-Я хочу детей! Понимаешь ты?! Хочу!
-Ну погоди, Юр, успокойся. Неужели разговоры о детях тебе не надоели? Разве нам плохо вдвоём? Дети, это такое... Мы же обо всём договорились.
-Это ты так думаешь! Я с тобой не договаривался! Я детей хочу. Ради чего всё это. Мы с тобой вместе, ради чего?
- Я женщина- не инкубатор. Ты хочешь детей, я нет. И потом, ты готов к тому, что моя фигура изменится и вообще, это большая нагрузка на организм, а организм мой и если ты о нём не думаешь... Вынашивание детей и роды здоровья женщине не прибавляют, а потом бессонные ночи, нервы, проблемы детские и не детские. Ты к этому готов?
-Да! Я готов. Мы восемь лет вместе и пора бы...
-А я не готова!-выкрикнула Дина,-Понимаешь, не го-то-ва! И потом, сейчас мы свободны, а появись дети... Менять свободу на на пелёнки?
-Тебе не надоела праздная жизнь для себя? Она у меня вот где, выше крыши!-провёл над головой ладонью Юрий,-И да, я хочу детей! Хочу! Ну если ты не хочешь, то тогда... Тогда... А может ты не можешь? Скажи. Я ведь ничего не знаю о твоей прошлой сексуальной жизни. Может ты столько абортов наклепала, что ребёнок не может зацепиться за неживое.
- Заткнись! Ты мне ещё условия поставь! Съел мою юность, а теперь на развод намекаешь?!
-Дина, милая Динка, дурочка ты моя, -подошёл Юрий к жене и обнял её,-Какой развод? Я сейчас о детях говорю, исключительно о детях. Ты же знаешь, как я старался. Я сам в нищете рос и тогда, ещё в детстве поклялся, в доску расшибусь, а дети мои будут жить в достатке. Вот он, достаток, к которому я стремился и даже больше чем достаток, детей нет. Дина, девочка моя, если бы я хотел развода, я говорил бы о разводе. Прошу тебя...
-Значит всё это ты для своих детей заработал? А я думала для нас.
-А дети ... Дети ведь нашими будут. Другие женщины выпрашивают детей у мужчин, а ты сопротивляешься. Не сопротивляйся, милая. Давай, прямо с сегодняшнего дня займёмся вплотную....
Юрий подхватил Дину на руки и...
-Отпусти! Отпусти, я сказала,-вырвалась из рук мужа Дина,-Не хочу! Да и собираться пора. Ты забыл? Мы приглашены.
-Не забыл. Мы успеем, Динка, милая моя Динка,-обнял жену Юрий,-успеем. Нам не скоро, у нас два часа в запасе...Если честно, никуда идти не хочу, хочу быть с тобой и мы бы с тобой...
-Не хочешь? К своему боссу не хочешь? Ты, как никто другой, должен знать, таким приглашениям не разбрасываются, не игнорируют их. Это наше с тобой будущее.
-А я жить хочу сегодняшним. Сейчас я хочу тебя, хочу быть исключительно с тобой и хочу делать детей,-не выпуская из объятий Дину, шутил Юрий.
-А я хочу, чтобы ты был ещё успешнее и чтобы ты продвигался по службе,-оттолкнула мужа Дина,- Пойду, приму ванну перед выходом в бомонд и ты иди, приведи себя в порядок.
-В порядок!?
-Не ори, никто тебя тут не боится. Слушай, что тебе говорят и не забывай, место заместителя босса освободилось и тут не надо зевать...
-Ну нет! Тебе это место нужно. Меня ты спросила, нужно ли оно мне?! Мне ребёнок нужен, а не место. Своим местом я доволен!
-Неудачник! Он доволен. Я недовольна. Так рассуждают неудачники, которые
малым довольствуются! И ты один из них!
-А никуда я не пойду!-лёг на диван Юрий,-Не пойду и всё!
-Пойдёшь! Не трепи нервы ни себе, ни мне, собирайся!
Таким злым, как сегодня Юрий себя не помнил. Таким злым он был по молодости. Злость и жажда разбогатеть двигали им. Злость на бедность в которой он жил с мамой и бабушкой.
Жили они тогда в двухкомнатной хрущёвки. Маленький Юрка с бабушкой в одной комнате, отец с матерью-в другой. Теснота неимоверная, но как говорила баба Даша: " в тесноте, да не в обиде." А со временем вышло, что в обиде.
Когда бабу Дашу разбил инсульт и она больше не встала, пришлось переселить Юрку из комнаты бабули в комнату отца с матерью, тут и начались обиды, мягко сказано-обиды. Отец часто задерживался на работе. Нет, он не пил с дружками, как многие мужики в их дворе. Из скандалов, которые будили Юрку по ночам, он понял у отца появилась женщина, другая женщина, которую мать называла любовницей. Мать сердилась, шёпотом кричала на отца, именно шёпотом, но Юрка чувствовал, то был крик её души, потом мать плакала и просила отца не уходить, не бросать их.
Отец молчал, ничего ей не обещал и однажды исчез. Никто не видел как собрал он вещи и ушёл. Это когда Юрка вырос, понял почему исчез отец, боялся, уговоров матери остаться и боялся взгляда маленького Юрки. После выяснения отношений родителями ночами, за завтраком, Юрка исподлобья смотрел на отца, не мог простить ему слёзы матери. Отец конечно же понимал, всё он понимал, но сына в его взгляде не укорял. Однажды мама увидела как он смотрит на отца, уловила мечущийся взгляд мужа, засмеялась и чтобы разрядить обстановку спросила:
-Сынок, что ты на папу так смотришь?
-Ничего,-встал из-за стола Юрка,-Не хочу я есть, пойду телевизор бабуле включу.
Когда отец исчез, лучше жить не стали. Нервная мать срывала злость на Юрке и на больной матери. Бабуля беззвучно плакала, Юрка гладил её по голове. Рукой, которой бабушка могла двигать, она ловила руку Юрки и целовала его ладошку, тогда и Юрка начинал плакать, так же тихо, как и бабуля. С бабой Дашей они были заложниками неустроенности матери, потому были заодно. Молча переносили тяготы жизни матери, которая злостью срывалась на больную мать и на хрупкие плечи сына.
Когда ушёл отец, Юрке было восемь лет и десять, когда умерла бабуля. Никогда не забудет как это случилось. Всю жизнь он пытался простить мать за то утро, но так и не простил.
Так случилось, что памперс бабули по какой-то причине... Ну в общем, было испачкано всё постельное бельё и сама бабуля. Мать опаздывала на работу из-за того что меняла бельё и мыла бабулю, злилась, кричала, а бабушка беззвучно плакала, а когда ушла мать, Юрка сел на кровать рядом с бабулей и как всегда гладил её растрёпанные седые волосы. Слёзы бабули катились из закрытых глаз по её морщинкам, к ушам. Вытирая платком, Юрка старался поймать слезинки бабули. В тот день, бабуля не поцеловала ему ладошку. Она подняла руку, чтобы перехватить руку Юрки и вдруг сильно вздрогнула, как будто кто-то невидимый толкнул её. Она глубоко вздохнула, замерла и её рука стремящаяся к Юркиной руке, упала и свисла с кровати. Он понял! Он сразу всё понял, испугался и побежал к соседке напротив, к бабушке Полине, которая приходила кормить бабулю обедом, когда мать была на работе.
И когда умерла бабуля, их с матерью жизнь лучше не стала. Стало просторно, у каждого своя комната, но счастья как не было, так и нет. Юрка остро ощущал нехватки бабушкиной мягкой, тёплой руки, которая как оказалось, держала его в этой жизни. Бабушкиных жёстких, влажных губ, которые касались его ладони, ему тоже не хватало. Без бабули он осиротел.
Не знает он, может жизнь над матерью покуражилась, а может она такой родилась, но тёплых отношений между ними так и не случилось. Иногда ему казалось, что все так живут, все кто столкнулся с бедностью и с потерями, но по мере взросления он видел, что дело не в бедности, в людях. Сильные духом боролись, слабые сдавались. Особенно мужчины сдавались, многие спивались и умирали молодыми. Женщины сильнее мужчин, это тоже Юрка понял. Они тянули семьи и многие пытались вытолкнуть детей из нищеты. Юрка видел, у
многих получалось.
Мать, выталкивать его не собиралась, жила как могла, как говорят плыла по течению. Юрка сам решил бороться. Учился упорно, даже зло и страстно. Достигал тех высот своим трудом, потому как понимал, другого выхода из нищеты нет у него. Мать не верила в него и когда видела сына за книгами, говорила:
-Бесполезно, у нас денег нет , чтобы ты дальше учился. Лучше бы ты какую подработку нашёл. Многие в твоём возрасте подрабатывают, не пялятся в книги, а смотрят на жизнь реально.
Юрка на претензии матери молчал. Привык он молчать, бабуля его приучила, но плакать не плакал, потому как был зол, очень зол на ту жизнь, которую они жили.
Мать не верила в него, а он поступил. Без денег, сам поступил, а мать опять ему крылья обрубала:
-Ну выучишься ты, получишь диплом и что ты делать с ним будешь? У нас нет связей , чтобы устроиться тебе по профессии и денег нет, чтобы взятки давать.
Юрка вздыхал на слова матери и отвечал:
-Мам, спасибо, что ты веришь в меня.
-А ты не ёрничай. Я жизнь прожила, знаю что говорю. В армию надо было идти, а потом работать. На стройке много получают, вот и деньги... А ты... Боюсь твоих разочарований, сынок. Мужики когда разочаровываются, пить начинают.
-Я пить не начну. Я добьюсь, разобьюсь, но мои дети будут жить в достатке.
-Ого! Куда хватил! Ты себя сначала прокорми. О детях он. Дети сейчас большая роскошь и она для богатых. Подумай над моими словами.
-Я буду богатым, мама. Увидишь.
Мать смеялась над его словами. А теперь? Теперь она живёт и радуется, и гордится им. Ту хрущёвку, в которой они были несчастны, продали. Купили квартиру в новом доме, тоже двухкомнатную, но просторную, светлую.
За городом, Юрий купил участок в элитном посёлке и построил дом для себя. На Дине женился по любви. Дина, конечно девушка не из простых, не как он, привыкла к хорошей жизни и он смог дать ей такую жизнь и давал, но она не хотела дать ему то, что он хотел. Но сейчас назрел вопрос, не хочет или не может?
Дина погрязла в светских тусовках, выходах и заходах, от которых Юра уставал и выдернуть её из этих тусовок трудно, а в последнее время он думает, что это невозможно.
Дина пошла принимать ванну. Спокойная и уверенная в своей правоте она впервые так сильно вывела его из себя. Никуда он с нею не пойдёт и скандалить не собирается. Потому ему лучше уйти, пока она принимает ванну сбежать от неё.
Отец сбегал из тесноты, а он из просторного дома, который он построил для своей семьи, для детей, которых нет. Сегодня он не хотел подчиняться Дине и идти на тусовку к боссу.
Юрий наспех надел джинсы, свитер, вышел в гараж, завёл машину и уехал. Когда он за рулём, его это успокаивает, но не сегодня. Сегодня он вдруг понял бессмысленность своих потуг и трудов. То, к чему он стремился, у него есть, нет главного, настоящей семьи нет. Есть Дина и есть он, но нет той связующей нити о которой он мечтал. Ему тридцать девять, Дине-тридцать один. Где та женщина, которая бережёт семейный очаг? А где тот очаг? И есть ли он? Есть дом, красивый, современный дом, но нет в нём той радости, которая смехом, детским лепетом и топотом маленьких ножек наполняет его. Пустой дом, в котором двоим можно затеряться и днями не видеться.
Заморосил мелкий, противный дождь. Такая дорога Юрия не успокаивала. Перед глазами, требуя внимания, мелькали дворники. Дождь усиливался. Ехал он в никуда, просто ехал и очутился в том районе, в котором началась его жизнь.
Те же хрущёвки, только вновь оштукатуренные и покрашенные, те же дворы. И через дорогу от дворов с хрущёвками, старые, частные дома, построенные в пятидесятые годы прошлого века. Казалось бы, всё как раньше, но что-то изменилось. Деревья стали большими, появились рекламные щиты, но всё равно...
Как будто он вновь окунулся в забытую, прошлую жизнь. Воспоминания. Какой в них толк? Но они часть нашей жизни, пусть прошлой, но нашей. Детство многие вспоминают, как самое лучшее время жизни, но это не про него. Хотелось ли ему сейчас уехать? Уехать, чтобы воспоминания его не одолели? Уехать куда? К Дине? К боссу? Возвращаться ему не хотелось и задерживаться в гостях у старой жизни тоже не хотелось. Слишком тяжелы воспоминания.
Дворники не справлялись с дождевым потоком. Юрий остановил машину, включил магнитофон. Музыка на душу не ложилась, он чувствовал одиночество от которого хотелось выть.
Сквозь пелену дождя пробивалось яркое свечение: кафе-бар " Аэлита".
Никогда в жизни он не напивался, а тут захотелось войти в этот захолустный бар и напиться. Напиться до беспамятства, а потом вызвать такси и уехать. Уехать куда? Домой? К Дине? Чтобы опять поскандалить? Но все события по мере поступления ... Сначала он напьётся и возможно ему станет всё равно на все скандалы и претензии Дины.
Юрий выскочил из машины и под проливным дождём побежал к манящей его рекламе: кафе-бар "Аэлита", вкусно, недорого.
Продолжение следует. Жду ваши отклики на главу рассказа, дорогие мои читатели. Ну, а я предлагаю вам ещё два моих рассказа:
Поздно играть в любовь-1
Пожалей меня-1
С уважением, ваш автор.