Найти в Дзене
Надежда Кириченко

Про нелюбимую работу

Когда в зале почти 50 человек, притом молодых человек, с которыми в очередной раз решили поговорить о сервисе, тренеру, чтобы удержать внимание надо прямо очень постараться. В ход идут не только серьезные упражнения, но и «веселые конкурсы», анекдоты, шутки-прибаутки. Даже спеть немного пришлось. И мне казалось, что все получается. И команда Отеля была просто прекрасная. Несмотря на майскую жару, работу без выходных и кучу других интересных дел, ребята были всерьез вовлечены и активны. Это всегда «тренерский оргазм». Но один все-таки страдал. Точнее страдал возможно и не один, но смело говорил об этом в лицо запыхавшемуся от «плясок» тренеру только он. Технический специалист на пульте. Сначала он робко спрашивал: «А я могу уйти? Не обязательно же здесь сидеть все время?» Но когда выяснилось, что после его ухода, как часто это бывает с айтишниками, презентация вдруг отказывалась переключаться и звук не работал, понуро склонив лицо, возвращался. Потом уже честно жаловался: «Представляете

Вчера на тренинге в загородном комплексе, за общим весельем и одушевлением был почти незаметен человек, который по-настоящему страдал. Его не замечал ни кто. Но он был. Ему было прямо плохо. Но кроме меня об этом мало кто знал.

Когда в зале почти 50 человек, притом молодых человек, с которыми в очередной раз решили поговорить о сервисе, тренеру, чтобы удержать внимание надо прямо очень постараться. В ход идут не только серьезные упражнения, но и «веселые конкурсы», анекдоты, шутки-прибаутки. Даже спеть немного пришлось. И мне казалось, что все получается. И команда Отеля была просто прекрасная. Несмотря на майскую жару, работу без выходных и кучу других интересных дел, ребята были всерьез вовлечены и активны. Это всегда «тренерский оргазм». Но один все-таки страдал. Точнее страдал возможно и не один, но смело говорил об этом в лицо запыхавшемуся от «плясок» тренеру только он. Технический специалист на пульте.

Сначала он робко спрашивал: «А я могу уйти? Не обязательно же здесь сидеть все время?» Но когда выяснилось, что после его ухода, как часто это бывает с айтишниками, презентация вдруг отказывалась переключаться и звук не работал, понуро склонив лицо, возвращался. Потом уже честно жаловался: «Представляете каково мне сидеть и слушать вас целый день? Это так ужасно слушать то, что тебе совсем не интересно. Это просто мука какая-то». На мое сочувствие и предложение отвлечься чтением или еще чем-то только отрицательно мотал головой и тяжело выдыхал: «Куда ж мне деваться? Директор сказал - буду терпеть». А я недоумевала, почему он считал, что тренинг по клиентоориентированности не про него – ведь он же тоже часть команды и работает на клиентских мероприятиях с заказчиками.

Я бодрила парня. Я громко благодарила его в микрофон и просила ему похлопать группу. Но бедняге становилось все хуже. Он сползал по стулу, иногда (как мне кажется) почти засыпал, и при очередном моем подходе восклицал: «Боже, еще целый час эту нудятину слушать! Какой кошмар!»

Не скрою, мне было неприятненько слышать, что то, что мы делаем с группой – нудятина и фигня. И зачем он мне об этом говорил, я тоже не понимаю, ведь «спасти» я его не могла. Но снова убедилась в двух простых истинах. Первое: когда человек не любит свою работу – жизнь — это боль. Второе: в каждый момент времени мы делаем свой выбор – страдать или проживать его с интересом. Все в наших руках.

В конце мужчина признался, что это его последний рабочий день в Отеле. «О причинах не буду распространяться. Это личное» - сказал он. И я прямо просияла от радости. Ура! Человек, возможно, нашел новую интересную работу. А с Гостями этого чудесного Отеля будут работать те, кто получает от этого удовольствие. Без страданий и мук. Вот такой получился тренинг.