8-я улица Соколиной горы, 15
В первые годы советской власти, помимо известных политических и социальных потрясений, свирепствовали эпидемии сыпного тифа, холеры и других инфекционных заболеваний. Существующих лечебных учреждений и медицинских кадров остро не хватало. В 1928 году на средства от реализации займа Моссовета было решено построить больницу на 1000 коек, из них 650 инфекционных и 350 соматических (терапевтические, хирургические). Под больничный городок был выделен участок на возвышенности Соколиная Гора, который оставался свободным от капитальной застройки.
Торжественная закладка больницы состоялась в ноябре 1929 года и была освещена в прессе. Начальником работ был назначен А. Кайданов, который фактически стал и первым главным врачом больницы. Завершить больницу планировалось в 1932 году, но из-за увеличения затрат и недостатка средств стройку заморозили. В 1935 году строительство возобновили, а 1 июля 1937 года несколько больничных корпусов приняли первых пациентов.
Проект больничного комплекса разработали архитекторы Михаил Иванович Мотылев (1891–1969) и Григорий Федорович Сенатов (1885–1967), известные многими интересными работами.
В основу планировки больничного городка была положена павильонная система — свободное расположение малоэтажных корпусов на территории. По первоначальной программе задумывалось построить 22 типа зданий. Все постройки в зависимости от функции были объединены в группы: соматическая часть больницы была отделена от инфекционной зеленой полосой, между ними располагалась общая часть (административный корпус, аптека, лаборатория, патолого-анатомический корпус). Отдельно располагался служебный двор. Больничный участок по периметру отделялся от прилегающих территорий зеленой защитной зоной.
В дальнейшем программа больницы существенно сократилась. Были разработаны новые варианты генплана, но принцип в целом сохранился.
До войны по проекту Мотылева и Сенатова были возведены здание приемного покоя, терапевтический и физиотерапевтический корпуса, детский хирургический и детский терапевтический корпуса — в восточной части участка; три инфекционных корпуса — в западной части участка; несколько построек в северной части участка. Остальные постройки не были реализованы. На месте, отведенном архитекторами под хирургический корпус, было построено большое прямоугольное здание, выбивающееся из общей логики проекта. Таким образом, стройного завершения проект не получил.
Корпуса были спроектированы сообразно с их функцией. Лечебный комбинат — такое название больницы встречается в прессе. Понимание зданий любого типа как механизмов или производств было характерно для тех лет. Вспомним, что Ле Корбюзье считал дом машиной для жилья, образовательные учреждения часто назывались учебными комбинатами и т. д. Так, и Г.Ф. Сенатов пишет, что инфекционные павильоны представляют собой «здания-аппараты» не только для лечения больных, но и для уменьшения внутрибольничных заражений. Эти корпуса были вместилищем изоляторов-боксов, отделенных шлюзами от чистых зон. Приемный покой тоже был своеобразным конвейером: осмотр поступающих больных проводился в индивидуальных боксах, после этого каждый бокс дезинфицировался, чтобы принять нового пациента.
Лечебные корпуса в плане напоминали гребенки: вытянутая часть — коридор с палатами, а перпендикулярно присоединялись объемы со вспомогательными помещениями, лабораториями, кабинетами врачей, операционными и т. д. В торцах — особое удобство для отдыха больных — лоджии-рекреации, которые впоследствии были застеклены.
Два корпуса имели особенно интересную крестообразную форму в плане и располагались зеркально друг к другу.
Внешне здания были оформлены в спокойных неоклассических формах, имели портики, рустованные пилястры, сандрики, филенки, карнизы и т. д. Однако этот декор не мешает проявляться в фасадах функциональной логике здания. Для архитектуры больниц — это точно найденное решение.
Стены зданий были сложены из кирпича, оштукатурены и окрашены. Перекрытия — железобетонные по металлическим балкам. Крыши скатные по деревянным стропилам, крытые железом.
Интерьеры были светлыми, хорошо освещенными за счет большой площади остекления, со сдержанным декоративным оформлением. В значимых помещениях — потолки кессонированные. Интересный элемент — иллюминаторы в коридорах, чтобы медработники могли наблюдать за пациентами в палатах.
На старых фотографиях привлекает внимание больничная мебель. В печати тех лет отмечалось, что она была создана по особому заказу. В палатах мы видим легкие металлические койки на колесах — это вполне ожидаемо. Но стулья-консоли из гнутых стальных трубок в духе Марта Штама и Марселя Брейера?! Кресла на лоджиях выполнены в той же эстетике, но с мягкими, скорее всего, дерматиновыми сиденьями и спинками!
Отметим и осветительные приборы: в общих помещениях и палатах светильники подвесные в виде шаров из молочного стекла, у коек — бра; в операционных и прочих врачебных помещениях — специальные лампы.
В послевоенные годы на территории больницы появились новые здания. Так, в 1953 году открылся еще один детский инфекционный корпус с характерной для своего времени архитектурой — симметричное здание с фронтоном. По сравнению с постройками предыдущих лет его торжественность кажется преувеличенной для детской больницы. Но, возможно, это объясняется расположением: этот корпус занял место запроектированного в 1930-е годы, но неосуществленного центрального административного здания. Авторы — архитекторы мастерской типового проектирования треста «Мосгорпроект» Я.Е. Островский и Арнольд Давидович Сурис (1908–1999). В трехэтажном здании на 140 коек было запроектировано 16 палат, операционная, рентгеновский кабинет, веранды, игральные комнаты, столовые и т. д. Особое внимание уделено интерьерам, в каждой палате планировали установить телефон, радио и часы.
В середине 1950-х годов на территории больницы появились два корпуса, построенные по переработанному проекту школы архитектора Л.А. Степановой.
Одно из них было приспособлено под родильный дом. В 1957 году при больнице возведено крупноблочное здание школы по типовому проекту А.Т. Капустиной для подготовки медицинских сестер. Здание было рассчитано почти на 900 учащихся и оборудовалось лабораториями, рентгеновским кабинетом и т. д.
Два больших корпуса на территории больницы возведены в 1970-е годы. Они олицетворяют собой следующую архитектурную эпоху.
В середине 1990-х начинают исчезать довоенные здания: снесены два соматических корпуса, на их месте в 2002 году выросло многоэтажное инфекционное отделение. Затем были утрачены три инфекционных корпуса и один из «крестов». В последние годы снесено одно из довоенных зданий, двухэтажное, с фронтоном и полуциркульным окном на тимпане, изначально, вероятно, построенное как служебный корпус.
Рассмотрев кратко историю застройки больницы, выделим сохранившиеся на данный момент здания 1930–1950-х годов:
- бывшее приемное отделение, годы постройки: 1930–1937, архитекторы: М.И. Мотылев и Г.Ф. Сенатов (8-я улица Соколиной Горы, д. 15, корп. 8);
- бывший физиотерапевтический корпус, годы постройки: 1930–1937, архитекторы: М.И. Мотылев и Г.Ф. Сенатов (8-я улица Соколиной Горы, д. 15, корп. 4);
- двухэтажное здание, год постройки: до 1942 (8-я улица Соколиной Горы, д. 15, корп. 16);
- одноэтажное здание, год постройки: до 1942 (8-я улица Соколиной Горы, д. 15, корп. 12);
- двухэтажное здание, год постройки: до 1942 (8-я улица Соколиной Горы, д. 15А, стр. 8);
- бывший детский инфекционный корпус, годы постройки: 1950–1953, архитекторы: А.Е. Островский, А.Д. Сурис (8-я улица Соколиной Горы, д. 15, корп. 5;
- лечебный корпус, годы постройки: 1952–1954, автор типового проекта Л.А. Степанова (8-я улица Соколиной Горы, д. 15, корп.1);
- бывший роддом, годы постройки: 1952–1954, автор типового проекта Л.А. Степанова (8-я улица Соколиной Горы, д. 15, корп. 7);
- бывшая школа медицинских сестер, год постройки: 1957, автор типового проекта А.Т. Капустина и др. (улица Бориса Жигуленкова, д. 23).
Самым интересным из них и, безусловно, исторически ценным является бывший физиотерапевтический корпус, в котором сейчас размещается одна из кафедр Российского университета медицины. В плане здание представляет собой неравноконечный крест, свободно раскинувшийся на земле. Его юго-западная оконечность решена полуротондой с лоджией, увенчанной тяжелым карнизом и парапетом.
Юго-восточная часть креста также оканчивалась лоджией, но в виде прямоугольного четырехколонного портика, тоже с карнизом и парапетом. Впоследствии лоджии были застеклены, но их формы угадываются.
Неслучайно Г.Ф. Сенатов называет постройки больницы павильонами: они кажутся пронизанными воздухом. Человеческий масштаб и портики, утопающие в зелени, вызывают в памяти усадьбы XIX века. Но динамика объема, обильное остекление и горизонтальные тяги, объединяющие окна, говорят о том, что здание лишь набросило на себя классические одежды, а дух его из другой эпохи. Этот изящный больничный павильон, несмотря на перестройки, позволяет представить, как мог выглядеть постконструктивистский комплекс архитекторов Мотылева и Сенатова в своем единстве.
Изначально статья опубликована на сайте Музея районов Измайлово и Соколиная гора. Источники и ссылки смотрите здесь:
О других общественных зданиях 1930-х годов на Соколиной горе читайте здесь: