Я всегда знала, что с бабушкой Надей у нас особые отношения. Нет, не потому, что она баловала меня леденцами из бабкиной сервантной вазочки или разрешала читать при ночной лампе допоздна. Просто… в ней столько яркости, упрямства и бесконечного остроумия, что иной раз и не веришь — она ведь, как ни как, 72 года носит с достоинством. В былые времена Надежда Ивановна трудилась библиотекарем: любила книжный шорох, запах чернил, порядок на полках и вечные разговоры о Толстом и Достоевском за чашкой крепкого чая.
— Книгу никто не заменит, — повторяла бабушка. — Что ж вы, бумажных букв не цените?..
Мы с мамой иногда смотрели друг на друга тайком: да разве споришь? Но дядя Фёдор однажды сказал — “Чтобы спорить с бабой Надей, надо быть либо самоубийцей, либо очень хитрым дипломатом”.
А ещё у бабушки всегда был маленький, старенький кнопочный телефон. Такой, какой внуки давно называют “пейджер первой волны” и шутят, будто он пережил все реформы и не выйдет из строя даже после ядерной зимы. На вопросы про “вайбер” и “ватсап” она только отмахивалась:
— У меня и так всё работает!
Но жизнь склонна ставить нас в тупик самыми неожиданными тропками.
Вот и тогда летом, когда моя сестра Валя — её любимица, гордость, будущий профессор, — вдруг сказала:
— Бабушка, я уезжаю учиться в Прагу.
Двери в прихожей хлопнули осторожно. За ними стояла бабушка, крепко сжав руки в кулаки. Я подкралась и услышала:
— Ладно. Скучать буду. Только обещай — звонить будешь, — голос чуть дрожал, но ни слезинки.
А утром случилось событие, ставшее началом нашей семейной революции. Валя протянула бабушке коробку. Чёрная, лаковая, переливающаяся. На ней — странный знак, надкушенное яблоко.
— Это что? — Бабушка прищурилась.
— Новый смартфон! — Все заулыбались.
— Ой, зачем это мне, внученька, каких только баловства сейчас не напридумывали! Бумажная книжка лучше всякой картинки…
— Бабулечка, если ты будешь звонить только по этому старому телефону — я буду скучать. А если освоишь видео-звонки, обещаю: мы будем каждый вечер пить чай и болтать, будто я рядом… Обещаешь?
Отмахнуться не вышло. Валя глаза в глаза смотрит, и в голосе — столько просьбы! Бабушка вздохнула.
— Ну... попробую. Ради тебя.
В тот день мы смотрели, как она разворачивает коробку — осторожно, будто архивную книгу, с трепетом. Пальцы радуют плотность пластика, холод стекла… Лицо бабушки хмурится, а потом вдруг расцветает широкой улыбкой:
— Куча каких-то кнопок… Да разве ж я не разберусь? Значит, настало «новое библиотечное дело» — только теперь книжка двигается сама!
С этого всё и началось…
…Первые дни с этим “новым библиотечным делом” превратили нашу уравновешенную бабушку в шустрого экспериментатора. Вы бы видели, как она сидела на кухне, окружённая целым арсеналом: инструкции, листочек с паролями, очки (двое, на всякий случай), салфеточка для “экрана — чтоб не заляпать”, даже чистая кружка для телефонных перерывов. Вид серьёзный, взгляд сосредоточенный — будто собирается открывать доступ к редким фолиантам государственного архива.
Смартфон — штука коварная, если он в первый раз в твоей жизни.
То Надя нажмёт не ту кнопку — и вдруг соседка Марфа, “на всякий случай записанная”, окажется в нашем семейном чате, собирает похвалы за свой варёный компот.
То, вместо сообщения дочке Лене, бабушка отправляет голосовое… и, кажется, успевает процитировать Катерину из “Грозы” — трагическим тоном:
— Лена, слышишь? Ты нажми там чего-нибудь — оно гудит, а я не понимаю!
Мы всей семьёй слушали это аудио раз десяти и хохотали до слёз — первый лайфхак в нашей новой семейной “онлайн-школе”.
Но, как ни странно, смеха и поддержки было куда больше, чем раздражения. Мама, хоть и ворчала “ну вот, новый повод для суеты!” — записывала короткие видео, где на пальцах, будто малышу, объяснялось:
— Вот так свайпать… Вот тут иконка, запомни, что это чайник — значит можно “заваривать” общения…
Внук Саша, студент с инженерными мозгами, устраивал бабушке занятия по телефону:
— Так, бабушка, открыли чат — теперь пробуем стикер. Нет, не надо листать вниз, просто ткни пальцем… Так, теперь отправь мне что-нибудь смешное.
— Сына, у меня тут какой-то ёжик с цветами… Это что?
— Это — “доброе утро”. Пусть будет!
А ещё появилась Марфа, соседка. Она, услышав ночью за стеной тихое “что ж оно не включается, зараза такая…”, постучала:
— Надь, ты чего маешься? Давай я тоже этот свой смартфон достану, будем вместе мучиться — в компании веселее.
Так в квартире образовалась маленькая “учёная группа”: “Бабушки и технический прогресс — шаг за шагом”, как язвительно сказал Саша.
Вечерами в кухне шли настоящие занятия. Смеялись, спорили, листали экраны. Иногда, правда, что-то выходило из-под контроля — то ночью улетит в семейный чат фотография кошки Марфы, то бабушка случайно присылает рецепт рассольника всей нашей округе.
Но главное — никто не злился.
— Мам, — говорила Лена, — да ты у нас теперь айти-гуру.
— Слышишь, Надя, ты теперь почти Марку к Цукербергу, — хихикала Марфа.
Порой, усталость сквозила в глазах бабушки:
— Ну зачем всё это, дети? Правда ведь, можно было и без…
Но Валя, отправляя утреннее “привет из Праги”, писала:
— Бабушка, ты у меня самая смелая! Только так мы сможем быть ближе, обещаю.
И вот однажды всё встало с ног на голову…
…В тот вечер в доме пахло картошкой с укропом, и за окном, как всегда весной, боролись за внимание и лягушки, и скворцы. Бабушка Надя, как водится, протирала стол — лишний раз, “чтобы не было пятен на экране, не дай бог!” Она уже перестала ворчать на вечные напоминания от Саши (“Бабушка, не забывай ставить пароль!”) и научилась, пусть и немного на ощупь, находить семейный чат одним решительным движением пальца.
Но тут Валя прислала не просто сообщение, а целое видео:
— Бабушка, сегодня буду делать тот самый пирог из детства… Давай делаем его вместе по видео? Ты меня будешь учить, а я показывать, как тут принято — по заморским технологиям!
— Я тебя через этот… экран что ли учить буду? — неуверенно улыбнулась Надя.
— Конечно! Смотри, я включаю камеру!
И вот это началось: кухня в Праге и кухня в Москве соединились. На экране — у Вали миска с мукой, у бабушки на столе — банка сметаны. За спиной у обеих — суета: в Праге соседка, пытающаяся понять, что делать с “секретным советским рецептом”, в Москве — Марфа, понуро глазеющая в бабушкин экран:
— Это ж из чего он, твой английский пирог? Нашей сметаны у них нету!
— Смотри сюда, внучка, — бабушка нахмурилась и, словно военным шёпотом, диктует: — Берёшь яйца, руки чистые — обязательно! Потом не спеши, перемешивай, как я учила…
Валя хихикает:
— Бабушка, а сливочное масло у нас в пачках маленьких, не то что у тебя!
— Ну значит, две пачки! Всё на глаз, внучка, главное — с любовью.
В чат врываются и остальные: Саша пишет мем смешной, Лена советует сбавить температуру в духовке, а Марфа вопит:
— Надь, а чего это у неё всё так жидко? У нас оно густей бывает!
Половина Москвичей, половина Праги, весь бабушкин дом — своим духом в одной кухне.
Пирог, кстати говоря, получился… странным. То ли от времени, то ли от перевода в граммы, но Валя показала его в камеру — “развалившийся на части”.
Обе — смеются. Марфа просит попробовать виртуально — «давай, через экран кусочек!»
Кто-то предлагает:
— Сохраним традицию, теперь будем готовить так каждую субботу, по видео!
И в этот миг… Для бабушки Надежды словно током ударило — вот оно, то тепло, которое, казалось, могла отнять разлука: его не утащить километрами, не разорвать временем, если есть этот волшебный телефон.
Традиция семейных “онлайн-ужинов” родилась именно тогда.
С тех пор бабушка уже не мялась перед экраном, не пугалась большого количества ярлыков. Она стала — вы не поверите — потихоньку выкладывать семейные фотографии в чат, записывать короткие аудиорассказы: весёлые истории молодости, смешные “байки” из библиотечной жизни.
Мама каждое утро первым делом получала от Нади “доброе утро”, а Саша — шуточную картинку про своих однокурсников. Лена пересылала рецепты, попросилась — «донеси до Марфы — она по ним лёгкие десерты делает».
Семья, рассыпавшаяся кто куда: один за границу, другой — в другой город, третьи вообще работают по ночам… Вдруг снова сплелись ниточками острой тоски, весёлых разговоров, неожиданных фото и видео.
А Марфа? Марфа без смартфона теперь и шагу не могла ступить — каждую среду просилась в гости учиться “новым мемам”.
Казалось бы, пустяковая штука — новый телефон. А как оказалось, это целый мир: многоэтажный, тёплый, иногда озорной, но всегда — настоящий, как семейное воскресенье.
…Шёл апрель.
За окном лепетал весенний дождик, а бабушкина квартира будто пульсировала новой, веселой жизнью.
Каждое утро теперь начиналось с “онлайн-линейки” — Надя то присылала фотку кофейной кружки с подписью “С добрым утром, мой дружный класс!”, то шуточную разминку: “Кто вчера не выложил фото котлет, тот поливает цветы в подъезде”.
Семейные чаты забурлили: Лена жаловалась, что на работе “не протолкнешься”, Саша скидывал забавные мемы про студентов, Валя — фото с весенними улицами Праги. Даже Марфа — да-да, та самая соседка — теперь отправляла голосовые, где вполголоса пересказывала последние новости из ЖЭКа:
— Надь, а ты видела? Наш участковый теперь тоже с телефоном, всех контролирует! Прогресс, блин!
Бабушка втянулась. Она уже узнает на слух, где “вайбер”, где “вотсап”, а где “видеочат”, и что на иконке не чайник, а камера. Гордится, как капитан корабля, который научился управлять не только по компасу, но и по звёздам. Родные подтрунивают, ласково:
— Ну всё, Надежда Ивановна, теперь вам в прямой эфир выходить!
Смеётся, не спорит — “для официальных обращений я ещё не готова”.
И однажды, пусть всё и случайно вышло…
Валя, перебирая старые семейные фотографии, просит:
— Бабушка, расскажи что-нибудь смешное о своём детстве. Только чтобы на видео.
— На видео?
— Ну да, чтобы у меня тут, в телефоне, сохранилось.
Сначала Надя краснеет. Тянет платок к лицу, смеётся:
— Чего я только не делала! Ты ж знаешь, с меня и спрос невелик: рассказать могу, но чтоб все слышали…
Вдруг увлекается. Камера уже включена, Марфа на заднем плане скребёт салфеткой экран, Лена с телефоном в руках — вся в ожидании.
И тут бабушка вдруг разыгрывается — рассказывает, как в детстве строила “штаб на чердаке”, как с подругой Людой воровали с куста крыжовник, а по дороге домой сочиняли стихи для учительницы.
Смеётся, голос звонкий, в глазах озорство.
В этот вечер Валя, утирая слёзы от смеха, случайно выкладывает ролик в семейный чат с подписью:
— “Уроки для пенсионеров и внуков от бабушки Нади”.
Вся семья хором смеётся, перебрасываются голосовыми — “Бабулечка, ты у нас звезда!”
На следующий день видео уже гуляет среди других родственников — его пересылают далеко за пределы Москвы. Тётя Зина из Перми комментирует: “Хотим ещё! Пусть Надя ведёт блог!”
И тут Надя, будто проснувшись после долгой зимней спячки, впервые говорит:
— А может, мне и правда вести такие уроки? Для своих, для чужих — главное, чтобы посмеяться вместе.
С этого дня “уроки от бабушки Нади” становятся традицией. Каждый ролик — маленькое волшебство: дурные истории детства, практичные советы (“какой крем для рук лучше”), но главное — много сердечного смеха, настоящей поддержки, искренней доброты.
Проходит время, семья встречается чаще, чем когда-либо. Не обязательно в одной комнате — достаточно открыть чат, посмотреть новое бабушкино видео… или услышать шутку через телефон.
Родные, кажется, становятся ближе. Даже Валя, за тридевять земель, больше не так остро скучает: “Бабушка рядом, стоит только позвонить”.
Вот так одна маленькая коробка с надкушенным яблоком повернула к нам лицо всей большой семьи.
Понравилась история? Авы часто общаетесь в видеочате ? Пишите свои истории. Всем благополучия, присоединяйся к нашему сообществу.