Честно говоря, никогда не думала, что буду рассказывать эту историю. Но вот сижу и понимаю — надо. Может, кому-то поможет по-другому взглянуть на своих детей. А может, просто душу отведу.
Началось все с того, что я в очередной раз орала на старшего сына. Артему тогда было четырнадцать, и он, как все подростки, считал себя пупом земли. А младшему Мише — всего семь. Разница приличная, и я всегда думала, что это хорошо. Типа, старший поможет с младшим, будет примером. Ха! Как же я ошибалась.
Артем относился к брату как к назойливой мухе. То игрушки отберет, то подножку поставит, то еще что-нибудь выкинет. А Мишка за ним хвостиком ходил, боготворил старшего брата. Смотреть больно было.
В тот день все было как обычно. Прихожу с работы уставшая — в магазине целый день на ногах простояла, клиенты как с цепи сорвались. Думаю, хоть дома отдохну. Ну конечно! Только порог переступила, а тут Мишка в слезах ко мне бежит.
— Мам, Тема мой конструктор сломал! — всхлипывает. — Я замок строил, а он пришел и все раскидал!
Артем сидит на диване, в телефон уткнулся, делает вид, что ничего не слышит. Я чувствую, как злость поднимается.
— Артем! — кричу. — Ты что творишь? Почему братика обижаешь?
Он даже головы не поднял:
— А чего он ко мне лезет? Я уроки делал, а он тут своими железками гремит.
— Железки? — совсем взбесилась. — Это подарок на день рождения! И вообще, ты старший, должен пример показывать!
— Не просил я его рожать! — буркнул Артем и ушел к себе в комнату.
Я тогда так разозлилась, что еле сдержалась, чтобы не наподдать ему. Мишку успокаивала, конструктор помогала собирать, а сама все думала: что же я не так делаю? Почему дети не дружат?
Муж мой, Володя, вечером пришел, я ему пожаловалась. А он говорит:
— Да ладно, Свет, само рассосется. Все мальчишки так. Я с братом тоже дрался в детстве, а теперь лучшие друзья.
Легко ему рассуждать! Он на работе с утра до ночи, а я с этими войнами дома разбираюсь.
Недели три так продолжалось. Артем все наглее становился, а Мишка все больше замыкался. Стал плохо есть, по ночам иногда всхлипывал. Я уже думала к психологу обратиться.
А потом случилось то, что все изменило.
Было это в субботу. Я с подругой в торговый центр поехала, Володя на дачу к тестю подался — крышу чинить. Мальчишек одних оставила — вроде как не маленькие уже. Артему наказала за Мишкой присмотреть.
— Только попробуй его обидеть! — пригрозила на прощание.
Он закатил глаза, но кивнул.
Вернулась я часа через четыре. Дома тишина, никто не орет — уже хорошо. Заглянула в гостиную — Мишка на диване лежит, мультики смотрит. Артема нигде не видно.
— Миш, где брат? — спрашиваю.
— У себя в комнате, — отвечает, не отрываясь от телевизора.
Пошла на кухню ужин готовить. Достала курицу из морозилки, овощи помыла. И тут слышу — Мишка плачет. Причем не просто плачет, а рыдает навзрыд.
Выбегаю в гостиную, а он сидит посреди комнаты, лицо в ладошках спрятал, плечи трясутся. Рядом планшет валяется.
— Мишенька, что случилось? — подбегаю к нему.
А он еще сильнее заплакал:
— Мам... там... в планшете...
Беру планшет, смотрю. Открыта игра какая-то, детская. И вижу — сохранение удалено. Все достижения, которые Мишка месяцами собирал, — пропали.
— Артем сделал? — спрашиваю, хотя и так понятно.
Мишка кивает, всхлипывает:
— Я только в туалет вышел... А когда вернулся, он с моим планшетом сидел... Говорит, случайно удалил...
Все, тут я окончательно взбесилась. Иду к Артему в комнату, даже не стучусь. А он лежит на кровати, музыку в наушниках слушает.
— Ты что творишь?! — ору на него. — Зачем Мишину игру удалил?
Наушники снимает, делает удивленное лицо:
— А я не специально! Хотел посмотреть, что он там играет, нажал что-то не то...
— Да врешь ты все! — не выдерживаю. — Специально сделал, чтобы насолить!
— Ну и что, если специально? — вдруг огрызается. — Заколебал он меня! Везде лезет, покоя не дает!
Я так разозлилась, что схватила его телефон и швырнула на пол.
Экран треснул.
— Вот теперь знаешь, каково это! — кричу.
Артем побледнел, телефон поднял:
— Мам, ты что?! Там же все мои фотки, контакты...
— А Мишке не жалко было?! — не унимаюсь. — Сидишь теперь без телефона до тех пор, пока не научишься брата уважать!
Хлопнула дверью и ушла. Мишку утешала, новую игру помогала скачать. А Артем в своей комнате заперся, не выходил до самого вечера.
Володя когда вернулся, устроил мне разбор полетов:
— Ты что, совсем с ума сошла? Телефон разбить — это не воспитание!
— А что мне делать?! — оправдываюсь. — Он брата довел до слез! Ему все как с гуся вода!
— Надо по-человечески разговаривать, а не истерики устраивать!
Легко сказать — по-человечески. А как разговаривать с тем, кто слушать не хочет?
На следующий день Артем вышел из комнаты мрачнее тучи. За завтраком молчал, на Мишку даже не смотрел. А тот, наоборот, старался братика развеселить — то анекдот расскажет, то рожицу скорчит. Бесполезно.
Я на работу ушла с тяжелым сердцем. Думала, может, зря я так вспылила? Может, Володя прав, и надо было спокойнее?
Весь день голова была не на месте. Даже подруга Лена заметила:
— Ты что такая кислая? Опять мальчишки подрались?
Рассказала ей всю историю. А она говорит:
— Слушай, Света, а может, ты к Артему несправедлива? Он же подросток, у них кризис возрастной. Может, он не специально так себя ведет?
— Да как не специально?! — возмущаюсь. — Сам же признался, что нарочно игру удалил!
— Ну... мальчишки иногда от злости такое говорят, чего не думают. Ты попробуй с ним по-хорошему поговорить.
Домой шла и думала о Лениных словах. Может, она и права? Может, я слишком строго к старшему отношусь, а младшего балую?
Прихожу — дома опять тишина. Мишка за столом сидит, рисует что-то. Артема не видно.
— Где брат? — спрашиваю.
— Гулять ушел, — отвечает Мишка, не поднимая головы.
Странно. Артем редко гулял, больше дома сидел, в интернете зависал. Может, из-за телефона расстроился?
Ужин готовлю, а его все нет. Уже совсем стемнело, когда дверь открылась. Заходит Артем, весь взъерошенный, грязный какой-то.
— Где ты был? — строго спрашиваю.
— Гулял, — буркнул и в ванную пошел.
За ужином опять молчал. Я пыталась разговор завести — о школе спросить, про друзей. Отвечал односложно, явно не в настроении.
Мишка тоже притих. Обычно он за ужином болтал без умолку, а тут ковырял еду вилкой, задумчивый какой-то.
— Миш, что с тобой? — забеспокоилась.
— Ничего, мам. Просто устал.
После ужина Артем опять к себе ушел, а Мишка ко мне прижался:
— Мам, а Тема на меня сердится?
Сердце сжалось. Неужели малыш думает, что виноват в наших семейных разборках?
— Нет, солнышко. Он не на тебя сердится. Просто... у него сейчас трудный возраст.
— А что это значит?
Как объяснить семилетнему ребенку подростковые проблемы? Сказала что-то общее — мол, взрослеет, характер меняется. Мишка кивнул, но видно было, что не очень понял.
Перед сном зашла к Артему. Сидит за столом, в тетради что-то пишет. Телефон рядом лежит — я ему с утра новый купила, пожалела все-таки.
— Уроки делаешь? — мягко спрашиваю.
— Ага, — не поворачиваясь, отвечает.
— Тем, давай поговорим.
— О чем?
— О Мишке. О том, что между вами происходит.
Он наконец повернулся, посмотрел на меня усталыми глазами:
— Мам, я понял уже. Буду стараться его не обижать.
— Дело не только в этом. Ты же раньше с ним играл, заботился...
— Раньше он маленький был. А теперь... — Артем замолчал, подбирая слова. — Теперь он все время что-то от меня хочет. То поиграть с ним, то мультик вместе посмотреть, то еще что-нибудь. А у меня своих дел полно.
— Но он же тебя любит, восхищается тобой...
— Вот именно! — Артем встал, заходил по комнате. — Он на меня смотрит, как на какого-то героя. А я обычный человек! У меня тоже проблемы есть, настроение бывает плохое. А он не понимает этого.
Впервые мой старший сын говорил со мной так откровенно. И я вдруг поняла — он не просто вредничает. Он устал от ответственности, которую мы на него повесили.
— Знаешь, Тем, — тихо сказала, —может, мы с папой слишком много от тебя требуем? Ты ведь тоже ребенок еще.
Он удивленно на меня посмотрел:
— Мам, да ладно тебе. Я не маленький уже.
— Еще как маленький. Четырнадцать лет — это детство еще.
Мы еще немного поговорили, и я ушла с чувством, что хоть немного его понимаю теперь. Но главное открытие меня ждало впереди.
На следующий день я заболела. Проснулась с температурой, голова раскалывалась. Володя на работу ушел рано, не заметил даже, что я плохо себя чувствую.
Кое-как мальчишек в школу собрала, сама на больничный взяла. Весь день пролежала, к вечеру немного полегчало.
Дети вернулись одновременно — Артем Мишку из школы забрал. Зашли в спальню, спрашивают, как дела. Говорю, что лучше, но готовить не могу.
— Ничего, мам, мы сами что-нибудь придумаем, — сказал Артем.
Думала, пельмени сварят или макароны. А через час слышу — на кухне что-то шипит, вкусно пахнет. Встала, пошла посмотреть.
Картина меня поразила. Артем у плиты стоит, котлеты жарит. А Мишка рядом крутится — то соль подаст, то лопатку принесет. Работают как одна команда.
— Мам, иди лежи, — строго сказал Артем. — Мы сами справимся.
— Да, мам! — подхватил Мишка. — Тема меня учит котлеты делать!
Я вернулась в спальню, но дверь приоткрытой оставила. И слышу их разговор:
— Миш, осторожно, масло горячее, — спокойно говорит Артем.
— А можно я сам переверну?
— Давай попробуешь. Только аккуратно.
Никаких криков, никакого раздражения. Старший брат терпеливо объяснял, младший внимательно слушал.
Есть продолжение, подпишись не пропусти.