Чувствую, пора умерить пафос последних статей, поэтому напишу в этот раз о легком и в какой-то степени забавном. Ну то есть, о том, о чем сейчас говорит весь просвещенный и не очень мир – как Иван Иванович поссорился с Иваном Никифоровичем.
В этом противостоянии кассилевского «слона и кита» я, как вы понимаете, не занимаю никакую сторону. Но где-то в глубине души, конечно, мне более симпатичен Маск, хоть в последнее время он меня страшно разочаровал. Тем не менее, например, изумительный блогер Виталий Егоров (снова порекомендую «Открытый космос Зеленого кота») считает, что без Мaска человечеству и вовсе не приходится мечтать о каком-то более или менее существенном выходе за пределы орбитального освоения космоса.
То есть без него – точно нет, а с ним – ну хоть какая-то вероятность появляется. История с Марсом, разумеется, выглядит пока лишь немногим менее фантастичной, чем рассказы Брэдбери. Но при соблюдении множества условий, при очевидной долгосрочности этого проекта (сильно вряд ли при нашей жизни), при несомненном огромном числе людей, пожертвовавших ради этого своей жизнью и как минимум здоровьем – да, это может стать вполне возможным, и только благодаря старику Илону и его команде.
При всех его недостатках, его ссора с Трaмпом для меня очевиднейшим образом является доказательством моего неизменного постулата. Как бы современная этика и прогресс человеческой цивилизации в целом не выглядели сдавшимися архаике, конфликт между ними продолжается, и модерн явно все еще борется за существование. И не просто борется – позиции архаики совершенно точно слабеют. Она все меньше может предложить модерну, попытки его подкупить и перетянуть на свою сторону становятся все более неудачными.
Пусть Мaск в каких-то вопросах и является совершенным ретроградом, его оппонент, скажем так, ретроградность во плоти, и речь тут совсем не о Меркурии. Ему попросту совершенно нечего предложить миру, кроме каких-то давным-давно устаревших и совершенно не работающих в актуальной реальности «улучшательств», которые явно приводят только к ухудшению. И мир, кажется, как будто начинает это понимать.
Разумеется, архаика будет продолжать попытки вернуть человечество в свои туманные дебри, и попытки эти будут жестокими и страшными. Но я глубоко убеждена, что каждая новая попытка будет все менее удачной, все менее разрушающей и все более смешной. Сама бесспорная комичность этой борьбы «слона и кита» говорит нам о том, что человечество уже архаику отторгает. В ней нет ничего, за чем люди на самом деле тянутся и о чем мечтают. Нет подлинной красоты, силы, благородства, смелости, чистоты. Изобретательства, творчества, настоящего прогресса. Нет надежды и нет будущего.
Поэтому да – как бы люди, которых мы условно считаем амбассадорами прогресса, не подлизывались к архаике и не становились ее публичными приверженцами, важно понимать, что это все вообще ненадолго. Это как вода и масло – абсолютно несмешивающиеся субстанции. Дремучая архаика не обладает никакими мало-мальско значимыми ресурсами, чтобы привлечь на свою сторону модерн. И заменить его собой уж точно никогда снова не сможет.