Глава 17. Мост «стратегического» значения
(продолжение 3)
Дождавшись отъезда колонны, капитан и сержант не сговариваясь посмотрели на Антонова, стоящего поодаль с отрешённым видом. Ротный неопределённо хмыкнул и вопросительно взглянул на Ивана. Тот, восприняв взгляд как команду, пожал плечами, дескать, всё понял, приложил ладонь ко лбу рядового и, как бы обжегшись тут же отдёрнул руку назад:
- Да ты, Малой, в натуре, перегрелся! Разве можно на полковника так наезжать? Теперь он ни в жисть к нам не приедет. Это ещё полбеды! Бедного начпрода точно к стенке поставит, чтоб перед тобой за мясо отчитаться. Расстреляют. Как пить, дать расстреляют…
- Ладно, ребята. – Взглянув на часы, произнёс капитан. - Вы тут сами меж собой разбирайтесь. Только недолго. А мне к мосту пора. Время уходит. Полковник конкретный срок назначил. Надо бы уложиться.
Лишенков сделал пару шагов, но вдруг остановился и строго посмотрел на сержанта:
- Ты, Кроха, поосторожней-то с чинами и званиями. Смотри у меня… Доиграешься! Я слышал, что первая дембельская партия дней через десять. Как бы тебе не пришлось подольше задержаться.
Сержант сделал вид что не расслышал последние слова командира и, покопавшись в кармане, протянул Братану половинку сухаря:
- Угощайся, псинка, заслужил. Я его в тушёнке спецом вымочил и на солнышке подсушил. Абакан с большим удовольствием наяривает, только треск стоит…
- Фу, Братан! - Поддёрнул поводок Володя. - Нельзя, тебе говорят!
- Ты чего? – Удивился Кроха. – Реально на солнце перегрелся? Сухарь-то здесь при чём?
- Что я, по-твоему, не так сделал? – Сердито насупился Антонов. - Почему ты всегда ко мне придираешься? Ты же сам сказал, чтобы я полковнику про мясо напомнил, а теперь издеваешься. Да ещё при ротном. Знаешь что? Друзья так не поступают!
Иван несколько секунд молча смотрел на Володю, а затем ответил таким же рассерженным тоном:
- Знаешь, Малой? Задолбался я тебе сопли утирать. Вот вижу, что ты как бы настоящим пацаном стал, а потом ни с того ни с сего снова... ты прям бесишь меня! Какого хрена? Самому не противно? Начальство тебе спасибо сказало, наградить пообещало. А ты стоишь, как в штаны наложил. Они уже уехали, а ты продолжаешь сопли жевать… Да сколько можно?! Я просто пошутил, чтоб ты, чушок соплежуйский, хоть немного в себя пришёл. Так ты в бычку полез. Короче, достал ты меня своими капризами. Чесслово, ещё раз увижу, что ты дурака включил, таких фонарей наставлю, что в зеркале себя не узнаешь. Скажи спасибо Братану, а то я прямо бы сейчас тебе навешал. Врубаешься? Всё. Закончили политинформацию. Пошли. Нам с тобой ещё метров двести правой обочины проверить надо …
***
Майор Подкалюк ничего не знал о приезде полковника. Поддавшись настойчивым уговорам Лишенкова, он не пошёл к мосту, а остался в бронетранспортёре, чтобы руководить подчинёнными по радиостанции и заодно не искушать судьбу. Коротая время, Борис Анатольевич написал письмо к жене, а затем как-то незаметно для себя уснул.
***
Капитан провёл рукой по проводам, выбрал слабину и приподнял жгут над поверхностью реки. Поработав несколько минут трофейными бокорезами, повернул голову к берегу и еле слышно прохрипел:
- Вытягивайте, пацаны. Только без рывков, а то рёбра мне переломаете. Замёрз, как собака.
Парни ухватились за бечеву и осторожно вытянули коренастое тело ротного на берег.
- Устали, товарищ капитан? – Сочувственно поинтересовался Саруханов, глядя на распластавшегося командира. – Разрешите я третью опору сам отработаю? Вы не сомневайтесь, сто процентов справлюсь. А вы пока отдохнёте, согреетесь. Так ведь недолго воспаление лёгких заработать. Вода ледяная. Пацаны чай заварили…
- Который ящик по счёту? - Сплюнув частички водорослей, спросил капитан, не поднимая головы. - Шестой?
- Неа, товарищ капитан, восьмой. – Опередил сержанта Семенчук. -Мужики уже вируют. Всё как вы велели: осторожно и без баловства. Кроха за ними присматривает. Подымут, сразу в укрытие относят.
— Это что же получается, товарищ сержант? – Внезапно осенило командира. Крепко ругнувшись, он перевернулся на спину, а затем присел, приобняв для устойчивости колени. – Как я понимаю, бойцы вопреки моему приказу всё время на мосту торчали? Так, что ли? А ты с Семенчуком, вместо того чтобы по команде к берегу прибыть, всё время у воды стоял? Так, что ли? Вы совсем охренели? А если мост на воздух взлетит? Знаешь, что я с вами, разгильдяями, сделаю? Три… Нет! Семь шкур с вас спущу…
- С парнями на мосту, согласен. - Без особой опаски ответил Саруханов. - Мой косяк. Не досмотрел. Поднимут восьмой ящик сразу уберу. А вас мы без страховки не оставим. Хоть вешайте, хоть стреляйте, хоть все десять шкур спускайте. Мы и сейчас вас еле-еле услышали. А в укрытии вообще шансов ноль. Так что как-то так получается. А если мост взорвётся, – едва заметно улыбнувшись, добавил сержант, - то на том свете вы нам ничего сделать не сможете. Там ни у кого ни прав, ни обязанностей нету. Мне дедушка рассказывал, что там все равны. И генералы, и солдаты.
- Дедушка? – Неожиданная отповедь Саруханова сбила ротного с толку. – При чём здесь дедушка?
- Ни при чём. – Ответил тот, помогая командиру встать на ноги. – Пойдём к пацанам, товарищ капитан. Вам реально передохнуть надо. Хотя бы полчасика. Не волнуйтесь, мы в графике идём. Пока вы этой закладкой занимались, мои ребята на том берегу остальные опоры проверили, а Кроха с Малым и Акимом до конца моста прошли. Взрывчатки нет. Скорей всего, духи решили мост не наглухо рушить, а только с нашей стороны. Чтобы потом легче было восстанавливать. Умные, блин! Мы-то повоюем и уйдём, а им дальше здесь жить. Куда ж им без моста?
***
Подкалюк вздрогнул, проснувшись от собственного храпа, приоткрыл глаза, вытер ладонью рот и осторожно осмотрелся. Из левого люка сверху свешивались грязные ноги водителя в стоптанных кроссовках.
- Всё в порядке, Хасан? - Дёрнул бойца за штанину майор. – Что-то сморило меня. Ничего важного не проспал?
Ноги мгновенно исчезли, и в люк просунулась взлохмаченная голова водилы:
- Всё в полном порядке, товарищ майор. Полковник полчаса как к себе на энпэ уехал. Можно смело дальше на массу топить. Если кушать не хотите. Мост ещё не скоро разминируют. Взрывчатки немерено. Уже ящиков пятьдесят вытащили. Сами знаете: в таких делах торопиться нельзя. Да! Совсем забыл. Пацаны недавно приходили за сухпаем, чаем и сигаретами. Я им всё выдал. Говорили, что начальник сильно на ротного ругался. Даже кулаками грозил. А потом успокоился и прямо на месте Малого орденом наградил. И Братана тоже наградил. Только не орденом, а специальной медалью для собак. Я издали в бинокль смотрел. У вас взял. Жаль, что медаль толком не разглядел. Видно, что красивая, а что написано не …
- Ты что несёшь, Хасанов? – Вскипел Борис Анатольевич. – Какая, на хрен, собачья медаль? Постой! Ты хочешь сказать, что к мосту лично полковник приезжал? Да как так-то? Ты почему меня не разбудил?
- Я вас будил, товарищ майор. – Обиженно пробурчал солдат, на всякий случай отодвигаясь подальше. - Только зря старался. Вы меня во сне по маме обругали. Не хорошо! В самом деле обидно! В чём я виноват?
Начальник службы, пробормотав под нос что-то вроде: «Погоди. Я после с тобой разберусь», схватил автомат и, неловко спрыгнув на землю, торопливо зашагал к мосту. Подкалюк настолько сильно погрузился в тревожные мысли, что услышал хлопок сработавшей растяжки с опозданием в две секунды. Ещё пару секунд он потерял, выбирая укрытие. Взрыв застал его уже в прыжке, а боль пришла чуть позднее, когда Борис Анатольевич погружался в трясину небытия …
Предыдущая часть. https://dzen.ru/a/aE_B5d7WoVOHRofI
Повести и рассказы «афганского» цикла Николая Шамрина, а также обе книги романа «Баловень» опубликованы на портале «Литрес.ру» https://www.litres.ru/