Предыдущая часть:
Начало истории:
Когда вас охватывает ностальгия по Прекрасной эпохе, стоит почитать мемуары тех, кто пережил её со всеми её преимуществами.
Две женщины оставили особенно восхитительные воспоминания: герцогиня де Клермон-Тоннер в «Время каштанов и цветы» (Au Temps des Marronniers ep Fleurs) и графиня де Панж в «Я жила в 1900 году» (J'ai vecu 1900).
На их страницах мир Пруста снова оживает.
Несмотря на условности того времени, женщина с умом могла бы легко устроить себе интересную жизнь, если бы не тратила слишком много времени на визиты, примерки у своей портнихи или любовные интриги.
С помощью небольшой интриги, хорошего тона и большого остроумия она могла бы управлять салоном красоты, типичным парижским заведением, которое возможно только в праздном обществе.
Для мадам Вердюрен Пруста было столько же прототипов, сколько и для его герцогини Германтской.
Примерами были мадам Арман де Кайаве, которая выставляла Анатоля Франса как диковинное животное, мадам де Луан, в чьём салоне выковывалась правая политика, и мадам Менар-Дориан, в доме которой (несмотря на то, что она была миллионершей) вынашивалась левая политика.
Существовали различные музыкальные и художественные салоны.
Каждый из них имел своего академика и человека, который боролся за избрание в Academie Française (которая насчитывает максимум сорок выдающихся членов, избираемых пожизненно).
У этих дам были свои "дни", когда почти все, кого они знали, приходили к ним между пятью и семью часами.
После чего они давали роскошные обеды, ведя беседу как дирижер, в то время как их музыканты заботились о том, чтобы не пропустить ни единого слова, произнесенного местным "великим" человеком, которого хозяйка дома часто пленяла с помощью любви, и удерживала хорошей кухней, устраивая вокруг него своего рода двор.
Эти дамы также должны были заполнить свои дома старой мебелью и безделушками.
Belle Epoque "приличных людей" в целом (за исключением Бельгии и Германии) отвернулась от современного искусства, надеясь скрыть его недостатки под ношеной одеждой более галантных или славных дней.
Когда Бони де Кастеллан построил дворец на доллары своей жены, он заказал копию Большого Трианона.
Это стремление к прошлому и отказ жить настоящим свидетельствуют о том, что общество приближается к своему концу.
Продолжение:
Если вам понравилась статья, поставьте, пожалуйста, лайк. Вам несложно, а нам приятно. А ещё лучше подписывайтесь на наш канал. У нас ещё много прекрасных историй в запасе.