Merhaba, верные друзья! В прошлой главе мы оставили нашего Османа в обители мудреца, потрясенного великим и таинственным сном. Сегодня мы узнаем, что означает это пророчество, и получим ответ на главный вопрос – даст ли шейх Эдебали свое благословение?
Эта глава станет точкой невозврата для Османа. Сегодня он получит не только надежду на личное счастье, но и осознание своей великой, почти неподъемной миссии.
Приготовьтесь к разговору, который изменит историю, и к новому, неожиданному вызову, который станет для нашего героя главным испытанием.
Великое толкование и благословение
Едва забрезжил рассвет, Осман, все еще находясь под впечатлением от ночного видения, поспешил к шейху Эдебали. Он нашел его в саду, в тихой беседке, увитой виноградной лозой.
Осман, волнуясь, как никогда прежде, сел напротив мудреца и подробно, не упуская ни одной детали, пересказал свой сон. Он описал луну, вышедшую из груди шейха и вошедшую в его собственную; и огромное древо, выросшее из его сердца; и тень, укрывшую мир; и четыре великие реки, берущие начало у подножия этого древа.
Шейх Эдебали слушал его, и его лицо, обычно безмятежное, менялось на глазах. Спокойствие сменилось глубочайшим удивлением, а затем – благоговейным трепетом. Он закрыл глаза, и его губы беззвучно зашевелились в молитве.
Когда Осман закончил, старец долго молчал.
– Всевышний велик, Осман-бей, – наконец произнес он, и его голос дрожал от сдерживаемых эмоций. – Он избрал тебя и явил тебе твою судьбу. Сон твой ясен, как родниковая вода.
Он посмотрел Осману прямо в глаза.
– Луна, вышедшая из моей груди, – это дочь моя, Бала. Отныне она предначертана тебе. Всевышний соединяет ваши судьбы.
Сердце Османа замерло от счастья.
– А древо, что выросло из тебя, – продолжал шейх, и его голос креп, обретая мощь пророка, – это твоя devlet (государство), твоя империя! Она пустит корни в этой земле и разрастется так, что тень ее, тень твоей справедливости, укроет весь мир.
А четыре реки – это земли, которые покорятся мечу твоего рода. Всевышний даровал тебе великую миссию.
Условие, что тверже камня
Осман был ошеломлен. Он получил не просто разрешение на брак. Он получил божественное благословение на свою мечту. Он хотел было вскочить и поблагодарить шейха, но тот поднял руку, призывая его к спокойствию.
– Всевышний благословил твой путь, Осман-бей. Но я, как отец, должен убедиться, что моя дочь войдет в безопасный дом.
Выражение лица шейха изменилось. Ушло пророческое вдохновение, и появился строгий, испытующий взгляд отца.
– Твоя победа в Биледжике велика, но она – лишь первый шаг. Твой враг, Филарет, все еще силен и плетет свои сети. Твои союзы хрупки. Твоя власть еще не укоренилась в сердцах людей. Пророчество – это обещание, но исполнить его должен ты сам, своим трудом и своим мечом.
Он подался вперед.
– Я отдам тебе свою дочь. Но только тогда, когда ты докажешь, что можешь не только завоевывать, но и защищать. Когда твой дом станет настоящей крепостью. Принеси мне весть о победе, которая сломает хребет твоему главному врагу. Обезопась свои земли. Докажи, что твой "Закон" так же силен, как и твой "Меч". И тогда я с радостью и гордостью назову тебя сыном.
Возвращение и новый замысел
Осман и его воины возвращались в Биледжик. Но это был уже другой Осман. Если в обитель он ехал с надеждой, то обратно – с четкой целью. Пророчество окрылило его, а условие шейха придало ему той самой яростной энергии, того "драйва", которого ему не хватало.
Он больше не будет ждать ударов врага. Он сам нанесет удар.
Собрав в тронном зале свой узкий круг – Акче Коджу, Тургута, Бамсы и Аксунгара, – он пересказал им и сон, и разговор с шейхом.
– Условие шейха справедливо, – сказал он, обводя своих соратников горящим взглядом. – Мы не будем сидеть в Биледжике, ожидая, пока Филарет соберет новую армию. Мы ударим первыми. И ударим не по его воинам, а по его сердцу.
Он подошел к столу, где лежала карта.
– Помните сведения, что мы добыли из бумаг Садык-бея? И то, что рассказал нам пленный текфур? – он ткнул пальцем в точку в горах к востоку от Биледжика. – Здесь.
Монастырь Святого Георгия. Они называют его "Приют Теней". Это не просто монастырь. Это их казна, их архив, их центр связи. Мы вырвем у змеи ее ядовитые зубы и ее жало!
Тень прошлого и клинок будущего
Этот план был дерзким до безумия. Атаковать хорошо укрепленный монастырь в горах, оплот тайного братства, было сродни самоубийству. Но это был единственный путь.
– Для такой операции нам нужен человек, который сможет подобраться к монастырю незамеченным. Разведать все ходы и выходы, численность охраны, слабые места.
Все взгляды обратились на Аксунгара. Он молча шагнул вперед и кивнул. Он был рожден для такой работы.
В тот же вечер Осман стоял на стене Биледжика и смотрел на восток, на темные силуэты гор, где пряталось змеиное гнездо. Он смотрел на свой город, где зарождался его Закон, и на горы, где ему предстояло применить свой Меч.
А в это же время, в нескольких днях пути от него, одинокая фигура в потрепанной одежде паломника уже карабкалась по горной тропе. Это был Аксунгар. Он добрался до скалистого уступа, с которого открывался вид на ущелье.
И он увидел его. Монастырь Святого Георгия. Он был вырублен прямо в скале, больше похожий на орлиное гнездо или разбойничью крепость, чем на святую обитель. На стенах ходили часовые.
Аксунгар лег на землю, достал из-за пазухи небольшой, но острый нож и начал на куске коры вырисовывать план местности. В его глазах не было больше ни боли, ни сомнений. Был лишь холодный, острый блеск стали. Блеск клинка, готового нанести удар в самое сердце тьмы.
Вот это поворот! От духовных поисков – к подготовке самой дерзкой диверсии! Осман получил и благословение, и четкую цель. Теперь он не обороняется. Он нападает. И его цель – не просто армия врага, а его мозг и его кошелек.
Сможет ли Аксунгар проникнуть в самое логово врага и добыть сведения, необходимые для штурма? Какие тайны скрываются за стенами этого монастыря? И что предпримет Филарет, когда поймет, что его главное убежище под угрозой? Начинается новый, самый опасный этап нашей войны.
И мы узнаем о нем в 13-й главе. Будет очень жарко! До скорой встречи!