Фразу «я же говорил» не любит никто, кроме тех, кому выпала возможность ее озвучить. Потому что для того, кто говорил, это подтверждение его правоты, предусмотрительности и, возможно, даже превосходства над тем, кому говорили. А еще напоминание: ко мне можно и нужно прислушиваться, благодаря мне можно было уберечься от того, что произошло.
По другую сторону этой фразы можно обнаружить человека, который ощущает себя так, будто его подталкивают в сторону сожалений. Ведь получается, что уберечься действительно было можно, но для этого требовалось опереться не на себя, а на то, что считал правильным другой человек. И так из простой неприятной фразы, служащей лишним напоминанием о том, что могло сложиться иначе, «я же говорил» может превратиться в инструмент выбивания почвы из-под ног. «Ты не можешь полагаться на себя, ты ошибаешься, но зато ты можешь прислушиваться ко мне, и тогда все будет хорошо».
Для взрослого человека, достаточно твердо стоящего на ногах и имеющего весьма конкретные представления о себе, жизни, себе в жизни и жизни в себе, это вряд ли послужит поводом всерьез усомниться в своих возможностях. Но там, где опорности и так недостает, и без того шаткая платформа довольно просто выбивается из-под ног. Что, конечно, вполне соответствует подтекстному смыслу этой фразы: «Положись на меня, прислушивайся ко мне, ты не справляешься без меня».
И тут может сложиться впечатление, что речь идет о некоем манипулятивном зле во плоти. Но не реже сам говорящий руководствуется специфическими соображениями эдакой гиперопекающей заботы. Иными словами, в основе этих слов и их подтекста может лежать искреннее стремление помочь. Кого из нас никогда не посещало желание оградить близких от болей и невзгод?
Однако там, где нашу помощь по каким-то причинам принимать не желают, мы оказываемся бессильны. Даже если твердо уверены, что нам есть, что предложить. Или если считаем, что знаем как лучше. Трудоемкое занятие – принуждать зрелого, уверенного человека к принятию помощи, в которой он не ощущает нужды. Другое дело человек, остро ощущающий, что не справляется, что беспомощен в этом большом и страшном мире. Навязать ему свои ценные навыки и знания гораздо проще – он не чувствует, что его собственных достаточно.
Ну а тот, кто активно оказывает помощь, может бонусом получить чувство собственной нужности и значимости. Подтверждение компетентности в тех или иных, а может и во всех, жизненных вопросах. Получается эдакий симбиоз, становящийся замкнутым кругом.
Ведь человек, не ощущающий своей способности самостоятельно жить эту жизнь, никак не сможет нащупать опору под руководством другого. Она обретается путем попыток, проб, ошибок и успехов – именно собственных, с личной ответственностью, переживанием всех положительных и отрицательных последствий.
А говорящий едва ли сможет таким образом убедиться в способности «подопечного» справляться с жизненными неурядицами самостоятельно. Не говоря уже о крайних случаях, когда человек рискует посвятить себя заботе о жизни близкого настолько, что собственной не останется вовсе. Тем крепче становится хватка желания уберечь и подсказать.
Здесь может сложиться впечатление, что я утрирую. Ведь нельзя одной фразой «я же говорил» ввергнуть человека в состояние беспомощности, а самому оказаться в позиции всезнающего учителя. И это, разумеется, так. В конце концов, вряд ли кто-то из нас никогда не сталкивался с этой фразой в собственный адрес.
Чтобы все сложилось так, как я описала, должна совпасть целая совокупность факторов и фраза здесь скорее будет лишь крошечным мазком на общей картине отношений. Однако даже там, где звезды сложились иначе, мы можем отчетливо ощутить отзвуки всего того, что я описала выше. И, разумеется, эти отзвуки нам не нравятся. В конечном итоге, даже тому, кто «говорил».
Автор: Лозовская Елена Андреевна
Психолог
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru