Мария прижала к себе потёртую сумочку и посмотрела в окно троллейбуса. За стеклом мелькали серые дома, такие же серые, как её жизнь последние полгода. После похорон Анатолия всё казалось каким-то не настоящим, словно она смотрела на мир через мутное стекло.
— Маша? Машенька Сорокина?
Она обернулась и увидела мужчину лет пятидесяти с приятным лицом и улыбкой, от которой морщинки расходились к вискам. Знакомое лицо, но откуда?
— Влад Петров, одноклассник твой! Ну как же, мы в десятом классе сидели за соседними партами.
Сердце дрогнуло от неожиданности. Влад... конечно, как она могла забыть? Он всегда был весёлым, подбадривал её перед контрольными, когда она нервничала из-за математики.
— Влад... — она улыбнулась первый раз за много дней. — Какие встречи.
— Садись рядом, места полно. — Он похлопал по сиденье. — Куда едешь?
— В центр, по делам. — Мария опустилась на соседнее место, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает плечи.
— А я помню, как ты боялась у доски отвечать, а потом всегда получала пятёрки, — засмеялся Влад. — Такая была старательная. А сейчас? Замужем небось, дети?
Горло сжалось. Как объяснить, что муж умер, что детей так и не случилось, что она теперь совсем одна в этом мире?
— Вдова, — коротко ответила она и отвернулась к окну.
— Ой, Машенька, прости... — голос Влада стал мягче. — Недавно?
— Полгода назад.
Несколько минут они ехали молча. Влад не лез с расспросами, и за это ей было благодарно. Просто сидел рядом, и это почему-то успокаивало.
— Слушай, а ты где живёшь? — спросил он, когда троллейбус остановился на светофоре.
— Пока у сестры. Квартира наша была служебная, пришлось съехать. Ищу что-то своё, небольшое.
— Ну надо же! — Влад оживился. — А я как раз недвижимостью занимаюсь. Своё агентство открыл. Мы работаем напрямую с владельцами, без этих грабительских риэлторских комиссий. Честно, как себе бы делал.
Мария посмотрела на него с интересом. Влад говорил убедительно, в глазах светилась искренность.
— У нас сейчас как раз есть хорошая однушка на окраине, недорого. Хозяин уезжает за границу к дочке, продаёт быстро. Хочешь, покажу завтра?
— Не знаю... — она замялась. — А вдруг обман какой?
— Машенька, это же я! — Влад положил руку ей на плечо. — Мы с тобой столько лет знакомы. Неужели я тебя обману? Документы все покажу, нотариус проверенный. Всё по закону.
Троллейбус подъехал к её остановке. Мария встала, чувствуя, как внутри что-то оттаивает. Может, это знак? Встретить старого друга именно сейчас, когда так нужна помощь?
— Давай телефоны обменяемся, — сказал Влад, доставая мобильник. — Завтра созвонимся, и я тебе всё покажу. Увидишь сама.
Мария продиктовала свой номер и записала его. Выходя из троллейбуса, она обернулась и помахала Владу рукой. Он улыбнулся и показал большой палец.
Идя по улице, она впервые за полгода почувствовала что-то похожее на надежду.
Осмотр квартиры и оформление документов
На следующий день Влад приехал за ней на старенькой, но чистой машине. Всю дорогу рассказывал о своём бизнесе, о том, как важно помогать людям честно, без обмана.
— Знаешь, Машенька, мне противно смотреть, как риэлторы дерут с людей бешеные деньги. У меня другой принцип — небольшая комиссия, но зато совесть чиста.
Квартира оказалась на пятом этаже панельного дома. Небольшая, но светлая, с видом на детскую площадку. Хозяин, пожилой мужчина в очках, нервно торопил с решением.
— Понимаете, мне завтра уже лететь, дочка билет купила. Если берёте — давайте сегодня документы оформим, а то найду других покупателей.
Мария ходила по комнатам, представляя, где поставит диван Анатолия, где его любимое кресло. Цена была разумной, квартира чистая, документы на первый взгляд в порядке.
— Мне нужно подумать, — сказала она.
— Машенька, — Влад отвёл её в сторону, — не упускай такую возможность. Видишь, хозяин торопится. Завтра он найдёт других покупателей, а такие цены сейчас редкость.
Старые страхи закрались в душу. А вдруг она опять останется ни с чем? Вдруг сестра устанет от неё, а других вариантов не будет?
— Ты ничего не теряешь, — мягко сказал Влад. — Документы оформим через нотариуса, всё законно. Я же не посторонний человек, мы с тобой сто лет знакомы.
— А если что-то пойдёт не так?
— Машенька, я тебе как старый друг говорю — ничего не пойдёт не так. У меня уже десятки сделок так прошли. Люди довольны, никто не жаловался.
Хозяин квартиры нетерпеливо посматривал на часы.
— Решайтесь уже, у меня ещё покупатели звонили.
Сердце колотилось. Мария достала из сумочки все свои сбережения — деньги от продажи Анатолиевых инструментов и её пенсии за несколько месяцев.
— Хорошо, — прошептала она. — Берём.
В нотариальной конторе всё происходило быстро. Влад объяснял каждый документ, показывал, где подписывать. Нотариус, молодая женщина, торопливо оформляла бумаги.
— Вам нужна доверенность на оформление права собственности, — сказала она. — Это обычная процедура.
— А зачем? — спросила Мария.
— Чтобы не ездить в Росреестр самой, — пояснил Влад. — Я всё оформлю, документы тебе привезу. Так быстрее и удобнее.
Мария колебалась. Что-то внутри подсказывало не спешить, но Влад улыбался так по-дружески, а хозяин квартиры уже складывал свои документы, готовясь уходить.
— Машенька, ты же мне доверяешь? — тихо спросил Влад.
Она кивнула и поставила подпись под доверенностью. Деньги передала хозяину, получила расписку. Влад обещал через неделю привезти готовые документы на квартиру.
Выходя из нотариальной конторы, Мария чувствовала странную пустоту в груди. Вроде бы всё правильно сделала, но почему-то на душе было тревожно.
— Не переживай, — сказал Влад, провожая её к машине. — Через неделю будешь в своей квартире. А я помогу с переездом.
Первые подозрения
Прошло две недели. Влад не звонил, на её звонки не отвечал. Мария каждый день проверяла телефон, но экран молчал. Сестра Лена начала намекать, что пора бы определяться с жильём.
— Маша, я понимаю, что тебе тяжело, но у меня своя семья. Дети скоро на каникулы приедут.
— Ещё немного, Леночка. Влад документы оформляет, скоро всё будет готово.
Но внутри уже поселился червячок сомнения. Почему так долго? Почему не отвечает на звонки?
В понедельник утром почтальонша принесла квитанции. Мария открыла конверт и похолодела. Коммунальные платежи на её квартиру были оформлены на имя Славы Петрова.
— Кто такой Слава Петров? — прошептала она.
Руки тряслись, когда она набирала номер Влада. Долгие гудки, затем знакомый голос:
— Абонент временно недоступен.
Мария оделась и поехала в центр, к тому дому, где располагался офис агентства Влада. Поднялась на третий этаж, нашла нужную дверь. На ней висела табличка: "Помещение сдаётся".
— Девушка, вы что-то ищете? — спросила женщина, выходя из соседнего офиса.
— Агентство недвижимости "Новый дом", — дрожащим голосом ответила Мария.
— А, эти. Месяц назад съехали. Арендную плату не платили, хозяин их выгнал.
Мир вокруг поплыл. Мария схватилась за стену, чувствуя, как ноги становятся ватными.
— Вам плохо? — женщина подхватила её под руку. — Садитесь на стул.
— Они... они мою квартиру оформляли, — еле выговорила Мария.
— Ой, деточка, — покачала головой женщина. — Вы не первая, кто за ними приходит. Тут уже пенсионеров несколько было. Милиция интересовалась.
Домой Мария добиралась как в тумане. Всю дорогу в голове крутилась одна мысль: "Как же так? Как же так?"
Сестра встретила её на пороге с озабоченным лицом.
— Маша, ты где была? Тебя соседка снизу искала, тётя Ира. Сказала, срочное дело.
Тётя Ира, бывшая учительница, жила этажом ниже уже много лет. Она встретила Марию с чашкой горячего чая и участливым взглядом.
— Садись, милая, садись. Вижу, расстроена ты. Что случилось?
Мария рассказала всё — про встречу с Владом, про квартиру, про исчезновение документов. Тётя Ира слушала молча, только качала головой.
— Ох, деточка, — вздохнула она. — А мне соседка рассказывала, что в нашем районе таких случаев много. Одиноких пенсионерок так разводят. Под видом старых знакомых подкатываются, доверие входят, а потом...
— Но он же мой одноклассник! — воскликнула Мария.
— А ты проверила? В интернете посмотрела, в одноклассниках? Сейчас все там сидят.
Мария покачала головой. У неё не было компьютера, а телефон был самый простой.
— Пойдём к моей внучке, она всё найдёт, — решительно сказала тётя Ира.
Через полчаса они сидели перед компьютером у Иры, студентки третьего курса. Девушка быстро нашла страничку их школы, выпуск 1989 года.
— Влад Петров... Петров... — она пролистывала фотографии. — Бабуль, тут Петров есть, но он совсем другой. Худой, тёмные волосы. А этот дядька, что к тёте приходил, седой и толстый был?
Мария кивнула, чувствуя, как мир окончательно рушится вокруг неё.
Поиск помощи
На следующее утро Мария поехала в отделение полиции. Дежурный офицер, молодой парень с равнодушным лицом, выслушал её историю и пожал плечами.
— Пишите заявление. Только вряд ли что-то найдём. Таких дел сейчас много, а доказательств мало. Вы же сами доверенность подписали.
— Но меня обманули!
— Это надо доказать. Обратитесь к адвокату.
Адвокат в центре города запросил тридцать тысяч рублей аванса. У Марии таких денег не было — всё ушло на квартиру.
— Без денег ничем помочь не могу, — развёл руками юрист. — Попробуйте в бесплатной консультации, но там только советы дают.
Бесплатная юридическая консультация располагалась в подвале жилого дома. Пожилой мужчина в потёртом костюме посмотрел на документы и покачал головой.
— Сложный случай. Вы же сами подписали доверенность. Формально всё законно.
— Но меня обманули! Он представился моим одноклассником!
— Это надо доказывать в суде. А суд — это долго и дорого. Честно говоря, советую забыть и начать всё сначала.
Мария вышла на улицу с ощущением полной безнадёжности. Неужели всё потеряно? Неужели нет справедливости на свете?
Вечером она сидела на кухне у сестры и смотрела в окно. Лена готовила ужин, время от времени бросая на неё озабоченные взгляды.
— Маш, а может, правда забить? — осторожно сказала сестра. — Найдёшь другую квартиру, попроще.
— На что? У меня больше денег нет.
— Ну... можешь у меня пожить пока. Только недолго, понимаешь.
Мария кивнула, понимая. Лена была права — нельзя вечно сидеть на шее у сестры.
Ночью она лежала на раскладушке и думала о том, как легко она поверила обманщику. Почему не проверила документы? Почему не взяла копии? Почему была такой наивной?
Утром позвонила тётя Ира.
— Маша, милая, моя внучка в интернете нашла. Есть фонд, который помогает обманутым людям. Там работают хорошие юристы, бесплатно консультируют. Адрес записала.
— Тётя Ира, зачем? Везде говорят, что ничего не докажешь.
— А ты попробуй. Что теряешь? И так ведь всё потеряла уже.
Это было правдой. Терять было уже нечего.
Фонд помощи располагался в старом здании недалеко от центра. В приёмной сидели несколько человек — в основном пожилые женщины со схожими историями. Секретарь, девушка лет двадцати пяти, приветливо встретила Марию.
— Проходите, Елена Викторовна вас примет. Она наш лучший специалист по мошенничествам с недвижимостью.
Елена Викторовна оказалась женщиной лет сорока с умными глазами и решительным выражением лица. Она внимательно выслушала рассказ Марии, попросила показать все документы.
— Интересное дело, — сказала она, изучая бумаги. — А почему вы раньше не обращались?
— Везде говорят, что бесполезно. Раз сама подписала доверенность...
— Это не всегда так. Бывают нюансы. — Елена Викторовна отложила документы. — Я возьмусь за ваше дело. Бесплатно. У меня есть личные причины помогать таким, как вы.
Мария почувствовала, как что-то дрогнуло в груди. Неужели ещё есть надежда?
Расследование и неожиданная находка
Елена Викторовна работала быстро и методично. Уже через неделю она пригласила Марию на встречу.
— Я нашла интересные вещи, — сказала юристка, разложив на столе документы. — Ваш "Влад Петров" на самом деле Станислав Петров, ранее судимый за мошенничество. Живёт с женой и двумя детьми, официально безработный.
— Значит, можно что-то сделать? — с надеждой спросила Мария.
— Не так быстро. Но я нашла кое-что более интересное. — Елена Викторовна указала на один из документов. — Смотрите сюда. Доверенность оформлена пятнадцатого числа, а договор купли-продажи подписан четырнадцатого. Видите нестыковку?
Мария внимательно посмотрела на даты.
— Получается, доверенность была оформлена на день позже продажи?
— Именно! А это уже серьёзное нарушение. Нотариус допустил ошибку, либо документы были сфальсифицированы задним числом.
— И что это означает?
— Это означает, что у нас есть основания для иска. Сделка может быть признана недействительной.
Елена Викторовна встала и подошла к окну.
— Знаете, почему я так рьяно взялась за ваше дело? Моя мама стала жертвой похожих мошенников три года назад. Тогда я ещё не была юристом, не смогла ей помочь. Она потеряла квартиру и сильно заболела от переживаний.
— И что с ней стало?
— Её не стало. — Голос Елены стал тише. — Инфаркт. Врачи сказали, от стресса.
— Простите...
— Поэтому я и пошла учиться на юриста. Чтобы помогать таким, как моя мама. Как вы.
Мария почувствовала, как слёзы подступают к глазам. Не от жалости к себе, а от благодарности к этой женщине.
— Что будем делать дальше?
— Для начала нужно найти этого Станислава и поговорить с ним. У меня есть его адрес. Возможно, удастся договориться без суда.
Квартира Станислава находилась в спальном районе, в обычной панельке. Когда он открыл дверь, Мария его не сразу узнала — лицо осунулось, появились глубокие морщины.
— Мария? — он растерянно посмотрел на неё, потом на Елену Викторовну. — Что вы тут делаете?
— Думаю, вы догадываетесь, — спокойно сказала юристка. — Пригласите нас, поговорим.
В квартире было тихо, пахло борщом и детскими игрушками. На диване сидела женщина лет тридцати с грудным ребёнком на руках.
— Слава, кто это? — настороженно спросила она.
— Это... — Станислав замялся. — Это по делу.
Елена Викторовна чётко изложила суть проблемы, показала документы с нарушениями. Станислав слушал, всё больше бледнея.
— Слушайте, — наконец сказал он, — я не хотел... То есть, не так всё было.
— А как? — строго спросила юристка.
— Жена меня заставила. — Он посмотрел на женщину с ребёнком. — Говорила, что дети голодные, что денег нет. Я сопротивлялся, но...
— Но решил обобрать пенсионерку?
— Она была не целью! — вспылил Станислав. — То есть, я не специально её искал. Просто встретились случайно, и я подумал... — он замолчал.
— Подумали, что удобная жертва?
— Я готов вернуть квартиру, — тихо сказал он. — Только не сажайте меня. У меня дети маленькие.
Жена Станислава заплакала, прижимая к себе ребёнка.
— Мы вообще ничего не потратили из тех денег, — сказала она сквозь слёзы. — Всё лежит на счету. Мы боялись трогать.
Мария смотрела на эту семью и чувствовала странную смесь злости и жалости. С одной стороны, они разрушили её жизнь. С другой — сами были несчастными людьми.
— Хорошо, — сказала Елена Викторовна. — Тогда идём в суд добровольно. Станислав даёт показания, квартира возвращается законному владельцу, а он получает условный срок за сотрудничество со следствием.
Суд и справедливость
Судебное заседание проходило в небольшом зале районного суда. Мария сидела рядом с Еленой Викторовной, сжимая в руках платочек и стараясь не волноваться.
Судья, женщина средних лет в строгом костюме, внимательно изучила все документы. Станислав признал свою вину, дал подробные показания о схеме обмана.
— Подсудимый, — обратилась к нему судья, — вы понимаете, что ваши действия причинили серьёзный материальный и моральный ущерб потерпевшей?
— Понимаю, ваша честь, — тихо ответил Станислав. — Я готов возместить весь ущерб.
Нотариус, допустивший ошибку в датах, был привлечён к административной ответственности. Сделка была признана недействительной, квартира возвращена Марии.
Станислав получил два года условно — суд учёл его чистосердечное раскаяние и наличие малолетних детей.
Выходя из зала суда, Мария чувствовала странную пустоту. Вроде бы справедливость восторжествовала, но радости почему-то не было.
— Что с вами? — спросила Елена Викторовна. — Вы же выиграли.
— Не знаю, — призналась Мария. — Вроде должна радоваться, а на душе тяжело.
— Это нормально. Вы пережили серьёзный стресс. Нужно время, чтобы прийти в себя.
Через месяц Мария наконец переехала в свою квартиру. Коробки с вещами стояли посреди комнаты, а она сидела на единственном стуле и смотрела в окно.
Квартира была той же самой, но ощущалась по-другому. Теже стены, тот же вид из окна, но теперь она знала цену своему дому.
Мария достала с полки старую коробку с документами. Диплом бухгалтера, фотографии с Анатолием, старые письма. В самом низу лежала справка о повышении квалификации — она когда-то изучала основы юриспруденции для работы.
Зазвонил телефон. Елена Викторовна.
— Мария, как дела? Устроились?
— Потихоньку. Спасибо вам за всё.
— Слушайте, у меня к вам предложение. Не хотите к нам в фонд поработать? Нужен человек, который мог бы консультировать пенсионеров, предупреждать о мошенничествах. Зарплата небольшая, но работа нужная.
Мария задумалась. После всего пережитого мысль о том, чтобы помогать другим, казалась правильной.
— А я справлюсь?
— Лучше вас никто не справится. Вы же сами всё это прошли.
— Хорошо, — решилась наконец Мария. — Попробую.
На следующей неделе она уже сидела в приёмной фонда и объясняла пожилой женщине, как не стать жертвой мошенников.
— Главное, — говорила Мария, — никогда не подписывайте документы сразу. Берите время на размышление. И обязательно делайте копии всех бумаг.
— А если это знакомый человек? — спрашивала бабушка.
— Тем более проверяйте. Знакомство — это не гарантия честности.
Женщина кивала, записывая советы в блокнотик.
— Спасибо вам, деточка. А откуда вы всё это знаете?
— Из собственного опыта, — улыбнулась Мария. — Я тоже когда-то поверила "старому знакомому".
Вечером, возвращаясь домой, она думала о том, как странно устроена жизнь. Потеряв квартиру, она нашла призвание. Пережив обман, научилась различать правду и ложь.
Квартира встретила её тишиной и уютом. Теперь здесь стояла мебель Анатолия, висели их общие фотографии. Дом был не просто жильём — он был символом её новой жизни, жизни человека, который прошёл через испытания и стал сильнее.
Мария заварила чай и села у окна. Внизу играли дети, где-то лаяла собака, жизнь шла своим чередом. И это было хорошо.