- Давай, давайте! – торопила она их. – Здесь между мелких елочек очень удобная каменная тропинка. Смело ставьте ноги, камни не осыплются.
Лицо Малуши то и дело возникало над валуном, чтобы снова нырнуть в сгущающиеся над утесом сумерки. Она контролировала и четко координировала процесс, не позволяя спутникам замешкаться ни на секунду, подчиняясь внезапно активировавшимся внутри часикам, с укоризной отмеряющим каждое безвозвратно утекающее мгновение.
Убедившись, что Матвей нащупал ногой узенькую тропку, вьющуюся в высокой траве и колючих зарослях шиповника, она медленно подошла к самому краю широкого плато и окинула взглядом раскинувшуюся внизу долину. С того страшного дня, когда охотники ради потехи уничтожили волка альбиноса и волчицу-перевертыша, она не поднималась сюда ни разу. И сейчас Малушу буквально раздирали противоречивые чувства. Она была рада, что длинный путь, наполненный отчаянием, одиночеством и безрезультатными поисками, подошел к логическому завершению. Люди вынесли свое наказание за убийство, как и она свое за горячность и вырвавшееся проклятие. Все должно было закончиться сегодня – утес и долина получат свой источник Жизни, а она свободу и право выбора. Но все же… все же внутри что-то заунывно саднило, омрачая робкую радость, проникнувшую в сердце едва заметным, крошечным семечком. А еще в самых глубинах души пограничницы загнанной птицей бился страх, который она не смела ни с кем разделить, да и признать его отказывалась. При одной мысли о том, что до сих пор ей не удалось напасть даже на след сведений об обряде, который ей предстояло провести, желудок сжимался в конвульсиях. В руках Малуши собралось слишком много нитей, но вот каким образом сплести из них достойный узор, она не имела никакого представления.
- Как же здесь красиво! – наполненный нескрываемым восхищением голос Матвея заставил девушку вернуться в реальность. Она покосилась на уже затянутый чернотой небосвод и, нахмурившись, повернулась к своим спутникам.
- Матвей, поставь защиту. Не хочу, чтобы в самый разгар обряда нас нашли… твои родичи, - бросила она между делом, поманив к себе Лету.
От последних слов он дернулся, как от удара в лицо, но промолчал, лишь коротко кивнув и направившись к кромке кустарника, который, казалось, не решался пересечь невидимую границу и заползти на каменную площадку, совершенно лишенную даже намека на растительность. Для того, кто еще недавно и не подозревал о своих способностях закрывать от посторонних глаз людей и части пространства вместе с ними, парень действовал довольно уверенно. Он повращал руками, скидывая напряжение в мышцах, и несколько раз наклонил голову в разные стороны, разминая шею. А потом без какого-либо перехода поднял руки вверх и плотно прижал ладони друг к другу, слегка покачиваясь телом вправо-влево. До Малуши донесся монотонный гул, идущий из горла Матвея и заполняющий собой все пространство целиком. Ей казалось, что она не просто слышит, а видит эти звуковые вибрации, расходящиеся от его фигуры сотнями плотных воздушных спиралей. Когда они сомкнулись между собой, кончики пальцев парня засветились мертвенно-белым цветом и из них потянулись вверх светлые нити, отбрасывающие на камни серебристые отсветы. Они прямо на глазах восхищенной Малуши сплетались в узоры, закрывающие весь уступ вместе со стоящими на нем фигурами слегка посверкивающим сводом. Ничего подобного пограничница никогда не видела! Ее ноздри раздувались, ощущая запах древней магии, лишь крохи которой, как оказалось, доставались неофиткам. Но сейчас она предстала перед девушками во всей красе, показав, насколько мощным может быть сокрытое в крови первородное знание.
С трудом оторвавшись от созерцания достраивавшего защиту Матвея, Малуша тронула Лету за руку.
- Садись сюда, - она показала на плоский камень, практически зависший над краем обрыва.
Девушка боязливо покосилась на размазанные ночной темнотой очертания выступа, но озвучить свои сомнения не решилась и послушно села прямо на холодный камень.
- Нет, левее. Так.
Малуша до мельчайших подробностей помнила, где именно лежали волки в момент смерти. Все ее чувства и инстинкты обострились до невероятного уровня. Казалось, что где-то внутри включился стерео-режим и запись прошлых событий наложилась на происходящее сейчас. Она видела белых волков, расслабленно лежащих на камнях, и чувствовала биение их сердец, а сквозь них отчетливо просматривалась напряженная фигура девушки, каждые вдох и выдох которой отзывались в ушах пограничницы глухим ударом.
Вышедшая в свой час из-за облаков луна щедро облила своим сиянием всех собравшихся на утесе и в тот же момент Малуша почувствовала, как ее внутренние часы отсчитали последнюю секунду. Она медленно падала, издав в конце звук плюхнувшейся в лужу дождевой капли, эхом отразившийся от ставшими вдруг необычайно резонирующими любой шорох валунами. Во много крат усиленный звук разорвался в голове и где-то на фоне его постепенно затихающих отголосков Малуша ощутила, что больше не принадлежит себе. Какой-то своей частью она продолжала оставаться собой, но вместе с тем превратилась в тонко настроенный инструмент, сквозь который неслись потоки времени. Переплетаясь. Распрямляясь. И проходя сквозь друг друга. Порой они выгибались гребнями и на самой верхней их точке оказывались те или иные персонажи.
Словно во сне, пограничница подошла к замершей в лунном трансе Лете и взяла ее за руку, прошептав несколько слов. Вытянутая рука зависла в воздухе и Малуша повернула ее так, чтобы видеть маленькую родинку у основания мизинца. Она приложила к ней палец и принялась читать заклятье, огненными искрами прописанное в ее памяти. В ответ родинка набухла, изменила цвет с коричневого на золотистый и вдруг с тихим хрустом отделилась от кожи, повиснув в воздухе прямо между девушками. Золотистый крючок с повернутым в правую сторону острием и линией, пересекающей опору ему в параллель, пульсировал живым светом, от которого кожу обдавало волнами жара.
- Руна Жизни и Смерти, - в непроницаемой тишине восхищенный шепот Малуши звучал как наговор. – Дающая воплощение в физическом теле и забирающая жизнь, когда приходит момент. Дарующая плодородие и женскую силу. Сплавившая воедино источник Жизни и человеческое тело. Перейти за грань Смерти, чтобы вернуть Жизнь. Только так все вернется к истокам.
Медленно она направила указательный палец на руну и начала вращать им. Символ качнулся в воздухе, сжался на мгновение, чтобы после развернуться в несколько раз больше своего изначального размера. Он почти полностью закрыл от пограничницы Лету, но ей и не нужно было видеть происходящее. Она и так ощущала, как десятки тысяч золотистых жгутов тянутся от тела девушки к руне. Втягиваются в нее без остатка, теряя связь с человеком и делая его все слабее и слабее. Когда последняя нить, заполнила предназначенное для нее пространство, Лета совсем ослабла. Если бы не особое состояние, заставляющее ее все так же прямо сидеть, она давно рухнула бы на камни. Но Малуша не обращала на это никакого внимания. Ведомая внутренним чутьем, она повернулась в сторону кустарника, где столбом стоял Матвей, и заметила маленький светлый комочек, появившийся у самой кромки зеленого массива. На ее губах заиграла улыбка и легким усилием она приподнялась в воздух, чтобы не мешать происходящему на утесе таинству, но отчетливо видеть каждый его цикл.
Светлый комок несмело приближался к сидящей девушке и в нем уже можно было разглядеть белоснежного волчонка не более месяца от роду. А следом за ним синхронно двигалась серая волна, состоящая из сотен волков, притянутых сюда из разных земель зовом великого таинства обретения источника Жизни, которому они не могли сопротивляться. Волки ступали неслышно и не издавали ни звука, неумолимо заполняя собой каждый сантиметр плато. С высоты оно казалось единым ожившим камнем, то и дело покачивающимся в такт легчайшего дуновения ветерка. Волчонок остановился у ног Леты и жалобно пискнул в поисках путей отступления, но следующая за ним след в след мать не позволила своему детенышу замедлиться – мордой она подтолкнула его вперед, и щенок кубарем влетел на колени девушки. Та бережно взяла в ладони его мордочку и прижалась носом к маленькой прохладной «пуговке». Тельце волчонка задрожало и, словно желая защитить дитя леса, на него опустилась пульсирующая руна, мгновенно просочившаяся сквозь густую шерсть щенка, став его неотъемлемой частью. Волчье «море» в едином порыве подняло морды ко все еще сияющей луне и отправило ей благодарный вой, заставивший многих жителей долины проснуться в своих домах в холодном поту.
Друзья мои, от всего сердца благодарна всем, кто поддерживает меня небольшими приятными переводами на карту. Теперь у Дзена появилась новая функция и сделать этом можно прямо на площадке ЗДЕСЬ
Заранее благодарю всех