Найти в Дзене
Где-то во времени.

Записки караванщика. (Часть 65)

Девушка несколько раз легко ударила щётками по малому барабану, будто отсчитывая ритм, и гитаристы вступили. Мелодия показалась мне знакомой. Кажется, я слышал её в детстве, когда у нас ещё работал проигрыватель компакт-дисков. Я напряжённо вспоминал, что это за композиция, но узнал её только по первым словам: Я сижу и смотрю в чужое небо
Из чужого окна.
И не вижу ни одной
Знакомой звезды… Теперь я вспомнил — эта песня была на диске с отцовской надписью "Кино". Её часто играли под гитару, но без всех этих красивых проигрышей. А сейчас она звучала почти так же, как в оригинале. Неожиданно для себя я начал хлопать в такт и с удивлением услышал, что многие подхватили. Оглянувшись, я увидел, что в основном это караванщики, но и некоторые местные тоже подпевали. Видимо, "Кино" знали не только у нас на Урале. — Ну вот, наконец-то раскрепостились, — улыбнулся между куплетов гитарист и продолжил играть. "Обернулся и не смог разглядеть следы…" — пронеслось у меня в голове. Словно про меня: вот

Девушка несколько раз легко ударила щётками по малому барабану, будто отсчитывая ритм, и гитаристы вступили. Мелодия показалась мне знакомой. Кажется, я слышал её в детстве, когда у нас ещё работал проигрыватель компакт-дисков. Я напряжённо вспоминал, что это за композиция, но узнал её только по первым словам:

Я сижу и смотрю в чужое небо
Из чужого окна.
И не вижу ни одной
Знакомой звезды…

Теперь я вспомнил — эта песня была на диске с отцовской надписью "Кино". Её часто играли под гитару, но без всех этих красивых проигрышей. А сейчас она звучала почти так же, как в оригинале. Неожиданно для себя я начал хлопать в такт и с удивлением услышал, что многие подхватили. Оглянувшись, я увидел, что в основном это караванщики, но и некоторые местные тоже подпевали. Видимо, "Кино" знали не только у нас на Урале.

— Ну вот, наконец-то раскрепостились, — улыбнулся между куплетов гитарист и продолжил играть.

"Обернулся и не смог разглядеть следы…" — пронеслось у меня в голове. Словно про меня: вот я еду по той зелёной дороге обратно в Уральск, где ждала Зара. И она действительно ждала — эту радость встречи нельзя подделать, её можно только прочувствовать.

Я взглянул на девушку. Она подняла с земли недопитую бутылку "Нуржанара" и протянула мне.

— Держи.
— Спасибо.

Этот вечер был по-своему волшебным. Не такой, как на крыше, и не такой, как прошлая ночь, но всё равно особенный. Во-первых, я наконец выспался. Во-вторых, мог просто наслаждаться обществом Зары, не скрывая нежности, которую к ней испытывал.

Мне снова хотелось, чтобы время остановилось. Чтобы эти странные музыканты, больше похожие на бывалых караванщиков, играли свои мелодии бесконечно. Чтобы мы так и сидели, потягивая пиво, наблюдая, как медленно сгущаются сумерки.

С каждым часом народу становилось больше. Через час почти все лавки были заняты, а некоторые зрители устроились прямо на земле, вслушиваясь в музыку.

Мимо нас даже прошёл Азамат Бикашев. Я сразу узнал логиста по толстой папке с бумагами, с которой он не расставался, и по тюбетейке, съехавшей на затылок. Он искал свободное место, но теперь это было почти невозможно — разве кто-то из караванщиков уступит. Вряд ли. После того случая, когда он избил провинившегося, многие к нему охладели.

Наши взгляды встретились, он как-то странно посмотрел на Зару, едва заметно пожал плечами и растворился в толпе. Я не придал этому значения, поймав себя на мысли, что, несмотря на неприязнь, рад видеть его живым и здоровым.

Песни сменяли одна другую. Музыканты делали паузы, перекидываясь шутками с публикой. Аплодисменты становились громче и искреннее. Больше всех острил басист Володя — было видно, что они все четверо давние друзья.

Тем временем солнце скрылось за горизонтом, небо потемнело, и над площадкой зажглись светодиодные лампы, питающиеся от аккумуляторов. Желтоватый свет привлёк мотыльков, а в углах уже радостно плели паутины ночные пауки.

— Отличный вечер, — сказал седой гитарист, которого звали Тохан, и хлопнул в ладоши в знак благодарности. — Спасибо, что пришли!

— Спасибо погонщику Рашиту! Без него мы бы никуда не доехали! — крикнула барабанщица, помахав кому-то в толпе.

— А теперь мы сыграем для вас одну песню, которую сочинили между делом…

— Между каким делом? — перебил Володя с серьёзным видом.

— Откуда я помню… — начал Тохан.

— Да между любым, — отмахнулся Гарик.

— А, про дорогу?

— Да, да, — кивнул Тохан. — У тебя же на листочке написано, ты чего?

— Всё, понял.

— Ну так вот, начинаем.

Он кивнул барабанщице, и та, поймав ритм, снова отсчитала такт лёгкими ударами. Тохан заиграл.

На секунду мне показалось, что в музыке слышится тиканье старых часов. Сделав глоток пива, я пригляделся к его пальцам на грифе. Казалось, он глушил одну струну, но всё равно задевал её правой рукой, создавая такой необычный звук. Я видел этот приём у нашего караванного гитариста. Да и старик Коновальцев показывал что-то похожее, называя это то ли заглушкой, то ли приглушкой.

Вскоре "тикающая" тема переросла в красивую последовательность аккордов. Вступили вторая гитара и бас. Звонкий перебор идеально подходил тёплому летнему вечеру, вызывая в памяти образы бесконечных дорог. А потом Тохан запел:

Мы идём по горячей дороге,
По горячим следам.
От тревоги к тревоге.
Мы идём по солнечным бликам,
По иссохшим ручьям,
По улыбкам и крикам…

Эти слова тронули меня до глубины души. Если бы кто-то спросил, как описать мою работу, я бы ответил именно так. Что-то остро кольнуло в сердце, и я подумал, что давно не писал домой. Пора бы отправить весточку — письма идут с караванами не быстро.

Но музыка пробудила и другие мысли, которые я до сих пор отгонял, чтобы не портить момент. Похоже, их время пришло. Я наклонился к Заре и тихо спросил:

— Слушай, насчёт твоей просьбы… Не хочешь объяснить, в чём дело? Кому нужно помочь?

Девушка пристально посмотрела на меня, словно колеблясь. В её серовато-зелёных глазах дрожали отражения фонарей.

— Толик, у меня есть брат… Вернее, братик. Ему всего пять.

— Так, — кивнул я.

— Долгая история… Его держит один плохой человек. Как залог.

— Залог?

— Да. Мой отец задолжал ему много монет, потом умер. Долг перешёл на меня. Я пыталась сбежать с братиком, но он поймал нас и оставил Дияра у себя…

В уголках её глаз блеснули слёзы, но она не стеснялась их. И хотя она говорила об этом буднично, голос слегка дрогнул. Я снова обнял её за талию.

— А мать?

— Какая мать? — не поняла Зара.

— Твоя мама. С отцом ясно, а где она?

— А… — девушка махнула рукой. — Она ушла, когда Дияру был годик. Не нравилось, как папа нас воспитывал. Всё ругала меня, что я беспутная, по заборам лазаю, вместо того чтобы мужа искать да гусей кормить…

"Вот те на, — подумал я. — А местные говорят, что бандитов тут давно не видели… А тут долги, похищения… И братик совсем малыш. Ей двадцать два, ему пять. Значит, в семнадцать она уже вовсю носилась, где хотела. Всё-таки была права — чертовка ещё та…"

— Так ты по развалинам лазишь, чтобы долг отдать?

— Ну да, — кивнула она, сплетая пальцы с моими. — Ищу что-то ценное, чтобы продать и выкупить Диярку…

Читайте бесплатно, наслаждайтесь, делитесь с друзьями — я не торговец, я писатель. Но если решите поддержать мой борьбу с прокрастинацией и пустым холодильником — милости прошу на главную страницу, там есть волшебная кнопка «Поддержать автора»!

Подборка "Записки караванщика" целиком:

https://dzen.ru/suite/2d397ecc-d303-4d53-a277-46007675a5ac

Небольшая группа-междусобойчик с разговорами обо всём в ТГ:

t.me/AntohaIgroed