Первые истории о Тоне тут
Девушка стояла в пустой аудитории, где пахло пылью и старыми книгами. На окнах висели пыльные шторы, впитавшие запах прошедших лет. Окна выходили в тихий сад, где обычно сидели студенты на переменах. В аудитории царил полумрак, на улице уже наступил вечер.
Она стояла и прислушивалась к шагам в коридоре — охранник обходил территорию. После семи вечера в институте, как правило, никого не было. Сессии подходили к концу, абитуриенты штурмовали преподавателей на экзаменах. Но вся эта кипучая деятельность происходила утром и днём, реже после обеда.
Третьекурсница специально задержалась после позднего экзамена, дождалась, когда уйдут преподаватели, и затаилась в пустой аудитории. Ей нужно было дождаться полуночи, а после провести ритуал на исполнение желаний.
В старом корпусе, который построили лет сто назад, было особое место. Там студенты шептали слова заговора, сжигали записку с желанием, а пепел нужно было высыпать в ладонь статуи девушки с завязанными глазами. Говорили, что именно эта статуя исполняла желание. Желающих пойти на такую авантюру было достаточно, но многих студентов частенько ловил ночной сторож. Не всем удавалось выполнить задуманное.
У девушки было заветное желание, от которого, как она считала, зависела её дальнейшая судьба. Когда шаги стихли, она тихонько выбралась из своего убежища и быстрым шагом направилась к переходу в старый корпус. В коридорах и аудиториях, хоть и висели камеры видеонаблюдения, но большинство из них не работало.
Она спокойно дошла до коридора со статуей, зная, что охранник уже побывал здесь. Устроилась в нише у окна и стала ждать. Наблюдая за тем, как ночь опускается на город, девушка вдруг подумала, что ей не нужно это желание и она сама справится, но тут же одёрнула себя.
За пару минут до полуночи она приготовилась. Ровно в полночь прочла заговор, три раза прочла записку с желанием и подожгла её на принесённой с собой тарелке. Пепел она аккуратно высыпала в раскрытую ладонь статуи.
Уже уходя, девушка вдруг услышала странный звук, скорее хруст. Как будто кто-то провёл камнем по камню. Неприятный, пугающий звук. Она медленно повернулась и замерла в ужасе. Статуя сжимала в мраморной руке пепел, голова была повёрнута в сторону студентки, а мраморная повязка медленно сползала с лица. Девушка попятилась, запнулась и упала. Ещё мгновение — и она увидела, как открываются мёртвые глаза мраморной статуи.
Она закричала, громко и пронзительно. Крик разнёсся по коридорам, но охрана его не услышала.
Вот статуя уже сошла с постамента и склонилась над девушкой, потерявшей сознание. Каменное чудовище протянуло руку и дотронулось до тела девушки. Вдруг по телу прошёл словно электрический заряд, она выгнулась дугой, и из приоткрытого рта вышло белое облачко, которое быстро вошло в статую. Ещё через несколько минут тело студентки третьего курса превратилось в прах, который быстро превратился в пыль и исчез совсем.
А наутро коридоры и аудитории наполнились людьми в форме, искавшими пропавшую студентку.
***
Будильник прозвенел ровно в шесть утра. Кот мягко спрыгнул с кровати и отправился на утренний птичий концерт. Антонина встала и первым делом отправилась в душ. Она без приключений дошла до ванной и встала под горячий душ.
В некоторых случаях передвижение по квартире напоминало квест, но она быстро освоилась и перестала набивать шишки и синяки. Кое-что в квартире переделали под её новую жизнь.
Тоня была слепа, совсем. Почти полгода она живёт в темноте, только в памяти бережно хранит воспоминания о рассветах и закатах, цветах и ярких красках природы. Зрение она потеряла в ходе расследования дела маньяка, который, впрочем, исчез прямо из камеры СИЗО и теперь был объявлен в розыск. Несмотря на слепоту, женщина перешла работать в специальный отдел, который специализировался на необычных сложных уголовных делах. Возглавляла отдел Ева — красивая и очень умная женщина. Поговаривали, у Евы были особые способности, которые она применяла для работы.
Сварив кофе и соорудив бутерброд, Тоня села завтракать, попутно слушая голосового помощника, читающего материалы нового дела.
Два дня назад пропала студентка третьего курса Ирина Волкова — хорошистка и активистка. Мать девушки, не дождавшись её с занятий, сразу обратилась в полицию. Ира ушла на зачёт, после собиралась в библиотеку и домой. В последнее время девушка стала задумчивой и старалась меньше бывать дома. Мать не понимала, в чём дело, или делала вид.
Среди тетрадей с лекциями нашли и дневник Ирины, где она описала ситуацию в семье. А ситуация оказалась непростой — отчим приставал к Ире, а она боялась пожаловаться матери. Девушка думала, что мать ей не поверит, отношения окончательно испортятся. В дневнике она изливала свои переживания и даже записала своё желание: «Вот бы отчим исчез, и мы снова с мамой жили вдвоём как раньше».
Только исчезла Ира. Отчим — первый, кого стали подозревать, но у него оказалось железное алиби. Потом обыскали здания института: заглянули в каждый угол, на каждую кафедру, осмотрели подвал и все технические помещения. Ира попала на камеры наблюдения на входе и в паре коридоров. Тогда и выяснилось, что половина камер не работает. Получалось, Ира вошла, но не вышла из института. Дело в том, что вход и выход один, остальные — пожарные, но они заперты.
Ирина просто растворилась в здании института. При опросе однокурсников все твердили одно и то же — она не могла сбежать, да, боялась отчима. И только одна подруга рассказала о её намерении провести ритуал на желание в старом корпусе института. Статую осмотрели, но ничего необычного не нашли, кроме тонкого серебряного колечка, подобное носила и пропавшая студентка. После этого дело забрал спецотдел, и его поручили Тоне.
***
Тоня, хоть и жила во тьме, получила необычные способности — все чувства стали острее. По шагам она могла определить, кто это, во что одет, даже настроение. Если она прикасалась к предмету, на котором остался энергетический след, Тоня его считывала в виде видений.
Вот и сейчас на её столе лежало тонкое серебряное кольцо, фотография Иры и кое-какие личные вещи из её комнаты. Тоня надеялась, что её дар поможет пролить свет на судьбу девушки.
Она села за стол и полностью расслабилась, после взяла в руки колечко. Буквально сразу Тоню словно пронзило молнией, по телу разлилась острая боль. Девушка была мертва, точнее, её не было среди живых. Антонина уже сталкивалась с подобными ощущениями и знала наверняка — Ирина погибла. Теперь предстояло узнать, как и по чьей вине.
Женщина попросила отвезти её в институт. Пока они ехали, Тоня подумала о бывшем напарнике, она скучала по нему. Машина резко затормозила, вырывая её из мыслей.
Старый корпус института представляет собой величественное здание начала XX века. Его высокие потолки, массивные двери и узкие окна создают особую атмосферу. Коридоры длинные и извилистые, с потрескавшейся штукатуркой и потускневшими картинами на стенах. Аудитории наполнены запахом старых книг и пыли, а скрипучие половицы словно хранят в себе истории прошлых лет.
Антонину любезно проводили в старый корпус к статуе.
— Это местная легенда, мол, статуя исполняет желание. Когда-то давно её нашли спрятанную в подвале, наверное, ещё с войны стояла. Её отмыли, и как новенькая. Она словно тут и стояла когда-то. Говорят, один профессор был одержим этой статуей и всё искал информацию о ней, — горячо говорил ректор, которого попросили лично сопровождать Тоню по институту и отвечать на все вопросы.
— И как? — спросила женщина.
— Что как? — не понял ректор. — Ах, вы про статую? Верят детишки, верят.
— Нет, я про профессора. Нашёл он что искал?
— Не знаю, он пропал. Он был другом моего отца, я немного его помню. Интересный персонаж.
— В каком смысле пропал?
— В прямом.
Больше он ничего не говорил, они дошли до статуи. Коридор был пуст, ректор облокотился на подоконник и стал наблюдать за Тоней. Она сначала просто стояла в коридоре, прислушиваясь к себе и своим ощущениям. После она слегка дотронулась до статуи. Она медленно ощупала статую, содрогаясь от ледяного холода, исходящего от статуи.
Едва она коснулась мраморной ладони, как её закрутило в водовороте видений. Лица десятков людей мелькали словно в калейдоскопе, выстраивая страшную картину. Тоня увидела, как Ира прячется в аудитории, потом спешит в старый корпус, проводит ритуал. Вдруг Тоня увидела то, чего совсем не ожидала. Статуя ожила. Мрамор уже не казался безжизненным и холодным, одежды были воздушными. Повязка на глазах озадачила Тоню — она что-то значила. История Иры была не первой, раз за разом студенты приходили в этот пустой коридор к статуе и просили исполнить желание. Сбылось ли оно, теперь не узнать, ведь все они исчезли.
— Вам плохо? Антонина? — ректор похлопывал её по щекам. Опираясь на руку мужчины, Тоня встала. Она неожиданно упала в обморок.
— Уже хорошо. Вы говорили, что помните того профессора, что интересовался статуей. Не знаете, у него родственники есть?
— Родни нет, его квартира много лет пустовала, потом вещи вывезли, кое-что забрал отец на память. Его коллекции картин, монет и дневник хранятся у нас дома.
— Отлично, мне нужен его дневник.
В тот же вечер Тоня слушала чудную историю, почти невероятную, чтобы быть правдой.
***
Старый корпус института построили сто лет назад. Несколько раз проводился капитальный ремонт с заменой труб и окон. Первый такой ремонт провели сразу после войны, и тогда в одной из стен нашли несколько замурованных тел. Расследование тогда ни к чему не привело — да и не искали особо, здание нужно было быстро привести в порядок и передать под государственные нужды.
Почти десять лет это был детский дом, точнее классы, где дети учились. Уже в шестидесятых здание передали институту, и один профессор, заведующий кафедрой истории, заинтересовался историей этого здания. Он не поленился и провёл собственное расследование, растянувшееся на несколько лет.
Звали его Лев Иванович Саночкин — выходец из интеллигентной профессорской семьи. Дома у него была обширная библиотека, включающая в себя и редкие тома. Ко всему прочему, он увлекался историей города и региона, как и его покойный отец. Семьи профессор не нажил, детей не было, только канарейки. Клетка с птицами стояла в кабинете, и их пение его успокаивало.
Все свои наработки по зданию института он записывал и складывал в ящик стола в своём кабинете дома. Итак, Лев выяснил, что ранее в доме проживали странные на его взгляд личности: художник, врач, писатель, скульптор, повариха и горничная. Другие обитатели дома были неинтересны. Эта странная компания регулярно собиралась вместе в квартире поварихи. Повариху звали Зоя Ильинична, горничную из гостиницы «Россия» звали Ида.
Поначалу профессор заподозрил компанию в диссидентстве, как в те времена было принято. Многие собирались на кухне, закрывали розетки и телефоны подушкой и вдоволь обсуждали и осуждали политику — естественно, ругая, а не хваля. Но потом, узнав чуть больше, Лев был поражён — они колдовали. Эта компания занималась настоящим колдовством. Кстати, Зоя была дочерью деревенской ведьмы и кое-что умела, но больше всего она мечтала о деньгах и богатстве.
Совершенно случайно Лев увидел потрясающие работы этого скульптора и узнал, что последние годы жизни он провёл за городом в компании жены Зои и племянницы.
Лев выяснил, что скульптор создал статую из мрамора по старинной технологии, за модель взял горничную Иду. А потом повариха провела чёрный обряд, оживив холодный мрамор с помощью заговоренной монеты. Она вложила её в мраморную руку и произнесла заклинание. Только что-то она напутала, и от холодного взгляда статуи писатель и врач погибли сразу. Скульптор догадался вынуть монету из мраморной руки, и статуя вернулась на место, растеряв силу. Тогда он понял, какое страшное оружие они создали сами того не ведая.
Статуя исполнила их желание — они стали богаты, когда внезапно у скульптора пошли дела в гору. Вскоре они съехали с этого дома и поселились за городом, в сельской глуши. Иду долго мучали кошмары о своём мраморном двойнике. Перед отъездом скульптор спрятал статую в подвале и доработал её облик. Он закрыл ей глаза мраморной повязкой. На всякий случай.
Прошли годы, после войны стали приводить здание в порядок и нашли статую. Она показалась им красивой и изящной, было решено поставить её в одном из коридоров.
«Статуя — что-то типа Голема, только у евреев монстр из глины, а здесь мрамор. Та монета, с помощью которой её оживляли, теперь у меня. Я нашёл дом, где жила повариха, её племянница любезно разрешила осмотреть вещи тётки. Среди вещей в маленьком мешочке и была та монета. Но я опасаюсь, что делать. Я сожгу монету, если получится».
«Я натворил глупостей! Какой же я самонадеянный дурак! Но обо всём по порядку. Дома я попытался сжечь монетку, но не вышло, только копоть на весь подъезд и приезд пожарных. Монету я спрятал и решил всё-таки проверить легенду, что пересказывают студенты. И кто только им рассказал. Говорят, нужно в полночь произнести особые слова и прочитать желание, именно прочитать с бумажки. А потом сжечь бумажку и пепел высыпать в руку статуи. Интересно, кто это придумал? И при чём тут пепел от желания? Надо проверить».
На этом записи профессора обрывались. Больше живым его никто не видел, в том коридоре нашли только пуговицу от рубашки и всё.
***
Антонина отправилась в офис к Еве. Она знала, что нужно сказать и как действовать. Ева была у себя, она задумчиво смотрела в окно, погрузившись в свои мысли. Тоня, не видя начальницу, чувствовала её присутствие.
— Можно?
— Проходи. Какие новости в деле? — Ева смотрела на новую сотрудницу, гадая, действительно ли она так хороша.
— Там статуя из мрамора, созданная безумцем-гением, но ему помогали с помощью тёмного колдовства. Они хотели создать существо, исполняющее желания, а создали Голема.
— Голема? Это вроде из еврейского фольклора, — вспомнила Ева.
— Именно, только они создали свой вариант. Поняв, что натворили, скульптор создал вуаль, чтобы защитить людей, и спрятал статую. Ну а потом статую нашли, кто-то придумал легенду, а может, сама статуя нашептала ритуал, — Тоня рассказала всё, что смогла узнать. — Спасать уже некого, Ирина погибла. Эта тварь попросту жрёт людей, питается. Нужно увезти её, потому что в моём видении я видела попытки её разбить — это невозможно, слишком сильное колдовство.
— Ну она же не всё время оживает, — Ева задумчиво смотрела на Тоню. — Но ты права, статую нужно изолировать, а я подумаю, как её уничтожить. Есть у меня одна ведьма знакомая. С матерью Ирины я сама поговорю. Спасибо за хорошую и быструю работу.
— Жаль, что не можем спасти её. И других.
— Мы спрячем этого мраморного Голема и этим спасём других глупых студентов.
Статую переместили в безопасное место в спецотделе, чтобы никто не мог добраться до мраморного монстра.