Начало.
Пока ехали в больницу, Юрий держал Машу за руку и повторял, как молитву, как заклинание:
-Всё будет хорошо, всё будет хорошо.
Бледное, худое лицо Маши говорило об обратном, но он верил, всё обойдётся и всё будет хорошо, должно быть хорошо. Во всяком случае ему хотелось верить и хотел чтобы в это верила Маша.
-Шесть недель, матка в тонусе, общее истощение организма,- коротко и ясно определила врач,-Будем сохранять? Или прерывать?-спросила врач и почему-то посмотрела на Юрия,-Что скажите, папочка? Кровотечение мы остановили... А вы?-перевела взгляд на Машу врач,-Что ж вы так себя довели? Ну если токсикоз, надо ж было к врачу обращаться, да и вообще, сразу, как только узнали о беременности, надо было стать на учёт. Возраст у вас немолодой. Что делать будем?
Врач опять уставилась на Юрия, считая, что он должен решать, потому как Маша настолько слаба, что вряд ли ответит что-то внятное. Сейчас он должен решить быть ребёнку или нет. Он понимает, Маша в критическом нервном истощении, она согласится с тем, что он скажет.
Её глаза... Они смотрели на него с мольбой и он ответил:
-Конечно сохранять. Конечно...
Маша облегчённо вздохнула, улыбнулась. Похоже сил у неё хватило лишь на то, чтобы улыбнуться и ответить врачу:
-Сохранять.
Слабость довлела над телом Маши, потому она закрыла глаза. Из закрытых глаз катились слёзы. Тесть сказал, если что, он ответит за каждую слезинку Дины. А за слёзы Маши перед кем держать ответ?
-Всё, вы свободны,-сказала врач Юрию и вместе с ним вышла в коридор. Видимо не хотела, чтобы Маша слышала их дальнейший разговор.
-Что ж вы, папочка, не бережёте мать своего ребёнка? Не видели что с нею творится? Понимаю, вы не в браке, но раз вы приехали с нею, значит вам не всё равно. Я такого случая, как этот не припоминаю. Такое ужасное истощение, оттого и матка не выдержала. Честно скажу вам, чудом будет, если ребёнка сможем сохранить.
-До свидания,- сказал Юрий. Ему нечего ответить на слова врача. Разве что признать, что тысячу раз она права.
Спустился на лифте в хирургию, на первый этаж. Здесь он на месте. Никто искать его не кинулся, да это и понятно, ночь. Даже дежурная медсестра спит в какой нибудь свободной палате.
Ему уснуть не удалось. Да и как тут уснёшь? Машка беременная. В другое время, он был бы рад этому, а сейчас не знает. Даже когда врач его спросила о сохранении беременности и об аборте, он засомневался. Но Машка, она так смотрела на него, с надеждой, вся напряжённая, как та пружина. Скажи он "нет" их ребёнку, она бы не выдержала. Он и так заставил её долго страдать, а точнее, тесть заставил .
Наверное это должно было случиться. Во всяком случае, если вместе им быть не судьба, то у неё хотя бы ребёнок будет. Их ребёнок. И она уже не будет одинока. Ей нужно будет заботиться о ребёнке и растить его. Она будет ответственна за него. А он будет помогать, материально помогать. К рождению ребёнка наймёт людей, которые подведут коммуникации к дому, чтобы в нём были все удобства, отремонтируют дом, поставят новый забор, а когда Дина родит и тесть поуспокоится, он будет наведываться к Маше и к их ребёнку. Ведь она согласна довольствоваться малым, просила, чтобы он появлялся хотя бы раз в месяц, раз в год, а она будет ждать. Машка, его Машка, она всегда будет ждать его.
С утра ни Динка, ни мать, ни тесть к нему не придут, обход, капельницы там всякие, процедуры, потому он может подняться на четвёртый этаж к Маше, узнать как она и хотя бы с пол часа подержать её за руку и поддержать своим присутствием.
Рядом с больницей небольшой магазинчик, в котором есть всё, или почти всё для посещения больных. Больные, кто мог, тоже ходили в тот магазин. Юрий купил в нём продукты для Маши, столько, сколько смог унести в его состоянии.
Под капельницей, но с улыбкой встретила его Маша.
-Доброе утро, любимая,-поцеловал её Юрий в бледные, сухие губы,-Ну как ты? Тебе лучше?
-Мне лучше, только вставать пока нельзя. А ты как? Мой хороший, мой самый хороший,-шептала Маша и опять глаза на мокром месте.
-Я нормально.
-Зачем ты тяжёлое поднимаешь? Тебе нельзя,-взглянула она на пакет.
-Он не тяжёлый. Купил сколько мог донести. Вечером ещё принесу. А ты кушай. Кушай и помни, он тоже хочет кушать,-погладил её впалый живот Юрий,-Я с врачом разговаривал. Он сказал, что они делают всё для сохранения ребёнка и многое зависит от тебя, от питания.
-И от тебя,-добавила Маша.
-И от меня тоже,-вздохнул Юрий,-Машуль, давай для тебя отдельную палату оплачу?
-Нет, вот это точно нет. Тут я среди людей, а там опять одна. А ты правда хочешь этого ребёнка?
-Господи, Маш! Что за вопросы? Мужчины всегда хотят детей от любимых женщин.
-Значит твоя жена тоже любимая тобой?
-Машуль, ну к чему такие вопросы?
-Без вопросов конечно удобней.
- Если бы ты знала сколько сложностей сейчас в моей жизни, ты бы так не говорила.
-А ты расскажи.
-Расскажу, не сейчас. Ты немного оправься, потом я обязательно расскажу, потому что я должен тебе объяснить почему я к тебе не приходил.
Если другие больные торопились домой и просили выписать их, то это не про Юрия. Он напротив, не хотел домой. Хоть так, но он каждый день может видеть Машу. Домой вернётся, встречи с нею станут опасны. Но как говорится, сколько не симулируй боли, а когда швы у Юрия сняли, его выписали.
-Сегодня домой,-сказал он Маше,-Я буду тебе звонить. Сама мне не звони, опасно. И для тебя, и для меня. Всё таки Тамарка рассказала Дине о встречи на море. Скандал , слёзы, истерики, чего я и боялся. Беременным такие всплески не на пользу.
-А мне значит на пользу,-укорила Юрия Маша,-исчез, даже слова не сказал.
-И тебе не на пользу. Я же не знал, что ты беременна. Машка, ну хоть ты-то меня не обвиняй. Кругом я виноват. Виноват, не отрицаю. Ну почему так? Почему по настоящему я полюбил только сейчас? Почему в этой жизни всё так сложно?
-Может потому, что мы сами усложняем жизнь ?
-Не всё зависит от нас. Если бы зависело... Я бы... Ладно Динка, поистерила и успокоилась, но тесть, отец Динки... Это страшный человек, Маша, очень страшный. Ладно я, но он обещался и тебя в бетон закатать, если узнает, что я к тебе хожу.
-Юр, что-то ты не то говоришь. Сейчас не девяностые, чтобы...
-Это мы так думаем. А он родом из девяностых. Он собственную жену, после того как узнал, что она ему изменила...
-Что? Ну что он ей сделал?
-Не знаю, а только исчезла она и не только одна она. Страшный человек.
-А может она заграницу уехала и живёт себе, поживает, горя не знает. И мы, Юра, могли бы уехать, он бы и не узнал куда мы делись.
-Он не из тех, кто прощает и забывает. Он находит. Потому рисковать ни тобой, ни ребёнком, ни собой, я не хочу и не буду.
- Тогда зачем всё?
Губы Маши дёргались, он прикусывала их, чтобы не расплакаться, но глаза... Глаза её не слушались, они наполнились слезами, она пыталась сглотнуть слёзы, не получалось, ком в горле мешал.
-Маш, ну зачем? Не плачь,-обнял её Юрий,- Тебе и нашему ребёнку я буду помогать. У тебя и у него всё будет. Ты меня слышишь? Машка?
-У меня будет всё, но не будет тебя.
Как же он ненавидел эти разборки, тем более, когда не мог ей пообещать главного-себя, своей любви и нежности к которым она привыкла.
-Машуль, Динка родит, они с тестям успокоятся, я буду вас навещать,-погладил он живот Маши.
-Навещать,-повторила за Юрием Маша,-навещают больных и старых, а нам с ребёнком нужна любовь и кроме тебя, нам некому её дать. У твоей Дины хотя бы отец есть, у меня никого.
-Знаешь, что? Ты давай не хандри!- подбодрил Машку Юрий,- Я же говорил, что у тебя ещё будут дети. Говорил? Ну вот. Тебе есть зачем жить. А я всегда буду рядом.
-Рядом, где-то рядом, но не с нами.
-Маш, ну а Алёшу ты родила... Ведь даже толком не знала его отца. И ничего.
"Опять больно, невыносимо больно. Зачем он это делает? Чтобы я его возненавидела?"-подумала Маша и выкрикнула:
-Ты не смеешь! Не смеешь,-добавила она шёпотом,-Ты делаешь мне больно. Ты пришёл в мою жизнь, растоптал...
-Маш, что я растоптал? Нечего было топтать. Ты после смерти Алёши сама не своя была. Я, можно сказать вытащил тебя из бездны твоего горя.
-Вытащил, а теперь опять в ту бездну толкаешь. Тогда у меня были силы справится с горем, сейчас у меня их нет. Говорят любовь лечит... Наверное это так, но когда она кончается, кажется что тебя заживо хоронят.
-Машка, ну к чему эти громкие слова? Никто тебя не хоронит, я по прежнему тебя люблю, но ты или не слышишь меня, или не хочешь понять. Ты же неделю назад просила, чтобы я хотя бы раз в месяц к тебе приходил, хоть раз в год.
-Всё, уходи. У меня больше нет сил на пустые разговоры. Иди, Юра. Иди уже!-выкрикнула она.
И он ушёл. Он даже обрадовался, что она его прогнала. Вроде не поссорились, а вроде... Потому он может... А что он может? Да ничего. Пока он при тесте с Динкой, ничего он не может, похоже, он к ним намертво прикован. Стоит попытаться что-то изменить... Но он не готов рисковать.
Странная штука жизнь, то ни одного ребёнка, теперь двое. Он мечтал о детях, а сейчас не уверен, что рад всему, что с ним происходит. Говорят, слово "вовремя" очень важно в нашей жизни. Это так, он на себе испытал. Всё не вовремя. Не вовремя влюбился, не вовремя дети от разных женщин, не вовремя Тамарка на море нарисовалась. Теперешняя его жизнь в несвоевременном потоке, который несёт его непонятно куда и куда принесёт -неизвестно. Конечно, многое зависит от него. Если он забудет Машу, то жизнь с Диной и с дочерью как-то уравновесится и возможно, когда-то он будет смеяться над своими переживаниями, но не теперь... А если всё будет хорошо, уже непонятно по чьим меркам хорошо, то ребёнок, который появится у Маши, не будет способствовать его смеху. Ребёнок его и потому он не сможет его игнорировать. Помнит, как исчез из его жизни отец и ему очень его не хватало, очень. Потому наплевать на своего ребёнка и не видеться с ним, он не сможет.
Через полтора месяца, после выписки из больницы Юрия, родила Дина. Ребёнок был настолько красив, что не было прела умиления всех, кто видел ребёнка, а может так казалось, потому что очень его ждали. Все суетились около ребёнка, ахали, охали, кроме матери Юрия. Не чадолюбивым человеком она была и восторга по поводу детей не испытывала.
Теперь Юрий спешил домой, к Дине, к дочери. Их объединяла дочь, Маша. Никто не был против этого имени, поскольку не связывали его с именем бывшей любовницей Юрия, никто и не знал как звали его бывшую любовницу, потому как никто ею не интересовался. Имя Маша связали с именем матери тестя и он был горд, что в его роду появилась ещё одна госпожа, ведь имя Маша означает "госпожа" и не Юрий назвал так дочь, тесть дал имя внучке.
Теперь Юрий не боялся того, что невзначай может произнести имя любимой. Теперь это имя у всех на устах и на слуху.
За полтора месяца, которые он не видел Машу, звонил раз шесть, раз в неделю звонил, но она не отвечала. Хотелось увидеть её, успокоить как-то. Он понимал, если она не отвечает, значит сердится на него, а в её положении это вредно.
Он понадеялся, что следить за ним уже никто не станет, потому решил заехать на работу к Маше. Салон-парикмахерская, да мало ли по какой надобности он туда заехал. Оказалось у Маши отпуск.
Он настроился её увидеть. Его настрой и желание были выше страха перед тестем, а может время ослабило страх.
Он подъехал к её дому, калитка как всегда не заперта на засове. Прошёл по двору к дому, заметил- двор прибран, цветник ухожен, входная дверь покрашена. Обрадовался, значит Маша не в депрессии, значит не всё так плохо.
-Кто там?-услышал он из глубины дома мужской голос и вздрогнул от неожиданности.
-Маша!-позвал Юрий. Ревность острой иглой кольнула в сердце.
А он-то думал, она тут страдает от его отсутствия, а оно вон что. Беременная, а мужика себе завела. Ну и бабы, никак верить нельзя.
Навстречу Юрию вышел немолодой мужчина. На вид так, лет пятидесяти пяти. Высокий, статный, густые, седые волосы коротко пострижены, в шортах ниже колена и в чёрной футболке в краске.
-Здравствуйте,-поприветствовал Юрий,- Мне бы Машу увидеть.
- Здравствуйте. Мне бы тоже её увидеть,- улыбнулся мужчина и сразу лет на пять помолодел.
-На работу к ней ездил, сказали она в отпуске.
-Да, так и есть, в отпуске.
-Так где же она?-нетерпение Юрия и ревность к мужику переполняли Юрия.
-Уехала Маша.
-Куда?
-Так отпуск у неё, вот и уехала.
-Да куда же она уехала?
-А вы кто, что так допытываетесь? Из следственного комитета что ли?
-Почему?-не понял Юрий.
-Да потому. Почему я должен отвечать на ваши вопросы? Нет Маши и всё тут, уехала отдыхать. Что ещё?
-С кем она уехала?
-Да чёрт возьми! Чего тебе надо, мужик? Чего ты докопался?! Я ответил, а что, куда, с кем, это уже не твоё дело. И вообще, некогда мне с тобой трендеть, не на базаре. Давай уже, отчаливай.
-А ты кто? Кто ты, что ведёшь себя, как у себя дома?
-А ты кто?
-Я отец её будущего ребёнка.
-А я квартирант. Пока квартирант, но в скором будущем собираюсь стать отцом её ребёнка. Нравится она мне, очень нравится. А ты, думаю, не из нашей оперы, больно ты крут для Маши, а крут, значит ничего хорошего для неё не представляешь. Вы ж толстосумы, как ? Считаете вам всё можно, всё дозволено, врываться вот так в дом, допрашиваете. Не туда ты дяденька явился. Иди к своим, где таким, как ты рады.
-Не тебе судить. Я думаю, Маша была бы рада меня видеть.
-Может и так, только я не рад. Моя Машка, моя и всё, а ты поди прочь.
-Так вы что?! С ней уже...?-возмутился Юрий.
-Эх, как думаешь ты о матери своего ребёнка. Не из тех она, потому мне нравится. Пустила меня, сама уехала, просто так пустила, даже денег... Не было у меня на тот момент денег. Заработал, хотел отдать. Она не взяла. Сказала: "живи так, покуда не рожу." Ну а я вот, решил отблагодарить её своим трудом. Решил, пока её нет, ремонт сделать. Ребёнок ведь родится.
-Да тут не косметический ремонт нужен, тут нужно...
-А что ж ты не сделал для своего ребёнка. А мы... Извиняйте, делаю такой ремонт, на какой денег хватает. Так что иди отсюда и больше не появляйся. Дай ей жить спокойно. Видел я в каком она состоянии была. Немного отошла, к подруге в Испанию, в гости поехала...
-Так она в Испании?
-Да. Хочет переехать туда, а я отговариваю. Ну не знаю как всё сложится. Ну, а тебе, тут точно рады не будут, так что забудь и её, и её дом, и про ребёнка забудь. Думаю у тебя семья, иначе ты бы с нею был . Вот и поезжай к семье.
Юрий развернулся и пошёл. Мужчина пошёл за ним, с грохотом закрыл калитку и задвинул засов. Так громко, демонстративно он это сделал, как будто хотел навсегда отгородиться от визитов Юрия.
Ревность ела, жевала его сердце, даже при том, что он знал, ничего у Маши с этим дядькой не было и всё равно. Пустила его жить... А вдруг он насильник какой? Он вспомнил первый вечер с Машей. Вот так же в минуты отчаяния, она и его в дом впустила. Похоже, после больницы она прибывала в таком же отчаянии, как и тогда, после смерти Алёши. Благо мужик такой попался, безобидный работяга и даже благодарный работяга и в Машку влюблён. Маша отдыхает, ждёт ребёнка, живёт под одной крышей с каким-то наивным дядькой, который влюблён в неё и собирается растить его ребёнка, так пусть живёт. Не лезь сюда, не мешай. Пусть складывается, как складывается. Живи свою жизнь, свою с Диной, с дочкой Машей, с тестем. Всё у тебя есть к чему стремился. Это разум его так успокаивал, а сердце и эгоизм Юрия отвечал разуму: "нет, Машка моя, никому её не отдам, потому как только её я люблю."
Продолжение следует. Жду отклики на главу рассказа. И ещё рассказы для Вас, дорогие мои читатели:
Свадебный пояс неверности
Подушка
А с нею вот что происходит
Голубая кожа
С уважением, ваш автор.