У ребенка ДЦП, детский церебральный паралич, и это сложная и тяжелая тема. Я не дам вам волшебную таблетку, не будет стопроцентного руководства к действию, однако, я предлагаю взгляд на ДЦП с точки зрения ГНМ. Как врач я понимаю, что буду резать по живому, и скорее всего, сначала у вас будет неприятие моих слов. И да, это антимедицина. Но эта парадигма работает, и она помогла и помогает тысячам человек решить свои проблемы или, как минимум, выйти из конфликтов и увидеть значимые улучшения.
Что такое ДЦП?
ДЦП – это нарушение моторных функций, невозможность двигаться, когда ребенок не управляет мышечным корсетом, не может держать голову и все тело, и это прежде всего моторный конфликт с точки зрения ГНМ. И этот конфликт один из самых тяжелых, он касается не только детей, но и взрослых с такими диагнозами как миопатии, параличи, парезы, то есть мы говорим о нарушении любых моторных функций, когда мышцы не работают. И если мы обратимся к ГНМ, то нужно вспомнить биологические законы – все мы биологичны. И тело не болеет, тело не ломается, оно соответствует. Чему же оно соответствует? – спросите вы в разрезе темы ДЦП.
Все начинается к конфликта самообесценивания, когда мы живем чужой жизнью, спасаем других людей, не ценим себя, не присваиваем себе достижения, ругаем себя и чувствуем недовольство собой. Затем присоединяется моторный конфликт – это конфликт ловушки.
Ребенок в теле, которое не может двигаться, чувствует себя как в ловушке. И если мы говорим о детях и ДЦП, то это изначально мамин конфликт, ребенок помогает маме.
Перинатальные матрицы
Чтобы разобраться в этом, стоит вспомнить про перинатальные матрицы и программирование. И опять же это не я придумала, это исследовал, открыл и описал Станислав Гроф: 9 месяцев до беременности, 9 месяцев в утробе мамы и первые 9 месяцев жизни маленького человека имеют сильнейшее влияние на всю его жизнь. И то, что происходило в эти периоды с мамой и папой, что происходило в семейной системе, – все это впиталось и оказало влияние на тело и душу. События, которые окружали прежде всего маму, и то, что она чувствовала условно за год до рождения своего ребенка запрограммировало дальнейшую жизнь ее ребенка.
Те мамы, которые приходят ко мне на консультацию и к другим специалистам, имея детей с ДЦП, часто говорят о том, что до беременности и во время нее они, например, не хотели ходить на работу, но были вынуждены делать это, и чувствовали себя в ловушке. Конфликт ловушки – это еще и те истории, когда женщина беременеет, но боится этого состояния, и чувствует себя в ловушке всю беременность, ей кажется, будто она не развивается, будто она не реализуется, и она никому не нужна, жизнь остановилась, и она, женщина, ограничена в действиях.
Или во время нахождения в роддоме появляется ощущение ловушки, зависимости от врачей, невозможности выйти из ситуации. Часто женщина представляет идеальную картинку, как она с ресничками и ноготками быстренько рожает и держит на руках розовенького младенчика, но во время родов что-то идет не так – мужа или доулу не пустили в роддом, или врачи решают делать стимуляцию и прочее, а уйти нельзя, и ты как будто в ловушке. А если еще и роды проходили тяжело, и врачи сразу озвучили страшные диагнозы малыша, и мама поверила в них, она их приняла, то это только усугубило состояние ловушки.
Моторный конфликт
Это все и запускает моторный конфликт. И если мама сама не может его разрешить, ребенок помогает ей. Но он не может сказать, и помогает телом. Ребенок с ДЦП приходит в этот мир из большой любви к своей маме, и он показывает ей, что нужно ценить жизнь, проживать свою жизнь и держать фокус на себе.
А обычно что происходит? С рождением ребенка с ДЦП женщина чувствует себя еще в большей ловушке, и начинает спасать своего ребенка, впадая в состояние жертвы, считая, что теперь ей все должны – муж, родители, старшие дети… Мама чувствует себя в ловушке по отношению к ребенку, а ребенок также в ловушке – он в ловушке своего тела и в ловушке своей мамы. И пока мама ощущает, что выхода нет, ребенок будет оставаться без движения. Разум может быть живым, но он заточен в этом теле. И конфликт будет продолжаться.
Ощущение «я в ловушке» ассоциируется с выключением двигательной функции. И здесь вопрос, касается вот этой связки мама-ребёнок, здесь происходят очень странные, но очень биологичные вещи. Потому что если беременная самка в природе попала в ловушку, то у ее малыша единственная задача – это родиться и выжить.
Стратегии «бей», «беги» или «замри» работают на взрослую особь, а новорожденный драться и убежать не может, и на уровне мозга он принимают решение замереть, притвориться мертвым, и мышцы, соответственно, не будут работать. И у человека также, причем мозг работает самостоятельно, договориться с ним не получится, особенно когда речь идет о внутриутробном развитии или о мозге новорожденного.
У ребенка ДЦП. Что делать?
ДЦП у ребенка – это информация для мамы о том, что ей нужно сфокусироваться на себе. И это единственная работающая стратегия. Такие детки приходят к нам именно для этого, но мы все перепутали и фокусируемся на них. Вместо того, чтобы спасти себя, мы бесконечно спасаем их.
Когда в терапии мама ищет ответы и переключает свое внимание на себя, она замечает изменения в ребенке. Бывает и так, что как только мама разрешает этот конфликт, ребенок уходит, он умирает, потому что свою функцию он выполнил. Никто не знает, когда и как это случится. Но часто бывает и по-другому – ребенок может начать восстанавливаться. И здесь важно понимать, что это происходит всегда через эпикризисы.
Любой конфликт в ГНМ протекает по определенному паттерну. И в моторном конфликте, неважно говорим мы о ребенке с ДЦП или о взрослом с болезнью Паркинсона, восстановление всегда происходит по одному принципу – в первой стадии формируется отек коры головного мозга. И если ребенок или взрослый находится на постоянном мониторинге, то отечная фаза всегда выглядит как ухудшение состояния, может быть потеря сознания, потеря всяких когнитивных проявлений. То есть если раньше ребенок следил за вашими глазами, то теперь он перестает это делать. Но эту отечную фазу нужно обязательно пройти, это откат, которого не стоит бояться.
Обычно мамочки поднимают панику, а врачи гасят эти состояния препаратами, так и не давая ребенку перейти в стадию активного восстановления. Эпикризис может быть как эпилептоидный припадок, и противоэпилептические препараты подавляют запуск коры мозга, откидывая ребенка назад в начало травмы, препараты только блокируют восстановление.
И здесь невозможно не сказать про дефициты минералов и витаминов, а также про интоксикации тяжелыми металлами, на которые накладывается истощение медикаментозными препаратами. Все это снижает шансы организма на прохождение эпикризиса и запуска мозговой и мышечной активности. Если же дать телу все необходимое, напитать его белком, витаминами и минералами и позволить ему пройти эпикризис, а возможно, эпикризисов будет несколько, то тело начнет восстановление.
Я всегда говорю, что только мы несем ответственность за свое здоровье и здоровье своих детей, и не стоит перекладывать эту ответственность на врача. Самое главное в истории с ДЦП – начните жить своей жизнью, фокус на себя! Как только вы перестанете ощущать себя в ловушке, у вашего ребенка пропадет необходимость в его собственной ловушке обездвиженного тела.
К вопросу что делать, если у ребенка ДЦП, хочется добавить и то, о чем я уже неоднократно говорила на своих эфирах – повторяйте ребенку как молитву слова о том, что он маленький, а мама большая, и мама сама решит свои проблемы, маме не надо помогать. И это работающая тема не только в разрезе разговора про ДЦП, это стоит помнить и делать мамам как больных деток, так и здоровых.
Записи эфиров Анастасии Семко на сотни различных тем вы можете посмотреть по подписке здесь: https://t.me/SemkoHealthclubBot . В меню выбирайте "Записи эфиров".