Сорин все больше и больше убеждался в собственной никчемности. Особенно бесило, что за ним присматривали круглые сутки. Надзиратели сменялись, а он был вынужден бездействовать. Ничего не происходило и это угнетало.
Обед уже закончился, и он бесцельно бродил по камере. Почитать, вздремнуть, поругаться с Инь? Проклятье. Было гораздо лучше, когда он не чувствовал так много всего сразу. Сейчас немногим лучше в большинстве аспектов, но этот ноющий зуд в груди. Не столько боль, сколько нестерпимое желание увидеть, объясниться. К черту все, плевать, если она не захочет и слушать. Но нельзя же даже не попытаться. А попытаться ему как раз и не давали.
Тихие шаги в коридоре выдернули его из агрессивного метания по клетке. Инь не всполошилась, наоборот, улыбнулась ему ласковой улыбкой и поторопилась прочь. Стало быть, посетитель не к нему а к ней?! Еще не хватало дом свиданий из тюрьмы устроить! Ну, Аверина... Только я выберусь...
Не успел додумать гневные мысли.
Эйш стояла поодаль от решетки.
Сорин смерил ее долгим взглядом. Ему не понравился ни расстроенный вид, ни опухшие веки, ни очевидная бледность. Но это ведь была она. Не сошел же он с ума...
-Привет, - он медленно двинулся к решетке, но Эйш молча отступила на шаг. Сорин остановился. Боиться? Конечно, боится. Правильно делает. И после короткого раздумья пояснил. - Еще на полшага назад. Тут я тебя достану.
Эйш послушно отступила, пока не уперлась в решетку камеры напротив. Опустилась прямо на пол, сложив под себя ноги. Она молчала и он не торопил. Сел на пол где стоял.
-В моих землях есть такой обычай, - тихо заговорила девушка. - Когда кто-то умирает, можно отправить ему письмо. С белым соколом. Они... говорят, они бывают на той стороне.
Она замолчала так, словно сказала все, что хотела. Сорин обдумал сказанное, но особенного смысла не заметил в этом. Каждый переживает смерть по своему. Живым всегда нужны ритуалы. Белый сокол - это даже красиво. У нее кажется есть один... Страшная догадка заставила его встрепенуться. Он резко выпрямился, уставился на нее. Нет...
-Ты... Твоя.. - но слова не желали связываться в осмысленное предложение. Он просто не мог сказать это вслух.
-Да, - перебила его Эйш. И добавила сиплым голосом. - Уже три месяца. Она взяла с меня обещание, что я обязательно попытаюсь наладить отношения с отцом, или хоть бы с дядей. И когда он позвал... Здесь никто не знает, поэтому я решила... Пусть она немного, хоть бы чуть-чуть, хоть бы в иллюзии, побудет со мной еще, живой. В памяти всех этих людей... Пусть никто не смотрит на меня с жалостью, не приносит свои бесполезные соболезнования. Пусть говорят о ней, как о живой.
Она замолчала, и тишина стала такой оглушительной, густой, что ее трудно стало переносить.
-Мне очень жаль, Эйш. - неуклюже пробормотал Сорин. - Правда жаль.
-Ты помог мне это пережить. И немного смириться, - девушка продолжила сухим голосом, словно это не ее глаза блестели от слез. - Я понимаю, что тебе скорее всего было бы на меня начхать. Я понимаю, что то.. тот... как вы там обозвали эту дрянь, что осталась в тебе, в общем, если бы не он - ничего бы не было. Я понимаю. Но ты или он, не важно, помогли мне справится. У меня теперь есть силы это пережить по настоящему или хоть бы начать с этим справляться. Поэтому я тут. Я буду приходить каждый день, чтобы помочь справиться тебе. Не переживай, я уеду сразу как только все закончится.
Сорин с трудом осознал то, что она только что ему сказала. Не настоящее... Владимир. Черт побери, какой глупец... Тварь подобралась ближе, чем он мог подумать... Но от всех этих мыслей глупое сердце не переставало болеть, разделяя боль девушки напротив.
Она же спокойно выудила из-под полы мантии толстый фолиант.
-Я все еще зла. Не совсем на тебя, скорее на волшебников в целом. Потому не хочу говорить с тобой. Итак. Устраивайся поудобнее. История Диких земель. Я читаю ее своим детям в школе. Начальный класс. Как раз твоего уровня.
Она начала читать спокойным голосом, и он разлетелся по всей темнице. Сорин слушал ее с некоторой оторопью, но после позволил себе легкую улыбку. Что она сказала? Владимир внушил ему? Но ведь это работает не так. Если изначально не чувствовать ничего, то от магии оно не появится. И еще. Его бы это задело. На самом деле. По настоящему. До сомнений в этом светлом чувстве, до сомнений в себе. До омерзительных терзаний в любом своем вдохе. Если бы не одно но. Первое чувство, что он испытал к ней - вовсе не любовь. Даже не симпатия. Раздражение. Злость. Даже если Владимир выключил в нем все прочие чувства, оставив каким-то непостижимым образом только то, что он испытал по отношению к ней. Он все равно не полюбил бы ее. Потому что она его чертовски раздражала. И только потом, уже позже...
Он смотрел, как она перелистывает станицы, как шевелятся ее губы, как непослушная прядка дрожит у виска, слушал ее голос и чувствовал, что вот-вот умрет. Мерлин. Неужели даже из такой дряни, в какой он оказался, можно найти что-то хорошее.
-Эйш. - бесцеремонно перебил он. - Эйш, ты мне нравишься. И плевать на Владимира.
Эйш замолчала, не отводя взгляда от книги, не поднимая на него лицо. Но он все равно заметил, как сильно покраснели ее щеки.
- Не отвлекайся, - строго произнесла девушка, и продолжила чтение.
- Эйш, ну дай мне надежду!
Эшй перевернула страницу, смерив его гневным взглядом продолжила чтение.
- Ты пойдёшь со мной на свидание?
Эйш замолчала. Она раздумывала довольно долго. С другого конца коридора послышался лязг металлических дверей. Потом торопливые шаги явно принадлежащие нескольким людям.
Эйш встала и Сорин поднялся вслед за ней. Надо же, как много гостей у него сегодня. Но увидев гостью, он даже слегка испугался.
Посреди коридора стояла леди Вероника.
- Бедный мальчик, - ласково произнесла она.
Сорин склонился перед ней в низком поклоне, не столько приветствую сколько извиняясь.
- Не стоит, я все понимаю. Я просто хотела знать, не нужно ли тебе чего-то? - леди Вероника тоже поклонилась ему. - Эйш!!!
Она только сейчас увидела девушку.
-Айла сказала мне, что ты вернулась. Я надеялась еще раз тебя увидеть. Но ты так легко одета! Ты не замёрзла? - она взяла девушку за руку и тут же перевела сердитый взгляд на Сорина. - Она ледяная! О чем ты думал?! Ты не должен ей позволять находится тут слишком долго!
- Ничего, леди Гроссу. Все в порядке. - пробормотала Эйш.
Сорон поджал губы. Он и правда не подумал об этом.
- Не впорядке. Позаботьтесь о ней, пожалуйста, леди Гроссу, -перебил её Сорин.
- Я сама о себе позабочусь!
-Твои прошлые туфли...- начал Сорин.
-Новая обувь иногда натирает!
Эйш и сама не заметила, как подступила к нему слишком близко. Сорин вытянул руку вперёд, и перехватив её ладонь, подтащил девушку к себе. Эйш только и успела пискнуть.
- Это ты говоришь нормально? - он поднёс ледяные пальцы к лицу и подышал на них. Растер в своих ладонях. Эйш залилась румянцем, а леди Вероника и обе его стражницы несколько расслабились.
- Леди Вероника, окажите мне услугу. Позаботьтесь о ней так же, как об Айле. С поправкой на то, что она человек. Отправьте счета в поместье Монтеану.
- Ну уж нет! - Эйш даже ногой топнула, отбирая назад свою руку.
- Конечно, лорд Монтеану, не беспокойся. - леди Вероника тоже проигнорировали протест. - Но со счетами я разберусь сама. Как и с сапожником, - и леди оскалилась такой ухмылкой, что Сорину стало не по себе. - Идём, милая.
-Эйш, ты не ответила на вопрос! - опомнился Сорин.
- После бала. - категорично отозвалась Эйш, умолчав, что собирается уехать накануне.