Пришел я как-то в театр на премьеру, прохожу на свое место. Вдруг вижу Мустая Карима, я должен был сесть как раз перед ним. — Здравствуйте, — говорю, — Мустафа Сафич! Я вас тут не заслоню? — Меня может заслонить только Лев Толстой! — засмеялся Мустай Карим. ------------------------------------------------------------------------------------------- Чувашскому поэту Тургаю в 42 года присвоили звание народного поэта. Он позвонил Мустаю Кариму, спрашивает: – Как быть? – Веди себя так, как будто ничего не случилось, – ответил Мустай Карим. Автор: Айдар Хусаинов Издание «Истоки» приглашает Вас на наш сайт, где есть много интересных и разнообразных публикаций!
Пришел я как-то в театр на премьеру, прохожу на свое место. Вдруг вижу Мустая Карима, я должен был сесть как раз перед ним.
— Здравствуйте, — говорю, — Мустафа Сафич! Я вас тут не заслоню?
— Меня может заслонить только Лев Толстой! — засмеялся Мустай Карим.
-------------------------------------------------------------------------------------------
Чувашскому поэту Тургаю в 42 года присвоили звание народного поэта. Он позвонил Мустаю Кариму, спрашивает:
– Как быть?
– Веди себя так, как будто ничего не случилось, – ответил Мустай Карим.
Автор: Айдар Хусаинов
Издание «Истоки» приглашает Вас на наш сайт, где есть много интересных и разнообразных публикаций!