Руки у меня дрожали так, словно я держала не лотерейный билет, а оголенный провод под напряжением. Я сидела на краешке старого кухонного диванчика, и цифры на мятом билете плясали перед глазами, сливаясь с цифрами на экране планшета, который я судорожно сжимала в другой руке. Совпадают. Все шесть. Господи, неужели это правда? У меня, Алины, простой медсестры из районной поликлиники, теперь… миллионы?
– Ну что там, Алинка, опять мелочь какую-то выиграла? На шоколадку хватит? – голос мужа, Игоря, прозвучал откуда-то из комнаты, где он, судя по звукам, увлеченно «танковал» в своей любимой онлайн-игре.
Я сглотнула. Мелочь. Он всегда так называл мои маленькие радости – купленный по акции журнал, новую красивую тесьму для отделки, или эти лотерейные билеты, которые я покупала раз в месяц на сдачу, оставшуюся после похода за продуктами. «А когда он в последний раз интересовался, на что мне хватает, а на что нет?» – мелькнула горькая мысль, тут же утонувшая в волне шока и неверия.
– Игорь, – позвала я дрогнувшим голосом, не в силах оторвать взгляд от экрана. – Игорь, иди сюда! Скорее!
Муж появился в дверях кухни не сразу, явно недовольный, что его оторвали от важного «сражения». На нем были его любимые треники с вытянутыми коленками и старая футболка.
– Чего орешь? У меня там клановая битва, между прочим!
Я молча протянула ему планшет и билет. Игорь лениво скользнул взглядом по цифрам, потом еще раз, уже внимательнее. Его лицо начало медленно меняться. Сначала недоумение, потом – широко раскрытые глаза, отвисшая челюсть.
– Это… это что, серьезно? – прохрипел он, хватая планшет у меня из рук и тыча пальцем в экран, словно боясь, что цифры исчезнут. – Мы… мы выиграли?
«Мы?» – резануло меня это внезапное «мы». Еще пять минут назад это была «моя мелочь».
– Похоже, что да, – тихо ответила я, все еще не веря своему счастью, которое почему-то уже начинало отдавать привкусом тревоги.
Игорь вдруг издал победный рык, подскочил, схватил меня в охапку и закружил по тесной кухоньке.
– Миллионы! Алинка, ты понимаешь, миллионы! Мы богаты! Я куплю себе новую машину! Нет, две! И дачу у озера! И катер! Мы поедем на Мальдивы! Ты всегда хотела на Мальдивы? Хотя нет, сначала тачку! «Крузак» последний возьму, чтоб все обзавидовались!
Он говорил без умолку, глаза его горели лихорадочным огнем, а я стояла, оглушенная его напором, и чувствовала, как внутри у меня что-то неприятно сжимается. Он ни разу не спросил, чего хочу я. Он уже все решил. За нас обоих. Или, вернее, за себя.
Следующие несколько дней превратились в какой-то сюрреалистический карнавал. Игорь не ходил – он летал. Телефон разрывался от звонков его «друзей», о существовании которых я раньше и не подозревала. Он щедро раздавал обещания, строил грандиозные планы, обсуждал покупку элитной квартиры в центре и открытие «крутого мужского бара». Я пыталась вставить слово, напомнить, что деньги еще даже не получены, что нужно все обдумать, но мой голос тонул в его восторженном гуле.
Он перестал ходить на свою работу – сидел дома, листая автомобильные журналы и каталоги элитной недвижимости. На мои робкие вопросы отмахивался:
– Да зачем мне теперь эта шарашкина контора? Я теперь инвестор! Буду деньги вкладывать, приумножать!
У меня похолодело внутри. Он даже не посоветовался со мной. Мой выигрыш, моя удача превращались в его личный трамплин для исполнения всех его застарелых «хотелок».
Последней каплей стал вечер, когда Игорь вернулся домой с огромной плазменной панелью во всю стену. Грузчики едва втащили ее в нашу скромную «двушку».
– Сюрприз! – гордо заявил он, вытирая пот со лба. – Будем теперь кино смотреть, как белые люди!
– Игорь, – у меня задрожал голос, – откуда у тебя деньги? Мы же еще ничего не получили!
– Да занял у пацанов немного, – небрежно махнул он рукой. – Отдадим с выигрыша, делов-то. Зато смотри, какая красота!
Я смотрела на гигантский черный экран, который занимал полстены в нашей маленькой гостиной, и чувствовала, как внутри меня что-то лопнуло. Это было уже слишком.
– Игорь, – начала я тихо, но с каждой фразой мой голос крепчал, наполняясь сталью, о которой я и сама не подозревала. – Сядь. Нам нужно поговорить.
Он удивленно посмотрел на меня, но подчинился, плюхнувшись на диван. Видимо, необычный тон жены его насторожил.
– Ты вообще понимаешь, что происходит? – я смотрела ему прямо в глаза, и он впервые за много дней отвел взгляд. – Эти деньги… это МОЙ выигрыш. Я купила этот билет. На свои, между прочим, сэкономленные копейки. Ты помнишь, когда ты в последний раз давал мне деньги просто так, на мои маленькие женские радости? Ты помнишь, как смеялся, когда я говорила, что мечтаю о маленьком ателье, где могла бы шить красивые вещи, помогать людям с ремонтом одежды? Говорил, что это «глупости», «бабские забавы» и «несерьезно»?
Игорь молчал, только ерзал на диване.
– А теперь, когда эти деньги, МОИ деньги, буквально свалились с неба, ты уже все решил! «Крузак», катера, квартиры, бары для «пацанов»! Ты хоть раз спросил меня, Алина, а чего хочу Я? Ты хоть раз подумал, что у меня тоже могут быть мечты, кроме как смотреть на твою новую плазму в нашей старой квартире?
Слезы ярости и обиды навернулись мне на глаза, но я смахнула их резким движением руки.
– Это не просто деньги, Игорь! Это шанс! Может быть, единственный в жизни. И ты ведешь себя так, будто это твоя личная добыча! Ты даже не работаешь уже! «Инвестор»! А ты знаешь, что с такими «инвесторами» бывает, которые разбрасываются деньгами, которых еще нет? Ты хоть представляешь, сколько налогов нам придется заплатить? Ты хоть что-нибудь об этом узнал? Нет! Тебе важнее было похвастаться перед своими внезапно нарисовавшимися «друзьями»!
Я перевела дух. В комнате повисла тяжелая тишина, нарушаемая только его прерывистым дыханием.
– Ты говоришь «мы», «наши деньги». А где ты был, Игорь, когда я каждый месяц откладывала эту мелочь на билет? Где ты был, когда я после суток в больнице валилась с ног от усталости, а ты даже чаю не предлагал, потому что «танчики» важнее? Где ты был все эти годы, когда я тащила на себе дом, быт, а ты считал, что твоя главная задача – лежать на диване и жаловаться на жизнь? Ты не только к деньгам так относишься, ты ко мне так относишься! Как к чему-то само собой разумеющемуся, что должно быть рядом и обслуживать твои интересы! Вот твоя главная проблема, Игорь, – нехватка уважения. Ко мне, к моим чувствам, к моим желаниям!
Я выдохнула. Я сказала все, что кипело во мне годами, что копилось под маской терпеливой и понимающей жены. Игорь сидел бледный, с открытым ртом, явно не ожидавший такого отпора от тихой Алины.
– Алин… ну ты чего… я же… я же для нас стараюсь, – пролепетал он наконец, но голос его звучал неуверенно.
– Нет, Игорь. Ты стараешься для себя. И знаешь что? Хватит. Эти деньги – мои. И я буду решать, как ими распорядиться.
На следующий день я, взяв на работе отгул, поехала не в лотерейный центр, а к своей старой институтской подруге, Светлане, которая теперь была успешным юристом. Света внимательно выслушала мой сбивчивый рассказ, качая головой.
– Да, Алинка, вляпалась ты, – сказала она сочувственно. – Но не переживай, закон на твоей стороне. Выигрыш в лотерею, если билет куплен не на совместно нажитые и специально отложенные средства, а на твои личные, пусть и небольшие, считается твоей личной собственностью. Особенно если вы не вели общий бюджет на такие «развлечения». Мы это докажем, если понадобится.
Светлана помогла мне составить все необходимые документы, объяснила процедуру получения выигрыша и уплаты налогов. Она же посоветовала открыть отдельный счет на свое имя и пока не посвящать Игоря во все детали.
Я вернулась домой другим человеком. Во мне появилась уверенность, которой не было раньше. Я больше не боялась взгляда мужа, его недовольства.
Когда деньги поступили на мой счет, я села напротив Игоря, который все эти дни ходил мрачнее тучи, периодически взрываясь упреками в моей «неблагодарности» и «эгоизме».
– Итак, Игорь, – спокойно начала я. – Деньги я получила. За вычетом налогов осталась очень приличная сумма.
У него загорелись глаза.
– Ну вот! Я же говорил! Теперь заживем!
– Да, – кивнула я. – Заживем. Но по-новому. Во-первых, вот эта сумма, – я подвинула ему лист бумаги с расчетами, – покроет все наши общие долги, включая тот, что ты успел сделать на телевизор. Во-вторых, вот эта часть, – я указала на другую цифру, – твоя. Можешь купить себе машину, не «Крузак», конечно, но вполне приличную. Или вложить куда-нибудь, если найдешь грамотного консультанта, а не будешь слушать своих «друзей».
Игорь смотрел на цифры, и лицо его вытягивалось. Сумма была значительной, но далеко не той, на которую он рассчитывал.
– И это всё? – хрипло спросил он, и в голосе его прозвучало искреннее недоумение. – Алин, на нормальную тачку даже не хватит! Я же пацанам обещал, что мы теперь на новом джипе будем кататься!
Я только покачала головой. Он так ничего и не понял.
– А остальное? – требовательно спросил он. – Остальное где?
– Остальное – мое, – твердо сказала я. – Я собираюсь осуществить свою мечту. Я открою маленькое швейное ателье. И я уже присмотрела помещение под него.
– Ателье? – Игорь смотрел на меня так, словно я объявила, что улетаю на Марс. – Ты серьезно? Вместо того, чтобы нормально жить, ездить по курортам, ты будешь с иголками возиться?
– Да, Игорь. Серьезно. Для меня это и есть «нормально жить». Делать то, что я люблю. И эти деньги дадут мне такую возможность. А что касается нас… Я думаю, нам стоит пожить отдельно. Этот выигрыш показал мне, что мы очень разные люди с разными целями в жизни.
Игорь вскочил.
– Да ты… ты просто эгоистка! Присвоила все себе! Я подам на развод! Я отсужу у тебя половину!
Я спокойно посмотрела на него.
– Подавай. Моя подруга-юрист сказала, что шансов у тебя немного. Билет был куплен на мои личные деньги. И свидетелей тому, как ты «делил» мой выигрыш до его получения, тоже хватает.
Игорь сдулся. Он понял, что я не шучу. Что тихая, покладистая Алина, которую он привык не замечать, куда-то исчезла, а на ее месте сидит уверенная в себе женщина, которая знает, чего хочет.
Развод прошел на удивление быстро. Игорь, поняв бесперспективность борьбы за «мои миллионы», согласился на предложенные мной условия. Он получил свою часть, купил подержанную иномарку и съехал к маме. Его «друзья» быстро испарились, как только поняли, что денежный поток, на который они рассчитывали, иссяк, так и не начавшись.
А я с головой ушла в осуществление своей мечты. Я всегда любила шить, еще с уроков труда в школе. Это было мое маленькое хобби, моя отдушина. Я перешивала старые вещи, мастерила что-то для дома, и мои руки, привыкшие к тонкой работе, творили настоящие чудеса с иголкой и ниткой. Теперь у меня была возможность превратить хобби в дело жизни.
Я нашла небольшое, но светлое помещение в спальном районе, сделала там косметический ремонт, закупила хорошие швейные машинки и оверлок. Закончила несколько курсов по конструированию и моделированию одежды, чтобы освежить знания и научиться новому. И через полгода мое маленькое ателье «Золотые ручки Алины» открыло свои двери. Поначалу клиентов было немного, в основном соседки да знакомые знакомых. Но я бралась за любую работу: подшить брюки, заменить молнию, укоротить платье, сшить шторы. Я работала аккуратно, быстро и брала недорого.
Уж кто-кто, а я-то знала, как трудно порой бывает молодым женщинам без опыта или времени подшить мужу брюки, или заменить сломавшийся замок на детской куртке. Сарафанное радио сделало свое дело, и вскоре у меня отбоя не было от заказов. Дошло до того, что я даже сшила на заказ великолепное свадебное платье, от которого невеста и все гости были в полном восторге, и это стало моей маленькой гордостью и лучшей рекламой.
А сегодня утром в ателье заглянула молодая мамочка с дочкой лет пяти. Девочка прижимала к себе плюшевого зайца с оторванным ухом. «Мы только к вам! – с улыбкой сказала женщина. – Нам сказали, только вы сможете спасти нашего Зайку!» Я взяла игрушку, посмотрела на расстроенное личико малышки и подмигнула: «Не волнуйся, Зайка будет как новенький, еще лучше прежнего!»
Поздно вечером, закончив с Зайкой и еще парой срочных заказов, я выключила свет в своем маленьком, но уже таком родном ателье, пахнущем свежеотглаженной тканью и едва уловимым ароматом новой пряжи, и поймала свое отражение в зеркале – уставшая, но с такой теплой улыбкой на лице, какой у меня не было уже много лет.
«Этот выигрыш и правда изменил мою жизнь, – подумала я, закрывая дверь. – Но главное сокровище, которое он мне принес – это не деньги. Это я сама. Та, которую я чуть не потеряла за вечным «мы», которое на самом деле было «он».» И сердце мое наполнилось тихой, спокойной радостью. Я наконец-то была на своем месте.
Рекомендуем почитать: