🔸 Когда удобство заканчивается
«Некоторые люди приходят в твою жизнь как благословение. Некоторые — как урок.» — Мать Тереза
Первым исчез Дима.
Не сразу — сначала просто перестал здороваться. Потом начал обходить ее стороной в коридоре. А через неделю Мария услышала, как он жаловался в курилке:
— Совсем обнаглела. Раньше хоть помогала, а теперь...
— А теперь что? — спросила коллега.
— А теперь как все. Только о себе думает.
Только о себе... Мария стояла за углом и усмехнулась. Сорок лет жила для других — и одна неделя «эгоизма» делает ее монстром?
Света продержалась дольше. Еще раз попросила подвезти — получила отказ. Попросила одолжить денег до зарплаты — снова нет.
— Ты изменилась, — сказала она как-то после работы. — Стала какой-то... жесткой.
— Или просто честной? — ответила Мария.
— Честной? Это когда подруге отказываешь?
— Это когда не врешь ни себе, ни другим.
Света покачала головой и ушла. Больше не звонила.
Хуже всего было с мамой.
— Машенька, ты забыла свою тетю Валю поздравить с днем рождения!
— Не забыла. Просто не стала.
— Как не стала?! — мамин голос взлетел до предела. — Она же семья!
— Мам, когда тетя Валя в последний раз меня поздравила?
— При чем здесь это? Ты младше!
— На восемь лет. Мне сорок.
— Машенька, что с тобой происходит? Ты стала такой... холодной.
Холодной. Теперь и мама так думает.
— Мам, а когда ты в последний раз спросила, чего хочу Я? Не что мне купить, не где отдохнуть — а чего я хочу от жизни?
Долгая пауза.
— Машенька... — мамин голос стал растерянным. — Ты же всегда была такой... покладистой...
Покладистой. Удобной. Предсказуемой.
— Была, — согласилась Мария. — Больше не буду.
На работе тоже что-то сдвинулось. Коллеги перестали обращаться с мелкими просьбами. Зато начальник вдруг заметил, что она стала работать... лучше?
— Мария Сергеевна, — сказал он на планерке. — Ваши отчеты последнее время просто отличные. И сроки не срываете.
Еще бы. Когда не тратишь время на чужие проблемы, на свои его хватает.
Но самым болезненным был разговор с Аней — единственной, кого Мария считала настоящей подругой.
— Маш, — сказала Аня за кофе. — Все говорят, что ты какая-то странная стала.
— Все — это кто?
— Ну... Лена, Света, девочки с работы...
— А ты что думаешь?
Аня помолчала, мешая сахар в чашке.
— Я думаю... — она подняла глаза. — Я думаю, что мне тоже было удобно. Когда ты всегда была готова помочь.
Честность. Наконец-то.
— А теперь неудобно? — спросила Мария.
— Да, — тихо призналась Аня. — Теперь мне приходится справляться самой. И... знаешь что? Оказывается, я могу.
Они сидели молча. Дождь барабанил по окну кафе.
— Аня, — осторожно спросила Мария. — А мы подруги? Или я просто была... удобной?
— Не знаю, — честно ответила Аня. — Честно не знаю. Нужно время, чтобы понять.
Время. Его понадобилось много, чтобы стать удобной. Может, понадобится столько же, чтобы перестать ею быть.
Вечером Мария сидела дома одна. Телефон молчал уже третий день подряд. Никто не просил, не звал, не нуждался.
Вот она — цена границ, — подумала она. Одиночество.
Но странное дело... Одиночество оказалось не таким страшным, как казалось. В нем было что-то... освобождающее.
Впервые за годы она могла просто БЫТЬ. Не для кого-то, не вопреки кому-то. Просто быть собой.
А кто она, эта "сама"?
Интересный вопрос. И пора бы узнать ответ.
🔸 Новая я
«Лучше быть ненавидимой за то, кто ты есть, чем любимой за то, кем ты не являешься.» — Андре Жид
Прошло три месяца.
Мария сидела в кафе одна, читала книгу и пила капучино. Не торопилась никуда, не ждала звонка, не думала о чужих проблемах.
Просто жила.
— Извините, — услышала она знакомый голос. — Можно присесть?
Аня. Первый раз за все эти месяцы.
— Конечно.
Они молчали. Аня нервно крутила кольцо на пальце.
— Как дела? — наконец спросила она.
— Хорошо. А у тебя?
— По-разному... — Аня подняла глаза. — Маш, можно честно?
— Только честно.
— Мне было страшно к тебе подходить. Думала, ты злишься.
— На что?
— На то, что я... что мы все... — Аня запнулась. — Что использовали тебя.
Использовали. Жесткое слово. Но честное.
— Знаешь, — медленно сказала Мария, — я не злюсь. Серьезно. Я благодарна.
— Благодарна?!
— Да. Вы показали мне, кто я есть на самом деле. И кто вы.
Аня поморщилась.
— Звучит болезненно.
— Правда всегда болезненна. Но она лечит.
— А как ты... как ты справляешься? С одиночеством?
Мария улыбнулась. Впервые за долгое время — искренне.
— А я поняла разницу между одиночеством и уединением. Одиночество — это когда ты нужна всем, но не нужна себе. А уединение — это когда ты наконец-то встречаешься с собой.
— И кто ты? — тихо спросила Аня. — Какая ты, настоящая?
Хороший вопрос. За эти месяцы Мария многое узнала о себе.
Оказалось, она любит читать — не урывками, а по-настоящему, часами. Любит готовить сложные блюда, не торопясь. Любит ходить в театр одна — можно полностью погрузиться в спектакль.
Оказалось, она интересный собеседник — когда не думает постоянно о том, как помочь другому, а говорит то, что думает.
Оказалось, у неё есть мнение — по многим вопросам. Раньше она его прятала, чтобы не расстраивать окружающих.
— Я... — Мария помолчала. — Я такая, какой должна была быть всегда. Просто боялась.
— Чего?
— Наверно, что меня не будут любить.
— А теперь не боишься?
— Теперь понимаю: лучше пусть меня не любят настоящую, чем любят ненастоящую.
Аня кивнула.
— Маш, а можно... можно мы попробуем дружить заново? По-честному?
— Это как?
— Ну... без использования. Просто дружить. Интересоваться друг другом. Поддерживать, когда нужно. И НЕ поддерживать, когда не можем или не хотим.
Мария подумала. Аня — единственная, кто пришел. Единственная, кто смог признать ошибку. Единственная, кто готов начать заново.
— Можно попробовать.
— Правда?
— Правда. Но с одним условием.
— Каким?
— Если тебе что-то от меня нужно — так и говори: «Мне нужна помощь». Не «ты же поможешь», а честно: нужна помощь. И я честно отвечу — могу или не могу.
— Договор, — Аня протянула руку.
Они пожали руки, как деловые партнеры. И засмеялись.
— Знаешь, — сказала Аня, — а ведь ты стала... красивее что ли. Живее.
Мария посмотрела на свое отражение в окне кафе. Да, что-то изменилось. В глазах появился блеск, который пропал когда-то давно. Плечи расправились. Даже морщинки вокруг глаз стали не усталыми, а смеющимися.
— Знаешь, я думала, что если перестану всем помогать, то стану никому не нужной. А оказалось, наоборот.
— Как это?
— На работе меня повысили. Говорят, стала более эффективной. Соседка попросила посидеть с ее кошкой на выходных — первый раз кто-то попросил МЕНЯ о помощи, а не требовал, как должное. И еще...
— И еще?
— А еще у меня появились новые знакомые. В театре, в спортзале, в книжном клубе. Люди, которым интересна Я, а не то, что я могу для них сделать.
Аня кивнула.
— Получается, потеряв неправильных друзей, ты нашла правильную жизнь?
— Получается так.
Они еще посидели, поговорили — о книгах, о фильмах, о планах. Ни разу Аня не попросила ни о чем. Ни разу Мария не предложила помочь.
Просто две женщины беседовали. Как равные.
Как должно быть между друзьями.
Вечером, идя домой, Мария подумала: а ведь история про то, как она потеряла «друзей», оказалась историей о том, как она нашла себя.
И это была честная сделка.
༄༄༄༄༄༄༄༄༄༄༄༄༄༄༄༄༄༄
А у вас были ситуации, когда установление границ стоило вам отношений? Как вы с этим справлялись? Поделитесь в комментариях.
Также вам может быть интересно: