Крем, панамка, вода, игрушки. Сумка весит как чемодан, дети орут, солнце печёт. Он говорит: «Ты чего такая уставшая? Мы же на отдыхе». А мне хочется спросить: кто «мы»?
Солнце жгло беспощадно, превращая песок в горячую сковородку. Лена ощущала изнуряющую жару, пытаясь в пятый раз за утро навести порядок в пляжных принадлежностях. Родион, старший, уже успел насыпать песок в сандалии младшего, Филиппа. А трехлетняя Наташа размазывала остатки мороженого по новому купальнику.
— Наташа! Да что ж такое! — Лена попыталась оттереть липкие пятна влажной салфеткой, но сделала только хуже.
— Лен, ну что ты опять? — Аркадий лениво приподнялся на локте, не отрывая взгляда от экрана планшета. — Дети просто играют. Мы на отдыхе, не нервничай.
Лена замерла, ощущая, как внутри разрастается тяжесть. Расслабься. Конечно. Просто расслабься, когда три ребенка требуют постоянного внимания, а муж превратился в четвертого ребенка.
— Аркаш, — она старалась говорить спокойно, — ты не мог бы помочь мне собрать вещи? Нам пора возвращаться в номер. Наташе нужен дневной сон.
— Сейчас, — пробормотал он, продолжая читать новости на планшете. — Еще пять минут.
Пять минут превратились в двадцать. Наташа начала капризничать, Филипп разрыл чей-то чужой песочный замок и теперь ревел под гневные возгласы его строителей, а Родион куда-то пропал.
— Родион! — Лена в панике озиралась по сторонам, пытаясь высмотреть знакомую голубую панамку среди сотен отдыхающих.
— Да вон он, с теми мальчишками играет, — Аркадий наконец соизволил подняться и начал стряхивать песок с шорт. — Что ты всё время переживаешь?
— Что я переживаю? — Лена почувствовала, как внутренний термометр ее терпения подскакивает до критической отметки. — Мы на переполненном пляже, наш восьмилетний сын исчез из виду, а ты спрашиваешь, почему я переживаю?
Аркадий закатил глаза:
— Вот именно поэтому я и не хотел ехать в этот отпуск. Знал, что ты будешь всё время нервничать.
Лена прикусила губу. Не сейчас. Только не при детях.
***
В номере, когда дети наконец уснули, она присела на небольшой диванчик с чашкой чая. Это был единственный тихий уголок, где можно было побыть одной хотя бы пять минут.
Телефон завибрировал. Сообщение от коллеги: «Как отдыхается? Завидую!»
Лена усмехнулась. Если бы они только знали. Четыре раза в день водить детей в ресторан, где они капризничают и отказываются от еды. Ежедневно стирать купальники в ванной комнате, потому что дети умудряются пачкать их мороженым и песком.
Постоянно следить, чтобы никто не утонул, не обгорел, не подавился. Просыпаться в шесть утра, потому что Наташа уже бодра и полна энергии. Успокаивать Филиппа, когда он разбивает коленку о камень. Искать по всему пляжу Родиона, который в очередной раз ушел играть с новыми друзьями без предупреждения.
Слушать бесконечные споры о том, кто первым будет пользоваться надувным кругом. Уговаривать детей уйти с пляжа, когда уже пора обедать или солнце стало слишком активным. И всё это — под бесконечный рефрен мужа: «Мы же на отдыхе, не нервничай».
Дверь приоткрылась.
— Я уложил Наташу обратно, — сказал Аркадий, присаживаясь рядом. — Она проснулась и искала тебя.
— Спасибо, — Лена отпила чай. — Прости за сцену на пляже.
— Забудь, — он махнул рукой. — Просто я не понимаю, почему ты не можешь наслаждаться отпуском.
Не могу наслаждаться? Лена моргнула, чувствуя, как внутри снова поднимается волна.
— Аркаш, а что для тебя отпуск? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал нейтрально.
Он пожал плечами:
— Ну, отдых от работы, возможность расслабиться, выспаться, никуда не спешить.
— И ты сейчас отдыхаешь?
— Конечно! — он улыбнулся. — Погода отличная, море теплое, еда вкусная. Что еще нужно?
Лена глубоко вдохнула:
— А я — нет. Для меня это не отдых, Аркадий. Это та же работа, только в худших условиях. Без привычной кухни, без стиральной машины, без помощи моей мамы, которая хотя бы иногда забирает Наташу.
— Но мы же вместе, всей семьей, — он выглядел искренне удивленным. — Разве не это главное?
— Главное, — Лена поставила чашку на столик с такой силой, что чай выплеснулся, — что мы — это не «вместе». Мы — это я, которая делает всё, и ты, который наблюдает.
— Ты преувеличиваешь, — нахмурился Аркадий. — Я помогаю с детьми.
— Помогаешь? — Лена почувствовала, как её голос дрожит. — Аркадий, ты говоришь так, будто присматривать за детьми — это моя работа, а ты иногда оказываешь мне услугу. Но это наши общие дети, и забота о них — наша общая ответственность.
Он поднялся:
— Начинается... Я думал, отпуск поможет тебе расслабиться, но ты только больше заводишься.
— Это не отпуск для меня! — Лена тоже встала. — Это тот же день сурка, только без поддержки и с большим количеством стресса!
Из комнаты послышался плач Наташи. Потом заворочался Филипп.
— Видишь, ты их разбудила, — бросил Аркадий и ушел в комнату.
Лена сглотнула, чувствуя как першит в горле. Как объяснить ему, что она не против семейного отдыха? Она против того, чтобы весь этот отдых держался только на ее плечах.
***
Утро началось с очередных проблем с детьми. Филипп отказывался надевать кепку, Родион требовал новый надувной круг взамен порванного. А Наташа капризничала из-за того, что ей не дали конфету до завтрака.
— Может, останешься сегодня с ними в номере? — предложил Аркадий, собирая свой рюкзак. — Я хотел съездить на экскурсию в горы. Давно мечтал посмотреть местные пещеры.
Лена уставилась на него, не веря своим ушам:
— Ты предлагаешь мне остаться одной с тремя детьми, пока ты поедешь развлекаться?
— Ну, тебе же на пляже не нравится, — пожал плечами он. — Вчера ты только и делала, что нервничала.
Лена застыла, не веря своим ушам. Десять лет брака, трое детей, квартира в ипотеку, которую они взяли три года назад, когда Аркадий получил повышение в своей компании по организации путешествий.
Всё это время она работала финансовым аналитиком, совмещая карьеру с воспитанием детей. И вот теперь он просто соберет рюкзак и уедет, оставив её одну разбираться со всем этим хаосом?
— Нет, — тихо сказала она.
— Что — нет? — не понял Аркадий.
— Нет, я не останусь с детьми, пока ты поедешь на экскурсию, — её голос окреп. — Сегодня ты останешься с ними, а я поеду куда захочу.
Аркадий замер с наполовину собранным рюкзаком:
— Лен, ты чего? Я же не справлюсь с ними один.
— А я, значит, справлюсь? — она скрестила руки на груди. — Почему ты можешь поехать куда хочешь, а я должна сидеть с детьми?
— Потому что ты мама, — он произнес это так, словно объяснял очевидное.
— А ты папа! — воскликнула Лена. — Это что-то меняет?
Родион с интересом наблюдал за разговором родителей, забыв про свой сдувшийся круг. Филипп замер с кепкой в руках. Даже Наташа притихла.
— Слушай, давай не будем портить отпуск, — примирительно сказал Аркадий. — Хорошо, я останусь. Поезжай, развейся.
Но Лена уже не слышала. Внутри неё словно сработал переключатель:
— Портить отпуск? ПОРТИТЬ ОТПУСК? Аркадий, этот отпуск был испорчен в тот момент, когда ты решил, что можешь просто отстраниться от своей роли отца! Я устала быть единственным ответственным взрослым в этой семье!
— Я не отключаюсь, — возразил он. — Я зарабатываю деньги, оплачиваю счета, решаю все финансовые вопросы.
— Это не делает тебя полноценным родителем, — покачала головой Лена. — Родитель — это тот, кто знает, какой размер обуви у Филиппа, какая любимая книжка у Наташи и почему Родион в последнее время стал замкнутым.
Аркадий открыл рот, чтобы ответить, но понял, что не знает ответа ни на один из этих вопросов.
— Мама, не кричи, — тихо попросил Родион, и Лена осеклась.
Она опустилась на колени перед сыном:
— Прости, Родя. Мама просто очень устала.
— Из-за нас? — серьезно спросил мальчик.
— Нет, Родя, — Лена обняла его. — Просто иногда взрослым нужно разговаривать о сложных вещах.
Аркадий медленно опустил рюкзак на пол и сел на край кровати:
— Лен, я честно не понимаю, чего ты хочешь. Я взял отпуск, оплатил этот номер, привез вас на море. Что еще?
— Я хочу, чтобы ты тоже занимался детьми, а не только развлекался, — попыталась объяснить Лена.
Аркадий нахмурился:
— Знаешь, моя мама растила троих детей и никогда не жаловалась. И у Светы с пятого этажа четверо, но она как-то справляется без истерик. Ты единственная, кто постоянно недоволен.
— Истерик? — Лена задохнулась от возмущения.
— Ну, как еще это назвать? — Аркадий развел руками. — Другие семьи спокойно отдыхают. Посмотри на соседний шезлонг — там мама с двумя малышами, и все счастливы. А ты превращаешь отпуск в какое-то выяснение отношений.
Родион и Филипп переглянулись. Наташа обняла мишку и отвернулась к стене.
— Хорошо, — Лена сжала губы. — Поезжай на свою экскурсию. Мы как-нибудь справимся.
— Вот видишь, — Аркадий улыбнулся. — А ты переживала. Дети в порядке, солнце светит, море теплое. Просто расслабься и наслаждайся, как все нормальные люди.
Оставшиеся дни отпуска прошли предсказуемо. Аркадий плавал, загорал и ездил на экскурсии. Лена смотрела за детьми, стирала купальники и решала бесконечные детские конфликты. Изредка, когда Наташа спала днем, а мальчики играли под присмотром аниматора, она могла почитать книгу — целых двадцать минут безмятежности.
— Смотри, как тебе хорошо, — говорил Аркадий, видя ее с книгой. — А ты еще жаловалась.
Лена не отвечала. Слова застревали где-то внутри, превращаясь в тяжелый ком. За десять лет брака она научилась молчать.
Однажды вечером, когда они сидели в ресторане, к их столику подошла женщина с соседнего шезлонга — та самая, с двумя детьми, на которую указывал Аркадий.
— Извините за вторжение, — сказала она Лене. — Просто хотела сказать, что восхищаюсь вашим терпением. Трое детей — это подвиг. Мои двое меня с ума сводят, а муж, как и ваш, считает, что его задача — оплатить отпуск и загорать.
Аркадий поперхнулся соком.
— Спасибо, — Лена слабо улыбнулась. — Но, как видите, я не очень терпеливая. Иногда срываюсь.
— Все мы срываемся, — женщина пожала плечами. — Главное, что мы стараемся. А мужчины... ну, что с них взять? — она усмехнулась и вернулась за свой столик.
Аркадий сидел молча, уставившись в тарелку.
— Что? — спросила Лена.
— Ничего, — буркнул он. — Просто смешно, как вы, женщины, любите драматизировать. Подумаешь, дети, подумаешь, отпуск. Весь мир только и делает, что обсуждает, как тяжело мамочкам на море.
Лена вздохнула. Бесполезно. Он просто не хотел понимать.
В последний вечер, когда они собирали вещи, Аркадий неожиданно спросил:
— Мы поедем на море в следующем году?
Лена помолчала, складывая детские футболки.
— Не знаю, Аркаш. Может, лучше в горы? Там хотя бы прохладнее.
— Как скажешь, — он пожал плечами. — Главное, чтобы ты не ворчала весь отпуск. Другие женщины как-то справляются и радуются, а ты вечно недовольна.
Лена закрыла чемодан и защелкнула замки. Как объяснить человеку то, что он не хочет понимать? Как донести, что "другие женщины" просто лучше скрывают свою усталость? Что за улыбками на пляже часто скрывается такое же изнеможение?
— Я постараюсь быть веселее, — сказала она наконец.
— Вот и отлично, — Аркадий довольно кивнул. — Я же говорил, что всё дело в настрое.
Наташа забралась к Лене на колени и сонно прижалась.
— Мама, а тебе понравилось на море?
Лена обняла дочку и посмотрела на мужа:
— Конечно, малышка. Мне очень понравилось. Ведь мы же были... вместе.
Аркадий не заметил горькой иронии в ее словах. Он улыбнулся и потрепал Наташу по голове:
— В следующий раз будет еще лучше.
Лена промолчала. Спорить бесполезно. В конце концов, как сказала та женщина в ресторане, что с них, мужчин, взять? Проще делать всё самой и не ждать понимания. Так, по крайней мере, не будет разочарований.
Позже, когда они шли по набережной к автобусу, Родион держал за руку отца, Филипп ехал у него на плечах, а Наташа мирно спала на руках у Лены. Со стороны они выглядели как идеальная счастливая семья.
И пусть никто не знал, что Лена чувствовала себя не отдохнувшей, а вернувшейся из длительной утомительной поездки, в которой ей пришлось нести всю ответственность в одиночку.
Если история тронула, поразила или просто понравилась – можно сказать "спасибо" тут. Нажмите на кнопку ПОДДЕРЖАТЬ👇🏻