Поезд выдохнул Анну Соколову на маленьком вокзальчике с вывеской «Залив Отрады». Воздух пах соленым ветром, рыбой и… чем-то еще. Застоем? Спокойный приморский городок, затерянный между сопок и серой ленты моря, встретил ее тишиной, далекой от идиллии. Деревянные домики с резными наличниками соседствовали с облезлыми хрущевками, а единственная оживленная улица вела к порту, где сонно покачивались несколько рыбацких баркасов. На лавочках, как на тронах, восседали местные жители – непревзойденные мастера наблюдения за горизонтом и редкими прохожими.
Цель Анны маячила вдалеке – вилла «Белый Грифон». Старинное, некогда роскошное здание в стиле модерн, с башенкой и замысловатой лепниной, притулившееся на скалистом мысу. Вилла недавно обрела вторую жизнь благодаря загадочному владельцу, Максиму Волкову. Именно про него – и про виллу – Анна должна была написать статью для глянцевого журнала. «Кусочек старой Европы на русском берегу» – так звучало задание. Анна мысленно пообещала себе найти этот самый «кусочек», если он, конечно, не завалялся где-то между ржавыми лодками и обшарпанным домом культуры.
Ее встретили настороженные взгляды местных. Шепотки затихали, когда она проходила. Чужая, – читалось в каждом взгляде. Не к добру. Анна мысленно представила заголовок: «Журналистка, нарушившая сон провинциального царства. Или как стать главной новостью дня за пять минут».
У ворот виллы ее уже ждал он. Максим Волков. Фотографии в интернете не передавали и десятой доли его харизмы. Высокий, подтянутый, в простой темной водолазке и джинсах, он опирался на кованую решетку. Темные волосы слегка растрепаны ветром, а в серых глазах – смесь усталости, острого ума и… чего-то неуловимого. Опасности? Анна почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Не только от его внешности. От той ауры загадки, что его окружала, как морской туман. Ну вот, "кусочек Европы" оказался еще и чертовски привлекательным. Непорядок.
– Анна Соколова? – Голос у него был низкий, бархатистый, без лишних интонаций. – Добро пожаловать в лапы Грифона. Надеюсь, он не разочарует. Или не съест.
– Максим? – Анна постаралась улыбнуться, собрав всю свою журналистскую выдержку. – Благодарю за приглашение. Вилла… впечатляет даже издалека. Прямо как с открытки. Только открытка не передает запах моря и… легкого запустения окрестностей.
– О, это только начало, – он распахнул тяжелые ворота с легким скрипом, будто они протестовали против вторжения. – Заходите. Покажу вам ее во всей красе. Вернее, в той красе, что мне удалось вытащить из плена паутины, мышей и вездесущей сырости.
Экскурсия по вилле была захватывающей. Максим говорил о реставрации с горящими глазами настоящего фаната, показывая восстановленные витражи («Стекло везли из Чехии, чуть не разбили трижды!»), старинные паркеты («Каждая дощечка – как дитя родное, требует ласки и циклевки»), камин в гостиной, украшенный тем самым каменным грифоном – символом дома. Но за энтузиазмом сквозила горечь.
– …И вот тут главная головная боль, – он указал на великолепную террасу с видом на море. Олег Борисович Кротов, наш местный «король» недвижимости и, видимо, по совместительству, царь горы, считал этот мыс идеальным местом для элитного комплекса. А мою «развалюху» считал досадной помехой. Бил по мне, как мог. Через чиновников, через суды, через… – Максим замолчал, его взгляд стал жестким, как скала под виллой. – Не самые чистые методы. К счастью, исторический статус здания и поддержка пары таких же упертых энтузиастов в Москве помогли отбиться. Пока. Но Олег Борисович, как бородавка, – упорен и вездесущ. Имя «Кротов» он произнес с таким отвращением, что Анна невольно передернулась. Конфликт. Серьезный. И имя у человека… говорящее. Прямо как из детектива.
Вечером, после ужина в маленьком кафе на набережной под вывеской «Вкусно, как у бабушки!» (Максим отказался, сославшись на дела, а бабушка, видимо, была в отпуске), Анна решила прогуляться. Воздух был влажным, пах водорослями и дымком откуда-то с окраины. Городок казался вымершим. Лишь в окнах редких домов тускло светились лампочки, а где-то вдалеке тявкала собака, нарушая тишину размером с одеяло.
Проходя мимо двухэтажного здания с вывеской «Офис Девелоперской Компании «КРОТ-Инвест», она услышала приглушенные, но гневные голоса. Мужские. Один – низкий, хрипловатый (Кротов?), другой… Анна замерла. Похоже на голос Максима? Она не могла разобрать слов, но интонации были угрожающими. Затем хлопнула дверь, и из подъезда вышел незнакомый мужчина в кепке, низко надвинутой на глаза. Он быстро скрылся в переулке, словно растворяясь в сгущающихся сумерках. Анна почувствовала ледяной комок в груди. Что это было? Совещание криминального трио? Или просто местные страсти кипят? Она поспешила прочь, внезапно осознав, что ее кроссовки громко шлепают по мокрому асфальту, как аплодисменты в пустом зале.
На территории виллы царила тишина, нарушаемая лишь стрекотом цикад. Анна направилась к своему гостевому домику, милому флигельку в глубине сада, похожему на пряничный домик, если бы его слепил архитектор с мрачным чувством юмора. И вдруг споткнулась. У самой двери валялся перевернутый глиняный горшок с засохшим цветком. Земля рассыпалась по ступенькам. Ветер? Но ветра почти нет… Или это местный гном-проказник решил меня встретить?
Механически нагнувшись, чтобы поднять горшок (журналистский долг – везде порядок наводить!), Анна вскрикнула. Внутри, среди комьев земли и корней, лежал небольшой перочинный нож. Стальной клинок был залит темной, липкой, еще не совсем засохшей кровью. А на рукоятке четко виднелась гравировка – стилизованная голова грифона. Тот самый символ виллы.
Вся легкая ирония мгновенно испарилась. У Анны перехватило дыхание. Сердце бешено заколотилось, как барабан на параде сумасшедших. Кровь? Чья? Зачем подбросили СЮДА? Мне?! Паника сдавила горло холодной рукой. Надо было срочно найти Максима! Или… вызвать полицию? Но нож с его символом… Кто поверит, что это не его? "Кусочек Европы" оказался с кровавым сюрпризом, – промелькнула в голове истеричная мысль.
Она, не помня себя, бросилась к главному дому. Огни в окнах первого этажа горели. Дверь парадного входа была приоткрыта. Анна ворвалась в холл, сжимая в потной ладони злополучный нож.
– Максим?! – позвала она, голос дрожал и срывался. – Максим, здесь… что-то странное!
Тишина. Лишь тревожное тиканье старинных часов на стене отсчитывало секунды до чего-то плохого. Анна двинулась по темному коридору, ведущему, как она помнила, в его кабинет. Дверь туда тоже была приоткрыта, щелкнув о косяк. Из щели лился желтый свет.
– Максим? – Анна осторожно толкнула дверь, сердце готово было выпрыгнуть из груди.
И застыла на пороге, вцепившись в косяк, чтобы не упасть. Кровь отхлынула от лица.
За массивным дубовым столом не было никого. Но на полу, в луже темной, почти черной жидкости, раскинув руки, лежал мужчина в дорогой, но мятой рубашке. Его лицо было искажено гримасой ужаса. Голова неестественно вывернута. А рядом с окровавленной головой валялась тяжелая бронзовая статуэтка – тот самый грифон, что украшал камин в гостиной. Его крыло было залито кровью и чем-то белесым.
Олег Кротов. Анна узнала его по фотографиям в интернете. Местный «царь горы» больше не правил. Совсем.
Она невольно взглянула на свою руку, все еще сжимающую окровавленный нож с грифоном. В ушах зазвенело, мир поплыл.
– Анна?! Что случилось?! – Голос Максима, резкий и испуганный, раздался у нее за спиной. Она обернулась. Он стоял в дверях, его лицо было мертвенно-бледным, глаза расширены от шока. Он смотрел на тело, на статуэтку, на нож в ее руке.
Прежде чем Анна смогла что-то вымолвить, в дверях кабинета возник еще один человек. Мужчина лет тридцати пяти, в строгой куртке поверх свитера, с проницательным, усталым лицом и холодными карими глазами. Его взгляд мгновенно – как сканер – считал ситуацию: девушка с окровавленным ножом, тело, хозяин дома рядом. На лице ни тени удивления, только профессиональная собранность.
– Участковый уполномоченный Белов, – представился он ровным, лишенным эмоций голосом, доставая удостоверение. Его взгляд скользнул с Анны на Максима и обратно, задерживаясь на ноже. – Объяснитесь. И положите нож. Аккуратно. На пол. Отойдите.
Анна не могла пошевелиться. Она стояла над телом убитого Олега Кротова, с орудием преступления (одним из?) в руке, а двое мужчин смотрели на нее: один – с немым шоком и вопросом, другой – с ледяной проницательностью следователя, уже видящего в ней главную подозреваемую. Мир сузился до окровавленного пола, зловещей статуэтки грифона и этого страшного ножа.
Продолжение тут . Всего в рассказе 3 части.