Есть мнение, что наследственная информация накапливается в окружающей среде. Её переносят вирусы, а также просто обрывки ДНК и РНК, остающиеся после гибели организмов. И исходя из этого легко становится объяснить, как эволюцию в целом, – нет никакого перебора мутаций, заимствуются сразу готовые решения, – так и особенно эволюцию конвергентную. Нырнув в воду предки китов наглотались ДНК ихтиозавров, узнав, таким образом, как к водному образу жизни приспосабливаться. Да и сами ихтиозавры стали похожими на рыб не случайно… Это интересное мнение. Убедительное, хотя, конечно, ошибочное.
Ошибочное, несмотря на то, что горизонтальный перенос генов действительно происходит. Тихоходки благодаря ему многое приобрели. Но где вирусы, а где среда? Для вируса «средой» являются живые организмы… С другой же стороны, только вирус вооружён химическим ключом необходимым для преодоления клеточной мембраны. Вообще же, клетка эффективно противодействует проникновению чужой ДНК. Можно сказать даже более: защита личного пространства от таких вторжений и стала первой функцией мембраны.
...Присмотревшись же к мнению ближе, можно понять, что если бы механизм циркуляции наследственной информации между организмом и средой работал, это выглядело бы иначе. В море китообразные нашли бы ДНК вымерших 20 миллионов лет назад ихтиозавров? А не медуз, например? Почему кашалоты не заимствуют гены кальмаров, которыми питаются? Почему не бактерий, живущих в их кишечнике?
Горизонтальный перенос генов никто не отрицает, – как редчайшее исключение. Ибо организм слишком хорошо оборудован для того, чтобы подобного не допустить.
Что же касается конвергентной эволюции, то австралийские животные воспроизводят особенности строения евразийских, – живущих в другой среде на другом континенте. Особенности строения друг-друга они не воспроизводят.
...То есть, нет. Наследственная информация в среде не накапливается и через среду не передаётся. Среда лишь диктует условия отбора, – чем только конвергентное сходство и обусловлено.