Не охота.
Будни... На то они и будни. Повседневная, обыденная жизнь. Не праздники, а значит- работа
с 8-и до забора, пять дней в неделю, выходные, пара дней отдыха на «революцию» в ноябре и пахать нам аж до длинных новогодних 1985- го. На 31 декабря 84-го выпал понедельник и по идее день могли сделать тоже полноценным выходным, иначе до обеда пришлось бы мне бродить по кабинетам конторы из бухгалтерии до «снабжения» с заходом на чашку коньяка к замам и кадровичкам. Непременно засвидетельствовать почтение и пожелать благополучия вахтенным и кокам на наших судах у причалов. Всё это означало лишь одно... Дай мне Бог более- менее протрезветь за пару часов по пути из Волери домой в Межциемс и достойно отметить пришествие 1985 года.
До конца года, однако было ещё далеко и кроме работы и прогулок нам более ничего не светило.
Предстоящая учёба меня напрягала сильнее работы, ибо заканчивался срок действия моих лётных документов. Что означало сначала пройти строгую медицинскую комиссию, затем переподготовку в УТО-7 ГА СССР. Учебно- тренировочный отряд располагался в городе Минске, а это- минимум месяц разлуки с Ней, общаги с такими же курсантами как и я. Не всегда интересные лекции, практические занятия и довольно строгая дисциплина. Хорошо, там хоть кормили курсантов как на убой и в буфете свободно продавали пиво.
Минск мне был знаком, так- как там ранее отучился в том самом УТО да бывал в столице БССР ранее довольно часто.
Куцые увольнительные по выходным в лучшем случае до команды «отбой» позволяли посидеть в кинотеатре, пообщаться с коллегами- бортовыми авиационными наблюдателями со всей европейской части Союза из разных ведомств от рыбнадзора до пожарных в питейных заведениях да созвониться из междугороднего автомата с Татьяной и с родителями.
Серьёзное вроде- как гражданское заведение, но народ весь при погонах и дисциплина вполне военная. С помполитом, дежурными с красными повязками на рукавах форменных кителей, и прочие атрибуты армии.
Мужики хоть могли флиртовать со стюардессами этажом выше или ниже... Высотка общежития УТО представляла собой «слоёный пирог», этаж- дамы, этаж- мужчины и на входе- выходе повсюду те самые дежурные с повязками. Хрен кто мимо них проскочит! Помогали общению с дамами хитрость, смекалка, конструкция балконов и … Прочные казённые простыни.
Если в 1979-м вполне солидным, однако очень ещё молодым мужчиной я по стюардессам никак не страдал и по балконам не лазил, то в той конкретной ситуации об особах женского пола даже думать не желал. Мое сердце было занято и думал я только о Ней.
Замечу, в 79-м я покинул «рыбный» НИИ, где трудился старшим лаборантом Лаборатории пелагических рыб и вслед за своим же начальником по его зову перешел служить ихтиологом в Бассейновое управление «Балтрыбвод». Получив звание «участковый инспектор рыбоохраны», форму тут же был командирован в УТО-7, где и прошёл весь курс подготовки к лётной работе. Учился долго, старательно и более всего мне нравились лекции и заняти по аэро- фотосъемке и практика на самолёте Ан-2 аж над Волгой и водохранилищами Волжского каскада ГЭС. Минск и пара месяцев в посёлке Рыбное меня тогда ни напрягали, ибо я тогда был котом, что гулял где и как хотел, сам по себе.
В Минск мне не хотелось, а отвертеться от учёбы... Увы, никак. С курсами можно было бы и подождать, времени хватало, однако планы и графики наборов групп курсантов строги и никак не учитывают интересы обучаемых. Как в школе, сказали 1 сентября всем сесть за парты и выбора у ученика нет.
Успокаивало меня лишь одно обстоятельство. Переподготовка намного короче самой подготовки, месяц- полтора я — дома в кругу семьи. И - со своей любимой.
Горевал я недолго, внезапно поступила команда, начальство разлепило условные вареники и налепило условных пельменей. Проще говоря, что- то с курсами в Минске у него не сошлось, командировку отменили, заменив Минск на переподготовку на базе ЛаУГА и РКИИГА дома в Риге.
-Пронесло!- обрадовался я, понимая, длительные разлуки неизбежны, но мне дали отсрочку аж до начала декабря.
Никаких экспедиций, работа в воздухе, иногда в составе наземных летучих отрядов по борьбе с браконьерами и кабинетная работа.
Как всегда в середине августа начался охотничий сезон и разрешили отстрел водоплавающей дичи. Никогда мы с отцом не пропускали этот праздник общения с товарищами по оружию. Не столько охотились на уток, ибо как правило, начало сезона охотам не способствовало. Местные утки охотников мало интересовали, вся толпа с нетерпением ждала стаи упитанных северных крякв. Мы больше сидели у костров, вспоминали охотничьи байки
Рыболовно- охотничьи базы ПрибВОО, а я и папа оба состояли в КВО №61 РВВВПКУ (ракетное/политическое училище), набивались военными охотниками под завязку. Путёвки в хозяйства не достать, но у нас имелось существенное преимущество перед всеми. Мой батя был председателем охот- коллектива, а я... Посмотрел бы я на того, кто не дал бы мне путёвку! Любительское рыболовство, а значит и все охотньчье- рыболовные общества Латвии, курировал я. … Мог и обидеться на руководство хоть военное, хоть любого гражданского.
Но обижать меня никто не собирался, стоило лишь заглянуть в нужный кабинет, вежливо попросить и выйти из него с готовым документом. Мне были доступны все озёра, реки и все базы. «Открывались» же мы по устоявшейся традиции на своей базе, что работала тогда на озере Энгуре и конечно же по команде егерей народ немедля прыгал по своим лодкам с ружьями, патронташами и быстро занимал свои любимые места на большом озере. Естественно, стреляли и вполне успешно. Однако норму выполняли немногие. Одна- две утки на охотника и то была удача! Но праздник был праздником и, повторюсь, от открытия охоты ни я, ни отец никогда не отказывались. Охота охотой, а встреча с друзьями была важнее всего.
- На открытие едем или как? Мне путёвки две брать или одну? Если поеду без тебя, Яранга придётся оставить дома, я в одиночку с ним не справлюсь. -спросил меня Батя за не накрытым пустым столом и с неким интересом взглянул мне в глаза. Не ради еды мы засели тогда на кухне вдвоём. В его глазах читалась надежда и не просто так он упомянул пса. Пес дома засиделся, а ведь он был великим четвероногим охотником.
- Бать... Не могу, езжай с друзьями, а за Яриком мы приглядим..- я наплёл что- то о крайней моей занятости и неких планах по всё той же работе.
- Я тебя понял...- батя положил на столешницу чёрную пачку «Элита» и зажигалку. Поднялся из-за стола и достал початую бутылку коньяка. Затем пару обычных водочных рюмок из шкафчика и закусь из холодильника. Выпив, закусив пошли на мою лоджию, где закурили, не опасаясь гнева мамы.
- Понимаю, еду один... Как там у вас? Если всё серьёзно, когда? - батя задал мучивший его вопрос и затянулся дымом.
- Гуляем, пап. Пока только гуляем. Кстати, Она тебя сильно боится. ...Не торопим события, а там видно будет. Как, пап, у нас сложится, так и будет. - помедлив, ответил ему и тоже втянул в себя дым сигареты. По поводу открытия охоты объяснил, что совпадают у меня и Татьяны выходные и хотим провести их вдвоём
- Бать, не обижайся. Собрались сходить на концерт и билеты уже в моём кармане. Итальяно к нам приезжают, а подруга очень их уважает. Встречаемся как всегда в парке под ивой, кафе и на такси- во Дворец спорта. - оправдался я перед отцом.
Все материалы принадлежат каналу "Юрий Гулов". Использование статей, фото, видео разрешено исключительно с согласия автора.