Детектив
Глава 10: Тусовщица
Лариса отзвонилась дня через три, ближе к вечеру. Вежливо, деловито. Договорились. Подъехала я к какому-то помпезному залу – внутри публика скучнейшая, как гербарий под стеклом. Вечер прошёл на автомате: улыбаемся, киваем, поддерживаем разговоры о погоде и курсе доллара. От одного особенно настойчивого кавалера, предлагавшего "прокатиться с ветерком", отбилась легко – он, кажется, и сам не очень верил в успех предприятия.
Через пару дней – ресторан. Тут уже и танцы подключались. Всё в рамках приличий, если не считать пары рук, которые норовили сползти куда-то ниже поясницы. Я их аккуратно снимала, как назойливых мух. "Ну, почти салон", – подумала я с горькой иронией.
А вот третий раз... Ох, третий раз. Ресторан гостиничный. Большинство гостей – постояльцы, и приняли они на грудь не просто "хорошо", а с размахом, как заправские матросы после долгова плавания. Приставали, как осы на варенье. Во время танцев руки их становились совсем бесцеремонными, норовили утянуть в лифт. Ларисы не было, командовала парадом Кристина – ее зам. Её главный вклад в нашу безопасность: "Держитесь, девочки!" – бросила она нам, растворяясь в толпе. Когда один такой "джентльмен" вломился за мной в женский туалет и начал просто вышибать дверь в кабинку, я уже мысленно прощалась с целостностью кофточки и, возможно, рассудком. К счастью, появились два парня (охранники? такие же "работяги"?), скрутили буяна. Но кофточку он мне успел превратить в лохмотья. Кристина материализовалась, как джинн из бутылки, сунула в руки конверт: "Сегодня свободна. Быстро." Чуть не плача от стыда и злости, я кое-как привела себя в порядок. Выходя, услышала, как одна из наших, томно вздыхая, торгуется с Кристой:
– Кристи, ну можно, я на полчасика только? Он же обещал...
– Ладно, – буркнула Кристина без тени эмпатии. – Но если через час тебя здесь не будет, забудь про деньги. Ясно?
Я была уверена, что моя карьера "тусовщицы" благополучно канула в Лету. Желание заниматься этим после туалетного кошмара испарилось без остатка. Ан нет. Через три дня – звонок Кристины:
– Придёшь сегодня?
– ...Да, – выдавила я, ненавидя себя за эту слабость. Записала адрес.
Тот вечер прошёл относительно спокойно. Видимо, для контраста. Потому что следующий был просто подарком садиста. Прицепился мужичище, здоровенный, как гора. "Выпьем на брудершафт, красавица!" Потонцевали – он себе налил полный стакан вискаря, мне – полстакана. "Пей!" – рявкнул так, что фужеры задребезжали. На моё счастье, подплыла Лариса, сладким голоском назвала его по имени-отчеству, что-то заворковала. Мне же шепнула на бегу: "Держись, Аня. Он наш золотой клиент." Золотой, блин, самородок.
Дальше – чище не стало.
Он требовал, чтобы я пила наравне с ним. Я выкручивалась, как уж на сковородке. Вырвалась в туалет, сунула два пальца в рот – хоть бы вырвало! Влетает Криста, суёт мне под нос какую-то аммиачную гадость. Вонь – хоть святых выноси! Но голова прояснилась на секунду. Она влила мне в рот что-то терпкое из маленькой бутылочки.
– Давай, назад! – скомандовала.
– Криста, я не могу...
Она лишь хмыкнула: "Надо, Федя!".
Меня снова потащили танцевать. Как я держалась – загадка. Он тыкал мне в лицо своим стаканом: "Видишь? Я пью в два раза больше! Не отставай!" Помню я потом смутно. Очнулась в незнакомой комнате. Голова раскалывалась на части. Кто-то приподнял меня: "Пей!"
Глотнула. Спросила сипло:
– Что это?
– Опохмелитель. Держись.
– А... что было? – самое страшное вертелось на языке.
Голос над ухом был устало-спокойным:
– Если про то, трахал ли он тебя – успокойся. Он импотент полный. Но любит поиздеваться. Особенно – напоить до беспамятства. На, выпей ещё.
Я выпила – и снова провалилась в темноту.
Утром было... терпимо. Хорошо хоть воскресенье. Позвонила домой, натянуто-бодрым голосом успокоила Женьку. Ольга, у которой я очнулась, накормила меня против воли. "Армия, должна быть сильной!" – бормотала она, заставляя есть овсянку. Домой добралась только к вечеру, чувствуя себя выжатым лимоном.
Мысль послать все эти "тусовки" к чёрту грела душу. Но во вторник Женька напомнила о суровой реальности: "Мам, в школе опять на подарок учительнице сдаём..." Деньги ещё были, но таяли на глазах. Тем более за тот поганый вечер с "импотентом" мне, ясное дело, не заплатили.
Заглянул Димка. Последнее время он осел у друзей в общаге – "от Тьму-Таракани, мам, четыре часа в одну сторону, ты ж понимаешь..." Денег не просил, но по его потухшему взгляду и потёртым джинсам было ясно: кончились. Отсыпала ему – совесть не позволила отказать. Пересчитала оставшееся – вздохнула. Близко к нулю.
На следующий вечер – звонок Ларисы. Голос – сталь, облитая жидким азотом.
– Завтра в три. Подъедешь? – назвала адрес.
Занятий не было.
– Смогу.
– Скажешь охраннику – в 305-ю. Свою фамилию назовёшь. Форма одежды – вольная.
Подъезжаю – здание какого-то НИИ, солидное, советское. Охранник, глянув в список, протянул пропуск: "Налево, лестница на третий. Пропуск – при выходе." Поднялась, нашла дверь 305. В комнате: за столом – девушка с лицом бухгалтера на квартальном отчёте, на диванчике – парень, похожий на бывшего десантника. Девушка уставилась:
– Вы к кому?
– К Ларисе Александровне. Белкина.
Она что-то сказала в селектор, кивнула на соседнюю дверь.
Зашла:
– Здравствуйте!
Лариса за столом подняла глаза:
– Привет. Садись. – показала на стул напротив. Достала из ящика конверт. – Тебе. За вечер и... премия.
Подвинула конверт ко мне.
– Спасибо, – сунула его в сумку, не глядя.
Лариса хмыкнула – явно с намёком: "И премию не посмотришь? Не любопытно?"
– Ну что, Анна? Меня ты устраиваешь. А сама? Готова продолжать?
Решение созрело ещё в туалете под аммиак. И у Ольги на диване.
– Да.
Лариса махнула рукой к двум креслам у столика. Поднялась, открыла шкафчик – бутылка красного сухого, два бокала, тарелка с нарезкой (сырно-колбасный минимализм). Налила.
– Давай поговорим. – Пригубила. – Оплата у нас, как знаешь, по категориям. Но не только оплата. И уровень тусовок. – Пауза. Глоток вина. – Думаю, ты потянешь повыше.
Ещё пауза. Ещё глоток. Я молча копила силы.
– Но для этого... квалификацию поднимать надо. Раз в неделю – посиделки. Три-четыре часа. Сможешь время выкроить? – Глядела пристально. – Дело добровольное. Откажешься – останешься там, где есть. Учти, предложение не для всех.
После того случая с "импотентом", придя в себя у Ольги, я спросила:
– Оль, такие... эксцессы – часто?
– Бывает, – она пожала плечами. – Ты пока на приличных тусовках была. – Помолчала, затягиваясь. – С Эльвирой не работала?
– Нет. Только Лариса, Криста.
– Хм, – Ольга хмыкнула многозначительно. – Ну, всякое бывает. Хотя некоторым... даже нравится.
"С Эльвирой познакомлюсь, видимо, скоро", – подумала я с ледяной тяжестью в животе. Не сахар, но... надо. Поэтому и согласилась.
Набралась наглости:
– Лариса, а если бы я отказалась... премию всё равно дали бы?
Она усмехнулась коротко и сухо:
– Я же тебе её выдала до твоего согласия.
Дома пересчитала деньги. Премия была стопроцентной.
