Второе «свидетельство» неверности Кэтрин Сеймур-Филлол тоже довольно странное, но тем не менее подогревало сомнительные светские разговоры. В том же XVII веке, в копии одного из гербовников Коллегии Гербов, оригинал которого составил герольдмейстер Августин Винсент (1584-1626), на полях книги была найдена странная запись на латыни, относительно упоминания того, что Кэтрин Сеймур была первой женой Эдуарда Сеймура- «repudiata, quia pater ejus post nuptias eam congovit».
На основании этой заметки на полях, все и решили, что Эдуард заподозрил жену в связи со своим отцом, старым Джоном Сеймуром. Вот на одном английском сайте эту запись интерпретируют так - Эдуард отрекся от Кэтрин, «because she was known by his father after the nuptials» («потому что ее знал его отец после свадьбы»).
Но правильно ли переводят эту заметку с латыни? Английская писательница Эми Одри Локк (1881-1916), опубликовавшая в 1911 году вполне серьезную книгу «Семья Сеймуров: история и романтика», приводит эту цитату, но … не указывает на Джона Сеймура, как виновника посягательства на честь Кэтрин. Увы, я плохой латинист, к тому же книга Одри Локк заставила меня задуматься - почему все решили, что речь идет об отце именно Эдуарда Сеймара? Не об Уильяме ли Филлоле здесь речь, и не звучит ли запись в следующем контексте - «потому что ее отец возжелал ее после замужества».
В этом случае дело приобретает совсем скверный и гнусный оборот, ибо выходит, что Кэтрин подверглась домогательствам уже не свекра. И отвергнув эти грязные поползновения была в отместку лишена наследства. Предположу, что уже потом, не желая допускать скандала, ее муж Эдуард Сеймур и проиграл дело о споре за наследство жены, просто потому что не мог сказать истинной причины такого странного поведения старика Филлола.
Случилось так, что Эдуард Сеймур, еще с 1529 года вошедший в ближний придворный круг Генриха VIII, в 1535 году женился повторно, и в этом втором браке к 1540-ому году у него уже родилось трое детей - двое сыновей и дочь. Первый сын второго брака, названный Эдуардом, правда, умер в двухлетнем возрасте, зато второй, тоже как ни странно Эдуард, стал позже весьма известной личностью и продолжателем основной ветви рода. Мы с читателями уже не раз обсуждали «отсутствие фантазии» у аристократов Средневековья и Нового времени в наречении своих отпрысков, самого младшего (шестого по общему счету) сына 1-го герцога Сомерсета тоже звали Эдуардом, таким образом Эдуард Сеймур целых четверых сыновей назвал в честь себя любимого.
Вот как раз во второй супруге Сеймура и заключались последующие несчастья его первых детей. Ее звали Анна Стэнхоуп (1510-1587), и что интересно, она тоже была единственной наследницей своих родителей и тоже по матери возводила свою родословную к Эдуарду III (через Томаса, герцога Глостера). По свидетельству современников, Анна обладала поистине дьявольским характером. Некий испанский торговец называл ее «более самонадеянной чем Люцифер», а Кэтрин Парр (уже будучи вдовой) однажды назвала герцогиню «этот ад». Еще бы, после смерти Генриха VIII, Эдуард Сеймур стал самым могущественным человеком королевства, и его жена нахально оспаривала звание первой леди королевства у вдовы короля Генриха VIII, и мачехи короля действующего, хотя, строго говоря не имела права считаться даже «второй».
Но вот теперь перейдем к титулам Эдуарда Сеймура. В 1536 году, Генрих VIII создал для него титул виконта Бошампа, а в следующем - графа Хартфорда, вероятно, сразу после того, как новая королева Джейн, сестра Эдуарда, родила долгожданного наследника. А вот титул герцога Сомерсета был учрежден по решению регентского совета (конечно, с формального согласия девятилетнего короля Эдуарда VI).
И можно легко предположить, что такой женщине как Анна Стэнхоуп не составило труда продавить дополнительное решение - все титулы ее мужа должны перейти к ее собственному старшему сыну. Разумеется, когда на то придет время, иначе зачем же она замуж тогда выходила? Произошло это еще в 1540 году, при жизни короля Генриха, был издан на этот случай особый акт Парламента, согласно которому, дети Кэтрин Филлол, Джон и Эдуард Сеймуры, могли наследовать отцовские титулы, только если у их единокровных братьев не останется наследников.
В Википедии, как всегда одна несуразица. И ладно бы, если одна статья противоречит другой - дело давно привычное. Но порой в одной и той же статье есть не слишком сходные параграфы. То сказано, что именно по парламентскому акту было установлено некое подозрение в незаконнорожденности первых детей Сеймура, и тут же - первые слухи стали распространяться только в XVII веке. Позвольте, но если акт что-то там устанавливал, то тут и слухов никаких не нужно - есть же документ? И уже не слухи, а прямые разговоры должны были идти, причем 60 оставшихся лет XVI века. Так что же было в этом акте? Получается, что о подозрениях в неверности Кэтрин Филлол там не ни слова?
Если всё оставшееся время XVI века никто и не говорил о какой-либо неверности первой жены герцога Сомерсета, то ларчик открывался гораздо проще. По злой воле жены, Эдуард Сеймур сам лишил своих детей от первого брак наследства. А уж после смерти короля Генриха, всё было и того проще. Кто бы стал ему перечить, да и зачем? Во-первых, Сеймур стал самым влиятельным человеком в государстве, а во-вторых, здесь он на чужое не посягал, а валял дурака в пределах своего собственного рода.
Единственное, что могли сделать члены Совета, при учреждении герцогского титула, так это допустить ту же самую оговорку, что и в 1540 году. О возможном наследовании Джона и Эдуарда, если у сыновей Анны Стэнхоуп не будет своих сыновей. Кстати, это служит доказательством того, что их считали всё-таки полностью законными детьми. Ведь если это бастарды, то и на «особый остаток» они не имели бы никакого права.
Но совсем скоро случился крах Эдуарда Сеймура - в октябре 1549 года он был арестован, лишен власти, и после пары лет злоключений, в конце концов казнен 22 января 1552 года. Некоторые его земли и все титулы были конфискованы. По иронии судьбы, старшие дети бывшего герцога Сомерсета также оказались вместе с ним в Тауэре. Джон Сеймур ненадолго пережил отца и скончался в заключении в декабре 1552 года.
Между тем, нахождение в тюрьме, не препятствовало Джону начать процесс за возвращение хотя бы материнского достояния. И что самое удивительное - Парламент признал, что уж этого он был лишен незаконно. Но странное дело - то что должно было достаться ему по праву от матери, получи она наследство злобного старика Филлола, оказалось к тому времени распродано. Решительно ничего не понятно, неназванные душеприказчики Филлола, просто продали его владения, а деньгами распорядились по своему разумению?
В виде компенсации Джону были выданы во владение земли бывшего августинского монастыря Мейден Бредли. (Название этого монастыря обусловлено тем, что до передачи его августинцам в XII, здесь располагался женский госпиталь под надзором мирян и клириков). Герцог Сомерсет в свое время получил их от короля Генриха, и уж коли зашла об этом речь, то вот это заведение точно следовало прихлопнуть, так как его последний настоятель совсем испортился морально и жил явно не так как полагается смиренному слуге Божьему.
Перед своей смертью, Джон Сеймур завещал это владение своему брату Эдуарду, который также был в заключении, но оказался счастливее и вышел на свободу. В довесок этот Эдуард Сеймур получил еще владение Берри-Померой в Девоне. Уже для его сына (также Эдуарда) в 1611 году за «скромную» в 1095 фунтов сумму, был создан титул баронета Сеймура из Берри-Помероя. Так стала продолжаться старшая, но «униженная» ветвь Сомерсетов.
Сразу несколько вопросов - значит, враги лорда-протектора вовсе не считали его сыновей чужими для отца? Иначе зачем их арестовали вместе с ним? Да и второго своего сына от Кэтрин, сам Сеймур лично посвятил в рыцари в 1547 году, после битвы при Пинки. Кто знает, умри лорд-протектор своей смертью при своих же титулах, то вероятно, совсем уж безземельными старших сыновей он бы не оставил.
Продолжение следует …
*****
Поддержать автора: 2202 2053 7037 8017
Всем огромное спасибо за донаты