Ирина Обухова продолжила: «С раннего утра, проводив на службу мужей, пока дети еще спали, мы уже собирались на кухне и готовили завтраки и обеды. Там же обсуждали последние гарнизонные новости, делились рецептами.
(начало воспоминаний - https://dzen.ru/a/aEHM_EPQYkIUDy0x)
Иногда просто беззлобно сплетничали, «перемывая косточки» кому-то из жителей нашего городка (да простят они нас за это!). Часам к 11 утра «кухонные посиделки» обычно заканчивались, дети были накормлены, обеды готовы.
Наступало время прогулок с детьми. Молодые мамочки вывозили на колясках своих наряженных малышей, прогуливаясь с ними по аллеям городка. Возле каждого дома были устроены песочницы и лавочки. Ребятишки копошились в песочке, а у мам, внимательно наблюдавших за своими чадами, начинался второй этап – «лавочные посиделки».
На этих лавках учились шить, вышивать, записывались новые рецепты, давались дельные женские советы. Эти «посиделки» многому меня научили тогда! И это была хорошая школа жизни для молодой женщины.
Жены офицеров и прапорщиков, как правило, были все ухоженными, красиво одетыми. И не дай боже показаться на людях неопрятной или безвкусно одетой, без прически и маникюра - пересуд со стороны соседок не оберёшься!
Обед – святое для всех военных и членов их семей слово! Как говорится: «Война войной, а обед – по расписанию!». К 13.00 часам всех женщин как ветром сдувало, все шли домой встречать и кормить обедом своих мужей. На какой-то час в городке можно было не увидеть ни одной женщины!
После обеда мужья возвращались к солдатам. Детей укладывали спать, а пока они спали, мы успевали сбегать в гарнизонные магазины и немецкий «Соnsum» (небольшой деревенский продуктовый магазин), закупить продукты и кому что надо…
Иногда усадив деток по коляскам, я со своей подружкой Оленькой Зенкиной, уходили на прогулку по Panzerschtrasse за гарнизон. Сразу за бетонным забором гарнизона запросто можно было увидеть диких зайцев.
Их было огромное множество, и их никто не ловил. Panzerschtrasse вела к полям, на которых росли цветы (рядом было немецкое садоводство). За цветочными полями шли поля засеянные кукурузой, огурцами, горохом. Еще дальше, до самого Вернигероде и озера Ридер, тянулись яблоневые, вишневые и черешневые сады.
Кукуруза у немцев нигде не продавалась. Но всем известно как мы, россияне, любим погрызть вареные молоденькие початки кукурузы! Поэтому, когда она вызревала, мы иногда часа в два, три ночи шли тайком два километра до кукурузных полей.
Возвращались обратно на рассвете, с сумками полными волосатых початков и огурцов. Утром дома очищали початки и варили кукурузу в больших кастрюлях или ведрах. Потом был пир живота! Огурцы же консервировались и шли на приготовление зимних салатов.
Заготовок на зиму я по старой ташкентской привычке делала всегда много: варенье, джемы и компоты яблочные, сливовые, грушевые, черешневые, вишневые, салаты овощные, маринованные огурчики.
Это было хорошим подспорьем к нашему столу и давало большую экономию. Зимой только успевали банки открывать!
Желая подработать, мы, жены военных, в сезон ездили к немцам в составе полеводческих бригад на сбор клубники, яблок, черешни, вишни, капусты. И, однако, нам неплохо удавалось зарабатывать тогда!
Немцы приезжали за нами в шесть часов утра на тракторе с прицепом к воротам 1 КПП. Мы шумно усаживались в прицеп и ехали на поля. Возвращались обратно домой часам к 15-16 дня грязные, усталые и довольные заработком, т.к. немцы платили сразу же, наличными.
Да и еще к тому же нам разрешалось взять с собой с поля одну сумку фруктов совершенно бесплатно. Мы с соседками каждая для своей семьи заготавливали на зиму яблоки по несколько ящиков, бережно заворачивая каждое яблочко в газетку. Их хватало аж до следующей весны.
Как-то мы с Ольгой в июле принесли из сада целое ведро спелой вишни и решили поставить из нее вишнёвую наливочку. Её муж (начальник службы ГСМ полка) Миша принёс нам под это дело с работы двадцатилитровую бутыль из-под спирта. У меня в кулинарной книге нашёлся рецептик наливочки.
Сделали все по рецепту: вишню перебрали, помыли, заложили в бутыль, маленько потолкли вишнёвые ягоды палкой, насыпали сахар, добавили изюму для брожения, залили водой и оставили в темном углу бродить. На горлышко бутыли надели перчатку.
Через неделю вишня забродила и перчатка раздулась. А через две недели перчатка «сникла». Мы с Ольгой забеспокоились. Мужья успокоили нас, посоветовав добавить в бутыль дрожжей, что мы с ней и сделали. Перчатка вздувалась сразу как по команде! Так мы поступали с ней трижды…
В октябре мы отцедили наливку от вишнёвых ягод и поставили её достаиваться до ноябрьских праздников. 7 ноября – большой праздник и к тому же у моего мужа День Рожденья. Под салаты и узбекские манты на стол выставили нашу наливочку.
«Уговорили» мы тогда за вечер почти всю трёхлитровую банку. А когда захотели встать из-за стола, то ноги нас не держали-были как ватные. И главное что интересно: голова светлая, не захмелевшая, а ноги не держат! Вот так наливочка у нас вышла! Убойная!
Для наших ребятишек был специально построен детский садик. Так что, даже находясь в ГСВГ, наши дети получали нормальное советское воспитание, как и полагалось всем детям в Союзе.
Еду в садике не готовили, только кипятили горячий сладкий чай. Поэтому каждая мамаша, уводя утром своего ребенка в детсад, снабжала его пластиковой детской корзиночкой, где была еда на завтрак и на обед. Сад работал всего до 15 часов дня.
Однажды в нашем русском садике делали ремонт и детей перевели на три дня в немецкий сад, который был в немецком секторе Квармбэка. Мой сын пришел в первый день из этого садика домой и вдруг выдал мне по-немецки: "Мути, их бин волен шляфен..." (т.е. - Мамочка, я хочу спать).
Мы с мужем так рты и раскрыли от неожиданности и глубокого удивления! Пробыл среди немецких детей всего пять часов и уже заговорил по-немецки... Детки то оказались - АТОМНЫЕ! Детей было не удержать возле дома, и они бегали тайком в батальоны, где любили посидеть рядом с солдатами на лавках в курилке...
Наш Квармбэкский гарнизон был компактным. Дом, где мы жили, стоял в двадцати метрах от МСБ, солдатская столовая располагалась в пятидесяти метрах, а танкодром (бывшая взлетная полоса "Luftwaffe") - в двухсот метров.
Все рядом! Вот наша малышня, бывало, и "увязывалась" то за старшенькими детьми, то за строем солдат. Так каждый гарнизонный ребенок занимался самовоспитанием и познавал мир! Все очень даже нормально. И нафига тут мамы и бабушки, ведь воевать - мужское дело?
Если кто-то в армию пошел в восемнадцать лет, то такие детки военных уже рождались солдатами. Вся их жизнь от рождения - военный гарнизон, постоянные переезды на новое место службы отцов, чемоданы, папины военная форма, солдаты, тревоги, стрельбы, учения.
Эти дети уже к трём - четырём годам знали: что такое окоп, полевая карта, зачем нужен курвиметр, и почему нельзя трогать дома отцовский пистолет. Их лучшие игрушки и богатство - отцовская офицерская полевая сумка с компасом, старые солдатские значки, ржавая пулеметная лента, стреляные гильзы, а то и целые патроны (и где только они их находили?!).
Предмет особой гордости - посидеть с солдатами в курилке на коленях у усталого бойца прижавшись к его пропахнувшей бензином и смазкой робе (в доску свой!) или потрогать его "Калаш" ,который был размером с рост пацана -только солдат имеет право трогать НАСТОЯЩЕЕ оружие и это вам не пластмассовый автоматик с трещоткой.
Вечером можно было рассказать об этом маме. Но это будет ВЕЧЕРОМ. А мама, отмыв и накормив своё полусонное дитя, ... вздохнув, простит испачканные штаны и рваные коленки.
Особых развлечений в нашем военном городке не было...
Был гарнизонный офицерский клуб (ГОК), в котором заседал женсовет, проводились вечера дружбы с немцами, приезжавшими к нам в гарнизон в гости, другие праздничные торжественные мероприятия, танцы, демонстрировались кинофильмы.
А еще, на выезде из гарнизона, у нас располагалась «Стекляшка»- офицерское кафе, где по большим праздникам командование части устраивало для членов семей военнослужащих вечера отдыха, с застольем и танцами.
Ох, какие же это были незабываемые вечера! Для нас, жен, это всегда было как «торжественным выходом в свет»: лучшие наряды, лучшие украшения, прически, макияж - все продумывалось и готовилось для таких вечеров заранее.
Это давало маленькое право поблистать на вечере красотой, чтобы наши мужья могли нами гордиться. Готовили наши повара в «стекляшке» очень вкусно! Даже из Кведлинбурга приезжали немцы и заказывали нашим поварам в этой столовой на свои корпоративные праздники наши русские блюда: огромные кастрюли борща, пироги, булочки, торты и пельмени…
Солдатский контингент в ГСВГ запомнился в моей памяти «отдельной строкой». К сожалению, я плохо помню их, но некоторые все ж запомнились. Никогда и никто из солдат не позволял себе какого либо оскорбления в отношении нас, жен и наших детей.
И мы никогда не боялись, что солдаты могут обидеть наших ребятишек. Такое никому даже и в голову не приходило! Скорее было наоборот, что и бойцы иногда присматривали за ними.
На нас, женщин, смотрели- улыбались, а с детьми порой развлекались, подшучивали над ними, ведь у каждого дома оставались младшие сестренки, братишки.
Идешь, бывало, к раздаточной кладовой, отоварить свои талоны на мясо, а мимо роту или взвод солдат ведут в солдатскую столовую. Так старшина или сержант, решив подшутить, громко скомандует: «Взвод, равнение налево!».
Тут все солдаты как по команде вытянутся в струну, начинают чеканить шаг и смотрят на тебя… И как тут «краской не залиться» от смущения! А солдаты шаг чеканят и у всех на лицах улыбки до ушей! Прикол у них такой был!
Мне кажется, что такое «проживание бок о бок» в гарнизоне солдат и семей военнослужащих для солдат немного морально смягчало их тяжелые будни. Лично мне солдаты много помогали, когда муж неделями пропадал на полигоне или уезжал в командировки.
Бойцы помогали мне натаскать угля, приносили во флягах черешню, вишню, яблоки и груши. Желая в свою очередь как-то их отблагодарить, я жарила им картошку. Почему-то жареной картошки им хотелось больше всего!
Муж иногда ворчал: «Не балуй мне бойцов!», но сильно против не был. К праздникам мы, жены всегда пекли для солдатиков домашние пироги и торты. Денег им платили совсем мало, а домашняя выпечка радовала всех за праздничным столом. Праздник - он для всех должен был быть праздником!
Несколько раз мы по необходимости оставляли нашего сынишку на пару часиков под присмотр бойцов у нас в квартире. Помню, что один был армянин по национальности и звали его по имени-Ара, а другой паренек был татарин из многодетной семьи, из Казани, и мы его звали коротко - «Муха», от производной его фамилии Мухаметзянов.
Оба были сержантами, оба - большие умницы, порядочные и воспитанные ребята. По этим «необходимым» случаям у нас дома жарились пирожки, котлеты, картошка, вскрывались банки с маринованными огурцами, вареньем и компотом.
А мы с мужем спокойно уходили на вечер в офицерское кафе. Такой «нянь в сержантских погонах» был нашему сыну «железным авторитетом». Нам можно было за них и не волноваться даже: нянь сам наестся «от пуза» домашней еды и ребенка накормит, поиграют в войнушку, малого спать уложит вовремя, а сам до нашего прихода смотрит телевизор.
Парни были надежные. Спасибо им! Перед их увольнением в запас, в нашей квартире появлялся дембельский набор: комплект сержантской парадной формы с прицепленными значками, в целлофановом чехле и чемоданчик.
В чемоданчик ребята бережно собирали вещи для себя и подарки для родных: немецкие тапочки, прозрачные женские дедероновые халатики, недорогая немецкая косметика, джинсы, джемпера.
Иногда я по просьбе солдат нашего взвода ездила в город и покупала по их просьбе немецкие вещи на подарки родным. В город в увольнение солдат отпускали не часто. А увезти в домой что-то немецкое на память хотелось всем.
В Союзе тогда бушевала полным ходом горбачёвская перестройка, был страшный дефицит… На полках ничего не было, кроме морской капусты и черных макарон, которые никто не брал.
Дорогие Ара, «Муха» - интересно, где же вы сейчас? Кем стали? Как сложилась ваша жизнь? И так было бы приятно вдруг встретить вас снова.
Так вот и жили в одном гарнизоне: солдаты и наши семьи. Все варились в одном котле. Все были тесно связаны какими то "невидимыми ниточками"...» Ирина Обухова, ГСВГ, Кведлинбург…
