Исканян Жорж
Приходилось ли вам, уважаемые читатели, встречать людей, идущих на смерть?
Я не говорю про боевые действия, когда каждый выход на передок, это уже свидание со смертью и многие видят своих боевых товарищей в данную минуту живыми и здоровыми, а через час их безжизненные тела загружают в "Буханку". Я говорю про мирное время, когда нет вокруг ни войны, ни какой-то опасности, а ты идешь с самолета прилетевшего в Братск поздней, слегка морозной, безветренной ночью к автобусу, который отвезет тебя и твой экипаж на отдых в гостиницу Турист, а навстречу из выхода на летное поле выходит толпа военных, вперемешку с гражданскими. Идут тяжело, некоторых поддерживают под руки, видно еще не отошли после "Праздника души" и на вопрос:
- Привет мужики! На вылет? Чьих будете?
Отвечают вразнобой: - Здорова! Да, на вылет, на Камчатку идем, отдыхали. Погранцы.
Было 2 декабря 2001 года. Они проходили навстречу, прямо рядом с нами, в камуфлированных зимних летных куртках и теплых, таких же "ползунках". Мы желали им легкой дороги и счастливого пути, а они, удаляясь, отвечали:
- Спасибо, мужики и вам удачи!
И ни мы, ни они еще не знали, что пошли они всей гурьбой в свой последний полет, полет к смерти....
В Братск мы прилетали для отдыха, дозаправки и ожидания разрешения на пролет границы Китая. Ожидание было разное, могли через сутки улететь, а могли и дней пять куковать. Селили нас в гостинице "Турист", в самом центре Братска. Питались в ресторане, на первом этаже, бесплатно. Кормили весьма неплохо и если время отдыха позволяло, то и мы позволяли себе расслабиться за рюмкой чая. Официантки были все хорошо знакомые и отношение наше к ним, самое дружеское.
Выспавшись и приведя себя в порядок, мы обзвонили номера нашего экипажа и дружно пошли на обед. В ресторане никого не было из посетителей, и мы стали расслабленно и неспеша изучать меню. Девчонок не было видно уже минут десять, и кто-то из нас крикнул: - Девочки! Мы готовы! Из подсобки вышли наши официантки, все в слезах, причем одна рыдала навзрыд.
- Что, провинились? От начальства попало? - спросил я.
Марина, темноволосая высокая симпатичная девушка, отрицательно мотнула головой и, вытирая слезы, ответила:
- Ребята разбились...
- Какие ребята? - все оживились и про себя стали гадать, кого она могла иметь ввиду - друзей, чьих-то детей или просто знакомых?
- Ил-76, пограничники, - она всхлипнула, - мы их вчера вечером обслуживали, а ночью они на Камчатку полетели. Сейчас сообщили, что все погибли. Классные ребята... Она не договорила и зарыдала.
Мы сидели потрясенные от услышанной новости. Ведь буквально 12 часов назад они разговаривали с нами, а мы с ними и вот, такая трагедия.
Причину катастрофы я знаю, а вот как все произошло вполне могу представить и вам рассказать, основываясь на собственном многолетнем опыте полетов на Ил-76.
Самые опасные люди на борту грузового судна, это сопровождающие груза. Если он один, еще куда не шло, а если двое, трое... Вообщем, чем их больше на борту, тем опаснее! В полете им обязательно нужно выпить, а иначе смысла нет лететь. В коротком рейсе им некогда (и то умудряются), ну а если перелет длинный, тогда это святая обязанность. Это относится ко всем летавшим в самолете, кроме экипажа. Хотя, чего уж скрывать, бывало, что и мы, операторы, поддерживали компанию при застолье на борту, но делали это всегда предельно аккуратно и в меру, заодно контролируя постоянно тостующих пассажиров. Когда после долгой загрузки, да еще зимой, твой самолет взлетает, набирает заданный эшелон и ты, сидя в своем служебном кресле, сняв "гарнитуры" с головы, с удовольствием потягиваешься и думаешь: Ну вот и все! Можно расслабиться и отдохнуть. Посидев с ними для приличия немного и дав строгие указания в соблюдении безопасности при полете, а зачастую и дождавшись, когда они улягутся спать, спокойно можешь вздремнуть сам. Особое внимание всегда к курящим на борту! От них основная угроза? В грузовой кабине, по всей длине, расположены вентиляционные щели по двадцать сантиметров, через каждый метр. Дует оттуда довольно мощно и небрежно брошенный окурок вполне возможно, под воздействием воздушного потока, может залететь куда угодно.
У меня очень ясно сложилась картина, что же произошло на борту пограничного Мл-76.
С экипажем на борту находилось 18 человек. Значит техников они возили с собой. Учитывая, что шли они на самолет после приличного застолья, сразу после взлета банкет с сопровождающими возобновился с новой силой.
Выпивший человек себя уже не контролирует и курить стали все одну за другой. Окурки обычно бросали в ведро с водой, но в запале душевных бесед точность попадания чинарика вряд ли кто-то контролировал. Непогашенный бычок потоком воздуха из-под сидений задуло под картонные коробки с петардами и искусственными елками. Самолет был забит новогодними подарками и сопутствующими товарами.
Нагрузившись водкой под самые глаза, мужики повырубались там, где их сморило, кто, сидя, кто, полулежа словно после Куликовской битвы.
В себя они стали приходить от резкого запаха дыма. Протерев глаза, они увидели жуткую картину, из-под коробок, по всей ширине грузовой кабины, выбивались языки пламени, причем огонь был не робкий, единичный, а повсеместный, уверенный, раздуваемый снизу сильным напором воздуха с двух бортов. Дым загонял под потолок поток наддува кабины, исходивший из вентиляционных отверстий в верхней части обоих бортов, поэтому экипаж, сидевший в пилотской кабине в полудреме, не чувствовал запаха гари. Пассажиры и сопровождающие протрезвели мгновенно! Кто-то побежал за огнетушителем, но, когда он уже приготовился его задействовать, вдруг раздались оглушительные очереди взрывов и хлопков, сопровождающихся разлетающимися в разные стороны, со свистом и жутким визгом, петарды. Они ударялись в борта и в потолок, отскакивали и врезались в другие коробки, вызывая новое воспламенение. Особенно яростно разгорелись упаковки бенгальских огней. Техники бросились к пилотской кабине, едва не сбив с ног спускавшегося вниз инженера, который хотел выяснить причину странных звуков, доносившихся наверх. Командир решил, что нижняя палуба совсем допилась до безобразия и теперь развлекается петардами.
Увиденное повергло инженера в ступор на несколько секунд, после чего он рванул по лестнице наверх, обратно с криками:
- Полундра! Горим! Пожар на борту!
Второй пилот, выскочив из кресла, подбежал к смотровому окну для визуального наблюдения за грузом и обомлел, коробки уже полыхали вовсю открытым огнем. Жар загонял всех с нижней палубы в кабину пилотов.
Техники закричали инженеру, чтобы тот вырубил наддув грузовой кабины и стали быстро загонять всех в пилотскую. Появилась надежда, заперев дверь к экипажу, разгерметизировать грузовую, тогда, из-за минимального содержания кислорода в забортном воздухе, огонь погаснет.
Так и сделали, после чего всей толпой с надеждой смотрели на техника, стоявшего у смотрового окошка и следившего за результатом их попытки справиться с огнем.
Подлетали к Охотску и командир, доложив о пожаре на борту, запросил экстренное снижение для аварийной посадки. Диспетчер разрешил.
А пламя, к ужасу, всех, восемнадцати человек, не хотело сдаваться, оно уже принялось за обшивку потолка и бортов.
Дальше все понеслось по нарастающей. Вырубилось электропитание, отказался навигация, гидравлики перестала реагировать. Столпившиеся на верхней и нижней, штурманской палубе люди начали кричать каждый о чем-то своем, одни просили: - Мужики, не убивайте! Спасайте, мужики!
Другие обращались к Богу: - Господи, спаси и сохрани!
Но Бог их не услышал. А может, не захотел слышать, потому что, наплевав на все инструкции и правила при полете на воздушном судне, они еще и нарушили закон Божий: - Не навреди ближнему своему!
Навредили.
Но они надеялись до самого момента, когда правая плоскость, со страшным треском отвалилась от фюзеляжа, отгоревшая окончательно, и машина, словно горящий в атмосфере метеор, с нарастающим ревом встречного воздуха, понеслась к земле. Вот тогда надежда пропала.
У меня были еще случаи, когда я видел идущих на смерть. Один раз мы вылетали, по-моему, из Маастрихта зимой. Шел небольшой снег, и температура воздуха была около ноля. Решили вызвать машину облива противообледенительной жидкостью. Нужно отдать должное нашим экипажам, даже в самые трудные времена (финансовые), на этом аспекте никогда не экономили. Если нужно, значит нужно! Стоим ждем. Рядом с нами Румынский борт Ан-26. Экипаж ходит вокруг самолета и чешет репу, обливать или нет? Если да, то им нужно ждать, когда обработают нас, потом поедут на заправку, и только после этого начнут работать с ними. Видимо финансовый вопрос тоже стоял на первом плане, удовольствие весьма дорогое. Очевидно, связывались со своими, в Румынии, советовались. И те им посоветовали, потому что высунувшийся из двери второй пилот, стал резко всех звать на борт. Решили лететь. И экономия, и времени отбили часа два, точно.
Когда мы уже взлетали, узнали новость, что при взлете, на удалении пяти километров от полосы, разбился от обледенения румынский Ан-26. А ведь я их всех видел буквально минут сорок назад (нам обработали только плоскости и стабилизатор).
Один случай мне рассказал мой командир Чернышов Сергей. Я о нем вскользь рассказывал. Когда он был командиром отряда самолетов Ан-26 и Ан-32, (я только пришел в отряд Ил-76), ему поступила вводная, срочно собрать экипаж для всплывшего срочного рейса на Ан-32. И Сергей стал всех обзванивать, потому что наряд уже все отзвонились. И вот он начал собирать экипаж, уговаривая каждого всякими обещаниями в поощрении тем или иным способом. Некоторые отказывались категорически, потому что у них были уже свои планы, некоторые не хотели и говорили ему откровенно, что нет желания завтра лететь, но Сергей уговаривал и уговорил. Лететь к смерти. На следующий день самолет разбился под Киевом. В живых никого. Я дежурил в этот день по штабу. Сергей признавался, что первое время к нему по ночам приходил весь погибший, собранный именно им, экипаж, молча становился вокруг кровати и смотрел с печальным укором.
На девятый день Сергей пошёл в церковь, поставил всем свечи и заказал поминальную. Больше они к нему не приходили.
--------------------------------------
P.S. Уважаемый читатель! Буду признателен за любое участие в моем проекте по изданию новой книги. Обещаю каждому переслать эл. вариант моей книги Чудеса залетной жизни. Просьба указывать эл. адрес.
Мои реквизиты: Карта Мир, Сбер N 2202 2036 59207973
Тел. +79104442019
Эл. почта: zhorzhi2009@yandex.ru
Спасибо! С уважением, Жорж Исканян.
Предыдущая часть:
Продолжение: