Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
PRABHUPADA DAILY

Она также завершила детальный рисунок Вриндавана, на котором Кришна возвращается домой с тысячами коров и телят

Она также завершила детальный рисунок Вриндавана, на котором Кришна возвращается домой с тысячами коров и телят. Говинда даси работала над этим особенным рисунком несколько недель, он был для неё объектом постоянной медитации — даже закрыв глаза, она видела этих коров. Рисунок напечатали на развороте 15-го номера журнала Back to Godhead. Но была и другая причина, почему этот рисунок стал для неё таким особенным. Говинда даси изобразила на рисунке Кришну, Балараму и пастушков, ведущих коров домой. Пастушок, который шел слева от Кришны, был похож на Свамиджи. Свамиджи часто говорил о том, как будет пасти коров с Кришной на полях Вриндавана. Поэтому она хотела, чтобы этот рисунок стал подношением Свамиджи и порадовал его, напоминая о лилах Кришны-пастушка. Говинда даси отправила копию рисунка ему в Индию. Каждый день в Монреале она молилась Господу Джаганнатхе, чтобы Свамиджи выздоровел и вернулся, и чтобы она снова могла служить ему. Те три недели в Нью-Джерси изменили её жизнь. Дл

Она также завершила детальный рисунок Вриндавана, на котором Кришна возвращается домой с тысячами коров и телят.

Говинда даси работала над этим особенным рисунком несколько недель, он был для неё объектом постоянной медитации — даже закрыв глаза, она видела этих коров. Рисунок напечатали на развороте 15-го номера журнала Back to Godhead.

Но была и другая причина, почему этот рисунок стал для неё таким особенным.

Говинда даси изобразила на рисунке Кришну, Балараму и пастушков, ведущих коров домой. Пастушок, который шел слева от Кришны, был похож на Свамиджи. Свамиджи часто говорил о том, как будет пасти коров с Кришной на полях Вриндавана.

Поэтому она хотела, чтобы этот рисунок стал подношением Свамиджи и порадовал его, напоминая о лилах Кришны-пастушка. Говинда даси отправила копию рисунка ему в Индию.

Каждый день в Монреале она молилась Господу Джаганнатхе, чтобы Свамиджи выздоровел и вернулся, и чтобы она снова могла служить ему.

Те три недели в Нью-Джерси изменили её жизнь. Для неё не существовало большего счастья, чем находиться в блаженном обществе Свамиджи. Это была самая сладостная любовь, которую она когда-либо испытывала. Днём и ночью она только и думала о том, чтобы снова увидеть Свамиджи и служить ему: убирать, готовить, печатать, записывать под его диктовку, убирать ванную комнату — что угодно. Это и было её медитацией.

Монреаль | Канада | Ноябрь 1967

Говинда даси | «A place of Sandalwood & Roses» | с.320