сейчас, не нашла бы то место. Но при людях, а тем более при Агафье, не стала показывать свое любопытство. Вот уж останутся они одни, тогда и спросит.
Агафья согласилась остаться. Сказала, что передохнет немного, а вечером еще расскажет, что знает. Настя напоила ее молоком и проводила в чулан. Там ставни закрыты, лежи да отдыхай сколько хочешь. Она уложила старуху на топчан, прикрыла одеялом, сшитым из лоскутков. Вышла, поплотнее прикрыла дверь, чтоб никакие звуки не беспокоили гостью.
После ухода Агафьи в избе установилась тишина. Было слышно, как муха бьется о стекло и не может выбраться на волю. Александр Евгеньевич подумал, что они все тут сейчас, как та муха. Хотят добраться до правды. Кое что из прошлого начинало вырисовываться. Но сколько еще надо узнать. Скорее бы уж отдохнула эта Агафья и продолжила свой рассказ.
Марья посмотрела на сына и спросила:
- Сынок, а ты откуда про Агафью то узнал. Как ты нашел ее в лесу?
- Мама, так ты же сама мне рассказывала. Помнишь, когда в лесу заблудилась, ты говорила про ведьму, которая вывела тебя через болото. Вот я и подумал, что она то точно должна знать чего то. Только не знал, как ее найти. Лес то большой. И где искать эту избушку.
Мишка задумался, вспомнил, как искал ведьму.
До леса добрался быстро. Лес был тихий, только птица-дрозд где-то вдалеке щелкала, да под ногами хрустели сухие ветки.
Он помнил, что Агафья живёт «где-то в лесу, за болотом». Но как найти её дом? Он даже не был уверен, что она действительно существует. То ли это просто бабьи сказки, то ли правда живёт там, в чаще, эта старуха, которая многое видела.
Мишка не верил ни в какие сказки. Но сейчас, ступая по мху, чувствовал себя жутковато. Только ровное дыхание лошади, которую он вел под уздцы за собой успокаивало его. Мишке казалось, как будто кто-то невидимый наблюдает за ним со стороны. Он шел по старой просеке, которая начала зарастать кустарником. Порой лошади трудно приходилось пробираться по зарослям. Мишка уж подумывал, что стоит развернуть лошадь да вернуться обратно.
Но вдруг впереди он увидел старуху, которая словно поджидала его, оперевшись на можжевеловый посох.
- Зачем пожаловал? - спросила она Мишку.
- А ты бабушка Агафья? Это ты мою мать через болото провела?
Старуха кивнула головой. Тогда Мишка и поведал ей, что хочет про барина узнать больше, про то, что с ним сталось и про скрипку, которая заманивает людей на погибель.
Странное дело, но старуха не стала отказываться рассказать все, что знает. Она даже согласилась поехать с Мишкой в деревню. Уселась в телегу, как делу быть и скомандовала, чтоб ехал.
В окошко кто то постучал. Настя выглянула. Под окном стояла Нина. Она пошла встречать корову, по пути зашла позвать Настю с собой. Хоть и не хотелось Настене уходить, но ведь корова важнее, как ее не встретить. Настя наказала, чтоб без нее не расспрашивали старуху, сама пошла к барской усадьбе вместе с Ниной.
По пути она поделилась с подругой, что муж привез бабку из леса. Нина ахнула.
- Ведьму что ли?
- Да вроде она обыкновенная старуха. На ведьму не похожа. Только старая очень. И как только она одна в лесу живет. Летом то еще ладно, а зимой. Стужа, волки. А случись чего. Никто и не узнает.
Нина засмеялась.
- С чего ты взяла, что она в лесу живет. Она уж давно в деревню перебралась. А в лес просто так ходит, по привычке, наверное. Я даже знаю, в какой она деревне живет, там недалеко от лесу. Давно уж бабы про это говорили, поминали ее.
- Ой, Нинка. А Мишка то мой в лес ее ездил искать. Она сама его в лесу встретила. Видно и вправду не простая она старуха. Может и не ведьма, но что то в ней есть.
На пригорке около усадьбы, Настю уже с нетерпением поджидали. Вся деревня успела узнать, что Мишка ведьму из леса в свой дом привез. И теперь все не могли дождаться, когда придет Настя и все расскажет.
Как только молодые женщины подошли поближе, их сразу закидали вопросами. Спрашивали обо всем, и про писателя, и про Агафью. Многие считали, что ее уж и в живых давно нет. Уж больно стара она по годам то.
Онисья, которая любила ко всему придраться и при случае поскандалить, высказала предположение, что это может вовсе и не та ведьма. Настя не знала, что и ответить. Нина пришла ей на помощь.
- Чего к девке пристала. Откуда ей знать та она или не та. Может и вовсе другая старуха. Самое то главное, что она раньше у барина жила. Хоть что то по правде может сказать, а не придумать.
Женщины призадумались. И вправду, в деревне не так уж много стариков осталось, которые помнят революцию. А уж тех, что до революции жили, так и подавно.