"Жизнь среди кротких" - так автор предполагала назвать роман. Но всё же сделала эту фразу подзаголовком. А в наших изданиях подзаголовка не было! Но это логично: хоть писательница и считала кротость едва ли не самым симпатичным человеческим качеством, далеко не все её герои - овечки.
А вот почему глава номер 45, отлично известная англоязычному читателю, не входила в советские издания? Кто не верит - пусть проверит, снимет с полки книгу. 44 главы. Заканчивается тем, что Джордж раздаёт своим рабам "вольные". Все счастливы, и только тётушка Хлоя рыдает: и свобода не радует. Узнала, что она теперь вдова...
Так это же логичное окончание?
Автор, Гарриет Бичер-Стоу, так не считала.
Предвидела обвинения в "сгущении красок" и "слишком буйной фантазии". И в заключительной главе обратилась к читателю с прямой речью: пусть назовут ей хоть один аргумент в защиту рабства!
ВСЕ герои и эпизоды книги реальны. Часть - из первых рук, ведь миссис Гарриет прятала в своём доме беглецов. Часть - по рассказам её родного брата, который служил в торговой фирме Нового Орлеана. Это от него история бедной Прю и образ плантатора Легри - единственного в романе патологического садиста.
Кто-то скажет, что это нетипично? Да, не у каждого хозяина злоба берёт верх над трезвым денежным расчётом. Но власть над другим человеком способствует раскрытию не лучших качеств у каждого.
А вот что совершенно типично, происходит на глазах у всех - это бесстыжая торговля молодыми мулатками и квартеронками. Неужели кто-то не понимает, что это плантаторы продают СВОИХ дочерей?
Известны случаи, когда матери - негритянки сами убивали своих детей, спасая от участи рабов. Известны имена девушек, которые покончили с собой, чтобы не стать производительницами рабов для хозяина. Белые матери, неужели вам сложно их понять?!
Что может сделать с этим каждый из нас? В одиночку? Немного. Но хотя бы правильно относиться к происходящему. Помогать, кому можем.
Молиться? Если верите в силу молитвы. Для большинства из нас она давно превратилась в ритуал. Но мы в долгу перед страдальцами. От нас они ждут просвещения, знаний, они ищут спасения в храмах. И что же? Сколько христиан твердят: "Пусть убираются в свою Африку!"
Не стоит связывать какие-то ожидания с Либерией. Выбросив туда невежественных, беспомощных варваров, вчерашних рабов, мы создадим очаг бесконечной войны всех со всеми. Нет, наш долг - вырастить цивилизованное, грамотное поколение, дети и внуки которого понесут просвещение в Африку. Если пожелают.
Поражает героизм тех, кто вызволяет из рабства не только себя, но и своих родных, близких. А вот признать негров интеллектуально равными себе общество не готово. Пока немногие школы учат вчерашних беглецов, но уже очевидно: учатся жадно, именно с образованием связывая будущее своих детей.
Есть ли те, кто уже "вышел в люди"? Миссис Гарриет рассказывает несколько историй "чисто чёрных" и мулатов, которые сумели получить профессию, завоевать положение в обществе, сколотить капитал. Фермер, торговый агент, парикмахер, краснодеревщик, священник... Даже два издателя. Без поддержки, вопреки всему. И как сомневаться в их способностях?!
Да хоть бы подножек им не ставили! А то ведь и в свободных штатах законы совсем не на их стороне. Вот женщина попыталась выкупить из рабства своего мужа. Работала, копила, вносила деньги частями. Оставалось сделать последний взнос - хозяин умер. Не получила ни мужа, ни денег.
Не всякая ли несправедливость рано или поздно навлекает на народ гнев божий? Одумайся, Америка, и пойми, что тебе отольются все обиды и несправедливости!
А церковь, ныне равнодушная, обязана стать той силой, которая объединит сторонников добра и справедливости.
Вот такую прямую, лобовую проповедь автора просто убрали из советских изданий. Сочли, что детям неинтересно? Но дети очень разные, и многие были бы рады узнать, что автор "не наврал". Или призывы к церкви сочли неуместными? Но Бичер-Стоу и сама на церковь особо не надеется. Просто нет другой организации, которая занялась бы "встраиванием" массы невольников в свободную Америку.
На что же автор надеется? На кого?
Страничка посвящена живому прототипу Сен-Клера. Помните этого симпатичного молодого помещика, отца маленькой Евы? Это он в романе высказывает самые верные мысли о природе рабства и угнетения вообще, но при этом ничего не собирается делать, его лично всё устраивает. "Лишний человек"... Типичный - реалистичный.
Так "в жизни" он оказался интереснее! К своим рабам относился хорошо, вполне по-человечески, и взял одного из них в поездку в свободные штаты. В этом пожилом негре по имени Натан сомневаться было невозможно: он вырастил молодого хозяина. И тем не менее Натан воспользовался случаем - сбежал. И нашёл приют в доме местного квакера.
Хозяин был потрясён: кто же мог так повлиять на вернейшего слугу?! Явился к квакеру и предъявил ему чуть ли не кражу. Квакер спокойно объяснил, что свобода воли, свобода выбора - дар, данный всем людям. Признаёте Натана человеком? И преступником он не является? На каком же основании лишать его свободы?
Молодой помещик чуть поостыл. И пообещал рабу свободу, если только он убедительно объяснит, почему сбежал-то?! Разве с ним когда-нибудь плохо обращались?
Натан вышел к нему и ответил, что хозяина он любит. Но все мы ходим под богом, и хозяин тоже может умереть. Что тогда, кому достанутся его рабы?!
Надолго задумался хозяин, пытаясь вообразить себя на месте своего слуги. Как поступил бы он сам? И решил, что думал и чувствовал бы точно так же. И побег - действительно, единственная возможность.
Вольная была написана тут же. К ней приложено письмо с советами на первое время и полный кошелёк.
Благородство, щедрость, гуманность - это встречается и среди южан. Не будь таких людей - можно было бы отчаяться в роде человеческом. Но... сколько их?
Нет, единственный выход - менять систему, проклятую богом. Руками людей.