В свои двадцать пять Владимир Березняк был не лишен той мужской привлекательности, которая особенно импонирует молоденьким девушкам. Есенинский тип: белокурый, с ясным взглядом карих глаз и снисходительной улыбкой на губах.
Женщинам постарше такой тип мужчин уже был неинтересен, как прочитанная книга. А те, кто помоложе, обращали свое пристальное внимание, скромно опуская глаза и краснея, когда взгляды наконец встречались.
В этот день Владимир шагал мимо дома с красивым фасадом и изящными балкончиками. За шиворот ему плеснула струйка воды, осыпав мелкой пылью. Он запрокинул голову и увидел девушку, поливающую цветы. Она рассмеялась и убрала лейку, крикнув сверху:
– Извините, я нечаянно!
Но тут дуновением ветра с ее же веревки сорвало небольшое кухонное полотенце. Оно птицей полетело вниз, и Владимир умудрился поймать его. «Птица счастья завтрашнего дня», – мелькнуло у него в голове, когда он вошел в подъезд и стал подниматься по лестнице на третий этаж, чтобы вернуть «птицу» хозяйке.
А она тем временем уже спешила вниз, и они встретились между этажами. Теперь другая песня буквально зажурчала в голове: «Эти глаза напротив…» И действительно, глаза у этой молодой женщины были удивительные: ярко-синие, обрамленные пушистыми ресницами.
– Спасибо, – как-то слишком обыденно произнесла она и спросила: – Я вас не слишком намочила?
– Слишком, – неожиданно ответил Владимир, – весь мокрый с головы до ног.
Это была шутка, и он улыбался незнакомке так приветливо, что она сказала:
– Ну раз так, простите еще раз. Или вы познакомиться хотите?
– Очень хочу. Меня зовут Владимир, а вас?
– Людмила.
Недолго думая, Владимир пригласил ее на прогулку. Девушка согласилась, он подождал ее, и минут через пятнадцать они уже шли по тенистой улице, мило беседуя. Темы общие нашлись быстро, интересы совпадали. Людмила жила с мамой, а еще у нее был дед Егор, не очень пожилой, но одинокий.
– Я стараюсь навещать его. Хотите, сходим вместе? Купим его любимых булочек с изюмом, а он нас чаем угостит. Не против?
– Нет, конечно. Только за. Люда, а можно на «ты» тогда? А то придем к дедушке и будем выкать друг другу.
Людмила согласилась, причем как-то радостно. Легко было с ней общаться, приятно. Не было манерности, притворства или жеманности. И в то же время она была очень красива. Его тип женщины.
Дед Егор оказался еще тем мужчиной! Фактурный в полном смысле слова. Высокий, с густой седой бородой, аккуратно подстриженной. Разговаривал басом и ухмылялся в усы.
– Знакомь, внучка. Кто таков? – сразу спросил он, пригласив их в гостиную.
– Это Егор Петрович. А это Владимир, мой новый знакомый, дедуль.
Мужчины пожали друг другу руки, и Люда отправилась на кухню заваривать чай. Посыпались вопросы: чем занимается молодой человек, где живет, как давно знает внучку?
– Познакомились мы сегодня, работаю я осветителем в театре, живу на Калининской улице. Двадцать пять лет, холост, немного поэт, иногда появляюсь на сцене.
– Что это за работа такая: осветитель, появляюсь на сцене… артист, что ли? Или поэт?
– Дедушка, ну не приставай к гостю. Иногда на сцене – это значит в массовках. Владимир хочет стать артистом, вдруг получится, – сказала Людмила, вошедшая с подносом и чайными приборами.
– А вдруг не получится? Так и будет всю жизнь освещать, что ли?
– Я окончил театральное училище, жду своего звездного часа, - уверенно произнес Владимир.
Тогда дед Егор пустился в длинный, но увлекательный рассказ о своем прошлом – как он был моряком на рыболовецком судне, про путины и уловы, моря и океаны. Рассказывал с юмором, и слушать его было одно удовольствие.
А еще Людмила рядом. Надо же, только сегодня встретились, а такое чувство, будто сто лет знакомы. Владимир украдкой поглядывал на нее и сам себе удивлялся. Никогда еще он так легко не сходился с женщинами.
Обычно присматривался, оценивал, недостатков не искал, но достоинства старался углядеть сразу. А тут – без всякого прицела, и он уже заинтересован. В чем секрет?
Вскоре они распрощались с дедом Егором. Тот сказал, чтобы не забывали старика, захаживали.
– А как артистом станешь, приду на твою премьеру, – сказал он на прощание и дружески похлопал Владимира по плечу.
На следующий день Владимир не мог выбросить Людмилу из головы. Ее синие глаза, легкая улыбка, непринужденность – все это будто впечаталось в него. Он поймал себя на том, что сочиняет стихи, сидя за кулисами, где обычно настраивает аппаратуру перед спектаклем.
Стихи были простые, но искренние, о случайной встрече, о ветре, что принес полотенце, и о глазах, которые не отпускают.
Белоснежная птица с балкона
Прямо в руки попала тем утром.
А потом синих глаз озера…
Утонул я в них не на шутку.
Через пару дней он решился позвонить. Людмила ответила почти сразу, и в ее голосе чувствовалась радость.
– Привет, Володя! Не забыл про меня?
– Как можно, – улыбнулся Владимир. – Люда, не хочешь в театр сходить? У нас завтра премьера. Могу билет организовать. Кстати, у меня там небольшая роль! На пару фраз, но уже не статист. Придешь?
Люда с радостью согласилась, а вечером перезвонила и спросила:
– Володя, дед Егор тоже просится, говорит, хочет посмотреть, как ты там «освещаешь».
И Владимир почему-то обрадовался, чисто интуитивно. Нравился ему этот Егор Петрович.
Вечер премьеры был волнительным. Владимир справился со своим «дебютом» – пара фраз, но для него это был шаг вперед. Он то и дело поглядывал в зал, где сидели Людмила и Егор Петрович. После спектакля они ждали его у служебного входа.
– Ну, малый, неплохо светишь, – подмигнул дед Егор. – А на сцене-то каков! Может, и вправду артист из тебя выйдет.
Людмила улыбнулась:
– Мне понравилось. Особенно свет. Очень… атмосферно.
Проводив дедушку, они снова гуляли по вечернему городу, и Владимир решился. Достав из кармана сложенный листок, он протянул его Людмиле.
– Это тебе. Стихи. Не суди строго, просто проба пера.
Людмила развернула листок и начала читать. Ее глаза заблестели, и она тихо сказала:
– Это красиво, Володя. Очень.
Через пару дней Владимир получил странное СМС сообщение. «Если хочешь стать настоящим актёром, приходи завтра в 18:00 в кафе «Звезда». Не опаздывай. Твой шанс».
Владимир был озадачен. Он перезвонил, ему никто не ответил. Кто мог это написать? Дед Егор? Нет, вряд ли. Людмила? Но зачем ей такие загадки? Или это кто-то из театра? И все же он решил пойти, но на всякий случай рассказал обо всем Людмиле. Она тут же загорелась:
– Это же действительно шанс! Пойдем вместе, я хочу посмотреть, что за таинственный благодетель.
В кафе «Звезда» их ждал сюрприз. За столиком сидел серьезный мужчина в строгом костюме, с цепким взглядом. Он представился как Олег Павлович, режиссер, который присутствовал на вчерашней премьере.
Оказалось, что его старый приятель, Егор Петрович, с которым они когда-то были соседями, но связи не теряли, рассказал ему о «перспективном парне». Олег Павлович специально пришел на спектакль. Увидел Владимира на сцене и решил, что у него есть потенциал.
– Я ставлю и снимаю короткометражные фильмы, - сказал он, - и мне нужен молодой актёр. Готов попробовать? – спросил режиссер.
Владимир замер. Это был тот самый шанс, о котором он мечтал. Он взглянул на Людмилу, девушка сияла от восторга. И он решительно кивнул:
– Готов.
Понятно, что Люда была в курсе. Это же она дала Егору Петровичу его телефон. Потом сама в этом призналась, что хранила интригу в тайне.
– Так интереснее, - смеясь сказала она. – Эффект неожиданности.
Прошло полгода. Владимир репетировал день и ночь, ему дали сразу несколько ролей в короткометражках. Да, это пока не серьезное кино, но надо же с чего-то начинать. И для него, для его будущей карьеры, это стало очередным настоящим прорывом! Режиссер был доволен им.
Фильмы с его именем в титрах стали появляться на экране Дед Егор не пропускал ни одного и как-то раз сказал ему:
– Знаешь, как моряки говорят: большому кораблю большое плавание. Не останавливайся на достигнутом, парень. Поймал удачу, держи за хвост крепко.
– Спасибо вам за все, Егор Петрович, - ответил Владимир.
Мама Людмилы приняла жениха своей дочери с дорогой душой. Серьезный молодой человек, целеустремленный. Дочь, сразу видно, счастлива с ним. Он тоже очень бережно к ней относится. Так что совет да любовь. Жаль только, что отец рано ушел и не видит свою взрослую дочь.
***
Однажды вечером, стоя с Людмилой на том самом балкончике, где все началось, Владимир сказал:
– Знаешь, Люда, если бы не то полотенце, не знаю, где бы я сейчас был.
Она улыбнулась, глядя на него радостно, и ответила:
– А я думаю, это не полотенце. Это судьба, Володя.
И в этот момент, под шум вечернего города и и блеск ее синих глаз, Владимир понял, что его «птица счастья» прилетела не только с творческим успехом, но и с человеком, который стал для него целым миром.