5
– На этот раз точно она!
– Ты и в прошлый раз так же говорил, – усмехнулся Кощей. – Право, твоя горячность порой утомляет.
– Да нет же! Всё совпадает: кот есть, и здоровущий, я таких в жизни не видал. Думал, таких и не бывает. А сама она знаешь кто? Гадалка! Подпольный салон держит, и клиентура не абы кто, я специально поинтересовался. Тут нам точно жир пошёл. Сто процентов наша Яга!
– Проверим.
– Только вот что… Там рядышком пара мусоров отирается. Видать, трепанул кто. Да это не в косяк, конечно, сейчас кашляну на мобилу кое-кому, рамсы перетрём…
– Я же строго предупреждал: никаких официальных контактов, – нахмурился Кощей. – Я расторгаю сделку! И придётся кое-кого финансово наказать. Аванс отменяется.
Лёха поёжился:
– Это… Дед Камо, знаешь, за хрусты кого хочешь порвёт. Тебе-то что, а мне перо в бок получить – как два пальца…
– Вот что, Алексей. Если хочешь что-то сказать, обходись без этого своего блатного жаргона. Используй нормальный русский язык. Договорились?
– А чё так? Вроде ж понятно всё.
– Паки те глаголю: аще уста оскверняше сугубо, да не буди яко пёс лаяй, ибо отрину тя от щедрот своих и возложу грехи на главу твоя. Comprenez vous?
– Чего?
– Того. Непонятно? За языком следи. Старайся выражаться так, чтобы быть воспринятым однозначно, без кривотолков. Бери пример с меня.
– Ясно, – кивнул Косой. – Дошло. Постараюсь.
– Так. Это первое. А второе – пока ты со мной, никого не бойся. Ты мне ещё пригодишься, я надеюсь. И тебе меня держаться, кстати, в твоих интересах.
– Это-то я понимаю. И про воду живую помню. Мне теперь другого выхода нет. Да и день последний остался… А если не успеем, то что – всё?
– Надо успеть. А раз так, заводи машину, поехали смотреть твою стопроцентную Ягу. И, конечно, чтобы без соглядатаев. Сможешь обеспечить?
– В чём вопрос?! Сейчас договорюсь, кенты их отвлекут…
Яга открыла дверь сама. По лицу никак нельзя было определить её возраст: иногда казалось, что ей лет тридцать-тридцать пять, но когда в лёгких морщинках проглядывала усталая умудрённость, она выглядела на все шестьдесят. Было заметно, что гостям она не слишком-то рада: нахмуренные брови сошлись на переносице, колючие голубые глаза в упор разглядывали посетителей.
– Вижу, узнала, – ухмыльнулся Кощей. – Чем угощать будешь?
Яга не пошевелилась, только пальцы крепче сжали притолоку двери.
– Чего она молчит? – с тревогой спросил Косой.
– Молчание – лучший способ послать собеседника, – охотно пояснил человек-тень, неопределённо улыбаясь. – Привет, Горпинушка, представь, я тоже рад тебя видеть! Сколько лет, сколько зим! Может, всё же позволишь войти?
Яга молча посторонилась.
Они прошли в зал, крикливо драпированный с претензией на таинственную загадочность. За стёклами стеллажей, возвышавшихся до самого потолка, угадывались корешки старинных книг, чучела птиц и змей, связки сушёных трав. Вдоль стены под окнами – ряд антикварных расписных сундуков а ля рюсс с металлическими оковками по углам и большими навесными замками. На стенах, друг напротив друга – большие тусклые зеркала. И ни одной иконы.
В центре комнаты размещался могучий широкий стол, покрытый тёмно-малиновой бархатной скатертью, на которой в беспорядке валялись карты таро. На серебряном блюде скалил зубы жёлтый пластмассовый череп и игральные кости –
обе шестёрками вверх, машинально отметил Косой. Дополнял колорит мутный хрустальный шар на подставке; в нём словно клубилась дымка – такой эффект возникал от колеблющегося пламени свечи, горевшей рядом.
– Вычурный претенциозный антураж, – оглядевшись, констатировал Кощей, – явно рассчитанный на незрелое подсознание. Дешёвые эффекты. Всё как всегда.
Яга уселась на резной дубовый стул и жестом пригласила гостей занять такие же, расположенные напротив. Вперив немигающий взгляд в Кощея, она наконец нарушила молчание:
– Зачем пришёл?
– Для начала – за живой и мёртвой водой. Выдай напарнику толику – и пусть себе идёт. А мы с тобой потолкуем с глазу на глаз.
– Василий! – скомандовала хозяйка. – Уважь гостя.
Внезапно на стол со шкафа мягко обрушился громадный чёрный кот. В передних лапах он непостижимым образом удерживал пару пузырьков – с синей и красной жидкостью. Протянув их остолбеневшему от неожиданности Косому, кот строго пояснил:
– Эту вначале, эту потом. Не перепутай.
– Не перепутаю…
– Теперь ступай, – приказал Кощей. – У тебя свои дела, у нас свои. Поторапливайся. На́ вот ниточку, перед тем как войти, бросишь на пороге. И тогда никто тебя не спросит, что да зачем.
– Душевно благодарен, – пробормотал оторопевший Лёха и поспешно ретировался из комнаты. Конечно, он ко многому успел привыкнуть за время знакомства с Кощеем, но говорящие коты – это всё-таки было немного слишком.
– Ну? – неприязненно спросила Яга, проводив Косого взглядом и вновь поворачиваясь к Кощею. – Чего надобно?
Тот ответил не сразу. Вонзившись взглядом в поверхность столешницы, он принялся что-то строить в пустоте: уплотняющийся воздух, не теряя прозрачности, странным образом приобретал форму и цвет. Тонкие губы Кощея беззвучно шевелились, хотя слов разобрать было невозможно. Через минуту на столе стояла гротескная кукла-скелет, наряженная в чёрную одежду, в щегольском цилиндре. Скелет кривлялся и подмигивал – вызывающе и дразня. Яга, недолго думая, смахнула его ладонью на пол:
– Говори толком, не то я вправду разозлюсь. Ишь, развёл тут кукольный театр!
– Как ты полагаешь, – совершенно не сердясь, а напротив, мягко и задумчиво задал вопрос человек-тень, – какой праздник у нас сейчас популярнее: Иван Купала или Хеллоуин?
– А! Вон ты куда клонишь. Пугануть гадов… И то, давно пора, – настроение хозяйки резко переменилось. Под загоревшимися зеленью глазами возникла кривая улыбка.
– Ты всегда меня понимала с полуслова, подруга. Но на этот раз всё опаснее, чем ты думаешь. Мне одному не обойтись. Горыныча придётся привлечь. И ещё кое-кого. Каша заваривается серьёзная.
– Ага… То есть тебе клубок нужен? И кладенец?
– И меч, и клубок. И сапоги. Путь-то, небось, неблизкий.
– Бери, – решительно тряхнула шевелюрой Яга. – Для важного дела не жалко. Ещё что от меня надо? Помощь какая?
– Поднимай помаленьку всех наших. Скажешь, я велел. Только тихо, без лишней огласки. Предупреди строго: чужим знать не надо как можно дольше.
– Крутенько забираешь, – нахмурилась Яга. – Крутая каша заваривается?
– У меня другой не бывает, сама знаешь.
– Да знаю… – Яга фыркнула и оскалилась. – К какому сроку надо?
– На той седмице загляну. Успеешь?
– Не боись, всё сделаю... Васька, проверь, как там ступа – на ходу?
6
Было сыро и душно. В лесу стояла внимательная, настороженная тишина – словно кто-то исподволь следил за проникшими сюда чужаками, никак пока себя не проявляя. Холодная утренняя роса жемчужными точечками поблескивала на траве, на кустах, на изредка попадавшейся паутине. Стволы сосен проступали в остатках тумана, который отчаянно цеплялся за отсыревшие ветви перед скорой своей погибелью от набиравшего силу солнца.
Человек-тень шёл уверенно, то и дело поглядывая на компас.
– Близко уже, – вполголоса сказал он. – Рядом где-то.
– А я думал, клубок – он и должен быть клубком, – так же тихо заметил Косой.
– Какая разница, как он выглядит… Так, сейчас нас встретят. Не пугайся.
– Как же, не пугайся… Да ладно, я привык уже. С тобой не соскучишься.
Вдруг прямо из-под ног с треском вылетела ошалевшая от прерванного сна куропатка. Часто хлопая крыльями, она метнулась между деревьев и мгновенно исчезла, оставив Лёху в некотором недоумении: вроде бы не лесная птица-то? Откуда тогда взялась в такой глуши? От неожиданности он даже выругался ей вослед. А когда отвёл взгляд, перед ними уже стоял леший. Больше всего лесной хозяин напоминал нечто среднее между громадным человеком и вывороченным пнём.
– По здорову ли? – согнулся леший в поклоне перед Кощеем.
– И тебе не хворать, Никита, – ответил тот. – Человека не тронь, а то знаю я тебя! А ты, Алексей, запомни три слова: «шёл, нашёл, потерял». Это у леших вроде пароля.
– Как скажешь, начальник, – глухо ухнул леший, с разочарованием взглянув на Косого. – Не трону.
– Горыныч тут?
– Спит. Будить, что ли?
– Пока рано.
Тут у Косого тренькнул мобильный. Извинившись, он отошёл в сторонку.
– Да? – и уже через минуту, изменившись в лице, повернулся к Кощею:
– Мне домой надо. Срочно!
– Что так? – холодно вопросил тот.
– Камо звонил. Все твои деньги превратились в простые бумажки. И ко мне теперь предъява.
– Я предупреждал: поиск конфиденциальный. И присутствие у дома Яги «пары мусоров», как ты тогда выразился, никоим образом не вписывалось в мои планы. Я, знаешь ли, не терплю, когда нарушают мои условия. Поэтому соглашение расторгнуто, а раз так – нет оплаты. За себя, кстати, можешь не волноваться, твоя доля не пострадает.
– Не в том дело. Они забрали Ингу.
– А! Шантаж. Чего и следовало ожидать. И что?
– Как что?! Я ехать должен, Камо не шутит.
– Никуда ты не поедешь. Вдруг мне понадобишься для контактов с людьми? Не самому же мне заниматься подобной работой! Или ты думаешь, что вместо тебя я пошлю кого-то вроде Никиты?
– Да ведь они бабу попросту замочат! За Камо, знаешь ли, не заржавеет.
– И что с того? У тебя живая вода ещё осталась?
– Есть маленько, – Косой немного расслабился, но тут же возразил:
– А если они тело сожгут? Или рыбам на корм, к примеру?
– Это да, – согласился Кощей. – В таком случае водичка слабо поможет.
– Вот видишь! Так я поеду, а?
– Я же сказал – нет. Ничего с твоей женщиной не случится. Да ты что, не веришь моему слову?
– Верю… – сник Косой. – Только для гарантии мне бы самому… Удостовериться.
– Я сказал нет, – отрезал Кощей и отвернулся, давая понять, что все дальнейшие разговоры напрасны. – Никита, пусти по округе клич, скажи, хозяин говорить будет. Пускай соберутся к вечеру. Да к водяному не забудь наведаться – знаю, знаю, что у вас нелады, но надо. Дело важное.
Ходячий пень тихонько взрыкнул, но перечить не посмел. И тут же исчез: внезапно налетевший порыв ветра размыл его контуры и унёс прочь пыльным облачком.
– Пошли в дом, – сказал Кощей. – Покажу кое-что. Да и отдохнуть с дорожки не помешало бы. Ночка хлопотная предстоит.
Косой нехотя поплёлся следом. Как-то так получалось, что он больше не имел свободы: шёл туда, куда указывал Кощей и делал то, что нужно Кощею. Да и внутри какую-то перемену он чувствовал, словно кто-то другой расталкивал привычные представления, заставляя взглянуть на мир по-своему. И такая зависимость от Кощея начинала тяготить – с одной стороны, а с другой – Лёха понимал: не будь у него такого защитника, положение его моментально стало бы весьма уязвимым и шатким.
Он было попытался снова связаться с Камо, ни тот, ни кто-либо иной из верхушки больше не отзывался. Инга тоже не брала трубки. Косой прикусил губу и бросил бесполезные попытки. Оставалось лишь положиться на обещание босса. Тем более, что Лёха даже не представлял, в какую сторону надо двигаться, чтобы выбраться из этого гиблого медвежьего угла.
«Дом» оказался громадной пещерой, вход в которую был тщательно закамуфлирован под обычный скальный выступ. Открывшийся ход уходил вниз под пологим углом. Поражало количество породы, которое неведомым строителям пришлось для этого извлечь из недр. Стены громадного центрального тоннеля, обложенные грубо обработанным камнем, пестрели ответвлениями, скрытыми за прочными металлическими дверями. Эхо шагов металось по коридору, уходящему вглубь, в непроницаемую темноту. Оттуда, из далёкой тьмы, через равномерные промежутки доносился глухой тяжёлый рокот, словно там великаны, забавляясь, пересыпали каменные глыбы.
– Горыныч храпит, – пояснил Кощей. – Туда не пойдём, рано его тревожить. А вот тут, – он свернул в отнорок, – будет наша с тобой резиденция. Располагайся.
За тяжеленной стальной дверью с мощными засовами оказалось довольно уютное помещение. Старинные кожаные диваны непомерной ширины, старинный же стол с роскошным письменным прибором из малахита, внушительных размеров камин с запасом дров. Аквариум во всю стену – там вяло шевелили плавниками холодные скользкие рыбы. И сейф – массивный, намертво вбетонированный в пол.
Кощей пробежал пальцами по пульту, набирая одному ему известную комбинацию, и с натугой отворил толстую бронированную дверцу. Внутри на бархатных подушечках покоились всего две вещи: медный колокольчик с ручкой – наподобие тех, которые используются в школах во время последнего звонка – и почтенного возраста гусли.
Лёха вопросительно посмотрел на Кощея:
– Это что, тоже какое-то волшебное барахло?
– А как же! – с удовлетворением ответил тот. – Змея можно разбудить только этим вот звоном. А усыпляют его гусли-самогуды. Только так и никак иначе!
– А зачем ты мне это показываешь? Это ж, наверно, тайна?
– Конечно, тайна. Только она давным-давно всем известна. А вот местонахождение этих вещиц действительно большой секрет. Многие бы очень хотели пронюхать, где они хранятся… Даже я до сих пор не знал.
– Даже ты?! А как же…
– Только через Ягу. И в следующий раз, если вдруг понадобится, и Горыныч, и артефакты будут находиться уже в другом месте.
– Понимаю. Это как с ядерным оружием: никто не должен знать всего. Чтобы нельзя было принять решение в одиночку.
– Да, – посуровев, сказал Кощей. – Вот только Горыныч – это много страшней любой атомной бомбы.
- окончание следует -
Автор: Д. Федорович
Источник: https://litclubbs.ru/articles/51885-koschei-5-6.html
Содержание:
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: