Витька вернулся домой поздно. Я укладывала Петю спать почти час — он капризничал. Потом долго мыла посуду. Взяла книжку, устроилась в гостиной. Услышала, как он возится с замком — долго, будто что-то мешает.
— Ты что, пьяный? — спросила, когда он наконец вошел.
Он посмотрел на меня так, словно видел впервые. Или в последний раз.
— Нет. Я трезвый. Слишком трезвый для того, что мне сегодня пришлось узнать.
В руках у него была желтая папка. Он держал ее, как священную реликвию.
— Что это за бумаги?
— Ты действительно не догадываешься? Или притворяешься до последнего? — голос его звучал странно. Медленно, растягивая каждое слово.
Я отложила книгу. Что-то было не так.
— Виктор, о чем ты говоришь? Ты меня пугаешь.
Он швырнул папку на стол. Листы разлетелись, и я увидела печать какой-то лаборатории на верхнем документе.
— Читай. Внимательно читай каждое слово.
Я взяла верхний лист. "Генетическая экспертиза. Установление отцовства". Дальше шли непонятные термины. И в самом конце: "Вероятностью отцовства 5,9%".
Листок выпал из рук.
— Что это должно означать?
— А как ты думаешь, что это означает? — он сел напротив, сложил руки на груди. — Петя не мой сын. Совсем не мой. И ты это прекрасно знала.
Я схватилась за подлокотник кресла. От прочитанного в голове все перемешалось.
— Это невозможно... Виктор, это какая-то ошибка!
— Ошибка? — он засмеялся, но смех был злой. — Я сам отвозил образцы в лабораторию. Сам общался с врачами. Сам забирал результат из рук заведующего. Какая, к черту, ошибка?
— Но я же... У меня никого не было! Никого, кроме тебя! Ты же знаешь!
— Знаю? — он встал, отошел к окну. — Я знаю только то, что написано в этих бумагах. А они говорят, что моя жена мне врала все это время. Выдавала чужого ребенка за моего.
Петя заплакал в соседней комнате. Видимо, наши голоса его разбудили. Я побежала к нему, взяла на руки, прижала к себе. Малыш сразу успокоился и ткнулся мне в плечо.
Когда вернулась, Виктор стоял у шкафа и складывал вещи в спортивную сумку.
— Что ты делаешь? Ты что, уходишь?
— А ты как думала? Что я буду жить с женщиной, которая меня обманывала? Растить чужого ребенка, как дурак?
— Витя, остановись! — я подбежала к нему, но он отшатнулся, словно я была заразной. — Давай разберемся спокойно. Сделаем еще один анализ, в другой клинике. Или даже в двух других!
— Затем что? Чтобы ты успела подкупить их? Или придумала новую историю о том, как это все произошло по ошибке?
— Я тебя не обманывала! Клянусь тебе! На чем хочешь клянусь!
Он застегнул сумку, взял куртку с вешалки.
— Твои клятвы теперь ничего не стоят. Не звони мне. Не приходи. Не ищи. Живи со своим ребенком и думай, как объяснишь ему, кто его настоящий отец.
— А если Петя будет спрашивать про тебя? Что я ему скажу?
Витька замер у двери. На мгновение показалось, что он передумает. Но он только повернул голову:
— Скажешь правду. Что папа узнал — он ему не папа. И ушел к тем, кто его не обманывает.
Дверь хлопнула. Я стояла посреди гостиной с сыном на руках и смотрела на разбросанные по столу бумаги.
Петя посмотрел на меня своими серыми глазами — точно такими же, как у Виктора — и потянулся ручкой к двери.
Я прижала его крепче и почувствовала, как по щекам текут слезы.
— Нет, солнышко. Папы больше нет.
***
Петя болел. Кашлял всю ночь, температура поднималась и спадала. Я вызвала врача на дом — участковая пришла хмурая, послушала, выписала антибиотик.
— В аптеке скажите, что по льготе, — буркнула она, собирая стетоскоп.
После ее ухода Петя забрался ко мне на колени и уткнулся в грудь. Ему уже исполнилось семь, но когда болел, снова становился малышом.
— Мам, а почему у всех есть папы, а у нас нет?
Вопрос, которого я боялась больше всего.
— У нас есть мы с тобой. Этого достаточно.
— А Димка говорит, что все дяди могут быть папами. Если попросить.
Я погладила его по голове. Волосы у Пети были такие же жесткие, как у Вити. И глаза серые. И упрямый подбородок.
— Димка много чего говорит. Не слушай его.
— А можно я попрошу дядю Сережу? Он добрый.
Сережа — мой коллега из аптеки. Привозил нам лекарства домой, когда Петя болел. Помогал с ремонтом. Но я не могла позволить сыну надеяться на то, чего не будет.
— Дядя Сережа — наш друг. А папа — это совсем другое.
— Но я хочу папу, как у всех!
Петя заплакал, и я крепко обняла его. Что я могла сказать? Что его настоящий отец бросил нас из-за каких-то поддельных бумаг? Что я до сих пор не понимаю, откуда взялся тот чертов анализ?
***
Виктор стоял в очереди в поликлинику. Мать опять жаловалась на сердце. Он привез ее на обследование и ждал в коридоре, когда она закончит с кардиологом.
Рядом на скамейке сидел мальчик. Худенький, с растрепанными волосами. Читал книжку про динозавров.
— Интересная книга? — спросил Виктор.
Мальчик поднял голову, и Виктор почувствовал, как что-то сжалось в груди. Серые глаза, точно такие же, как у него. И форма лица...
— Да! Тут про тираннозавра написано. Хотите посмотреть?
Виктор сел рядом. Мальчик с увлечением рассказывал про древних ящеров, показывал картинки. Говорил быстро, эмоционально — точно так же, как сам Виктор в детстве.
— А вы кто? — вдруг спросил мальчик.
— Я... — Виктор не знал, что ответить. — А ты?
— Петя. Мы с мамой к врачу пришли. У меня кашель был, но уже лучше.
Петя. Его сын. Которого он считал чужим.
— Петя, а сколько тебе лет?
— Семь! А вам?
— Намного больше семи.
Мальчик засмеялся. У него была такая же улыбка, как у Виктора на старых фотографиях.
— Петя, ты где? — послышался женский голос.
Виктор обернулся и увидел Алису. Она шла по коридору, заглядывая в кабинеты. Постарела. Похудела. Волосы коротко подстрижены.
— Мам! — Петя помахал рукой. — Я тут с дядей разговаривал!
Алиса подошла ближе и замерла. Увидела Виктора.
— Петя, идем. — Голос у нее был спокойный, но руки сжались в кулаки.
— Подожди, мам! Дядя, как вас зовут?
Виктор встал. Смотрел на мальчика и не мог поверить собственным глазам. Как он мог быть таким слепым? Ребенок был его копией.
— Петя, пошли отсюда. Немедленно.
— Но мама...
— Я сказала — пошли!
Алиса взяла сына за руку и потащила к выходу. Петя оглянулся и помахал Виктору.
— До свидания!
Виктор стоял в пустом коридоре и чувствовал, как внутри все переворачивается. Этот мальчик был его сыном. Без всяких анализов и экспертиз. Это было видно невооруженным глазом.
Значит, тот первый тест был фальшивкой. Но кто и зачем его подделал?
***
Виктор сидел в кабинете генетика и смотрел на новые результаты. Отцовство подтверждалось с вероятностью 99,7%. Петя был его сыном.
— Доктор, а как мог ошибиться предыдущий тест?
— Ошибки в нашем деле крайне редки, — врач пожал плечами. — Возможно, перепутали образцы. Или кто-то специально подменил материал.
Подменил. Виктор вспомнил, как мать настаивала, чтобы он сделал этот анализ. Как убеждала его, что Алиса ему изменяет. Как предлагала самой отвезти образцы в лабораторию.
Он сжал кулаки. Мать. Собственная мать разрушила его семью.
***
Я мыла посуду после ужина, когда в дверь позвонили. Петя побежал открывать, но я его остановила.
— Кто там?
— Алиса, это я. Виктор.
Тарелка выскользнула из рук и со звоном упала в раковину. Чего он хотел?
— Мам, кто это? — шепотом спросил Петя.
— Просто человек, который ошибся адресом. Иди делай уроки.
— Алиса, мне нужно с тобой поговорить. Это очень важно.
— Мне кажется, мы уже все друг другу сказали. Причем ты высказался особенно ясно, когда хлопнул дверью.
— Я знаю, что ты не изменяла мне. Я сделал новый анализ.
Я прислонилась спиной к двери. Воздуха стало не хватать.
— Какой еще анализ? Решил перепроверить, вдруг первый раз ошибся?
— Открой, пожалуйста. Дай мне объяснить, что произошло.
— Объяснить? — я не сдержалась и распахнула дверь. — Что ты собираешься мне объяснять? Как ты поверил каким-то липовым бумажкам больше, чем собственной жене? Как собрал манатки и исчез, оставив меня с грудным ребенком разбираться с твоими подозрениями?
Он стоял на пороге с букетом роз. В мятом костюме. Смотрел на меня виноватыми глазами.
— Алиса, я был полным дураком. Меня специально обманули. Мать подменила образцы для анализа.
— Ах, твоя драгоценная мамочка! — я засмеялась. — Конечно! Как я сразу не догадалась! Всегда найдется козел отпущения. Только не ты сам.
— Это правда! Она призналась, когда я предъявил ей новые результаты. Она хотела, чтобы мы развелись. Говорила, что ты мне не пара.
— И что дальше? Ты думаешь, я брошусь тебе на шею и буду благодарить за то, что ты наконец-то разобрался, кто твой сын?
Петя выглянул из комнаты.
— Мам, кто это?
Виктор посмотрел на сына и улыбнулся.
— Привет, Петя. Мы с тобой уже встречались. В больнице, помнишь? Ты мне про динозавров рассказывал.
— А! Дядя! — Петя подбежал к нему. — Вы пришли в гости? А что это у вас, цветы?
— Петя, марш в комнату и не выходи, пока я не разрешу, — резко сказала я.
— Но мама, я хотел показать дяде свою новую книжку...
— Я сказала — в комнату!
Петя обиделся и ушел, громко хлопнув дверью.
— Он на меня похож, — прошептал Виктор.
— Еще бы не похож. Ты же его отец. Хотя об этом ты додумался только сейчас.
— Я хочу быть частью его жизни. Хочу стать настоящим отцом для него.
— Где ты был, когда у него была пневмония и мне пришлось продать мамины сережки, чтобы купить лекарства? Где ты был, когда он первый раз пошел в школу и спрашивал, почему все папы пришли на линейку, а его нет? Где ты был, когда он плакал и просил хоть какого-нибудь папу?
— Я не знал...
— Ты не захотел знать! — я почувствовала, как внутри все закипает. — Ты предпочел поверить своей маменьке, которая меня с первого дня невзлюбила, а не мне. Собственной жене!
— Прости меня, Алиса. Я готов делать все, что угодно, лишь бы вернуть твою любовь и доверие сына.
— Мою любовь ты убил своими же руками. А доверие Пети... Может быть, если очень постараешься, сможешь его заработать. Но это будет долго и трудно.
— Я понимаю. Скажи только, с чего начать.
Я посмотрела на него и поняла, что простить не смогу никогда. Но Петя имел право знать своего отца.
— Начинай постепенно. Приходи к нему иногда. Гуляйте вместе, разговаривайте. Но только не обещай ему того, что не сможешь выполнить. Он уже достаточно намучился с отсутствующими взрослыми.
— А между нами? Есть ли хоть малейший шанс все исправить?
— Между нами больше ничего не будет, — ответила я твердо. — Этот поезд ушел в тот момент, когда ты решил, что я шлюха. Но ты можешь попытаться стать отцом своему сыну. Если действительно этого хочешь.
Виктор кивнул. По его лицу потекли слезы.
— Спасибо за этот шанс. Обещаю, что больше никогда вас не подведу.
— Обещания ты уже давал, — сказала я и закрыла дверь.
***
Виктор пришел в следующий вторник. Стоял под окнами и ждал, пока Петя вернется из школы.
— Дядя! — обрадовался мальчик. — Вы меня ждали?
— Да. Хотел узнать, как дела в школе.
— Нормально. А вы зачем спрашиваете?
Виктор присел на корточки, чтобы быть на одном уровне с сыном.
— Петя, я должен тебе кое-что сказать. Я твой папа.
Мальчик нахмурился.
— Не может быть. У меня нет папы. Мама говорила...
— Мама не врала. Просто я не знал, что у меня есть такой замечательный сын.
Петя долго молчал, изучая Виктора.
— А почему вы раньше не приходили?
— Потому что был дураком. Поверил неправде и ушел от вас с мамой. Но сейчас я знаю правду и хочу... хочу быть твоим папой. Если ты позволишь.
— А мама разрешит?
— Мама уже разрешила. Но решать будешь ты.
Петя подумал еще немного.
— А что мы будем делать?
— Все, что делают папы с сыновьями. Можем ходить в кино. Или я научу тебя ездить на велосипеде.
— Я уже умею! Дядя Сережа из маминой аптеки учил.
— Тогда... тогда мы найдем что-то другое.
***
Я наблюдала за ними из окна. Виктор приходил каждый день после школы. Сначала они просто разговаривали во дворе. Потом начали ходить в парк. Петя рассказывал ему про уроки и друзей, показывал рисунки.
Постепенно мой сын оживал. Появился интерес к жизни, который я не видела уже давно. Он перестал спрашивать про других пап и с гордостью говорил одноклассникам: "А мой папа сказал..."
— Мам, а можно папа придет к нам домой? — спросил Петя после очередной прогулки.
— Зачем?
— Я хочу показать ему свою комнату. И книжки про динозавров.
Я не могла отказать. Это был его дом тоже.
— Хорошо. Но только на час.
Виктор пришел с коробкой конструктора. Петя визжал от восторга и тут же принялся строить космический корабль. Виктор помогал ему, терпеливо объяснял, как крепить детали.
— Смотри, мам! — Петя показал готовую модель. — Мы с папой сделали!
Я кивнула и ушла на кухню. Слышала их смех из детской, и что-то болезненно кольнуло внутри. Не от ревности. От боли. Вот так должно было быть с самого начала.
— Алиса, — Виктор зашел на кухню, когда Петя заснул. — Спасибо, что даешь мне шанс.
— Я делаю это не для тебя. Только для него.
— Понимаю. Но все равно спасибо.
Он ушел, а я долго сидела и думала. Может быть, я была слишком жестокой? Может быть, стоило попробовать простить?
Но нет. Некоторые вещи нельзя простить. Можно только принять и жить дальше.
***
— Мам, а можно мы с папой поедем к его маме? — спросил Петя как-то утром.
— К бабушке? А она хочет тебя видеть?
— Папа говорит, что хочет. И что она просила прощения за то, что наврала.
Я усмехнулась. Свекровь просила прощения. Интересно, искренне или под давлением сына?
— Если хочешь — поезжай. Только папа пусть привезет тебя к ужину.
Петя вернулся расстроенный.
— Что случилось? — спросила я.
— Бабушка плакала. Говорила, что она плохая и что все из-за нее. А папа сказал, что больше мы к ней не поедем, пока она не станет добрей.
Виктор защитил сына от своей матери. Неожиданно.
***
Мы сидели на скамейке в парке. Петя гонял мяч неподалеку, а мы с Виктором обсуждали его летний отдых.
— Может, отправим его в лагерь? — предложил Виктор. — Есть хороший, за городом.
— У меня нет денег на лагерь.
— Я заплачу. Это мой сын тоже.
Я посмотрела на него. Он действительно изменился. Стал внимательнее, ответственнее.
— Хорошо. Но сначала покажи мне этот лагерь.
— Конечно. Мы поедем туда вместе, все посмотрим.
Я улыбнулась. Давно не улыбалась так искренне, глядя на них. Не потому что простила Виктора. Но потому что мой сын был счастлив. Да и я, если честно.
И этого было достаточно.
Если вам понравилось, поставьте лайк.👍 И подпишитесь на канал👇. С вами был Изи.
Так же вам будет интересно: