Она жила как надо. Как учили. Как правильно. Только вот себя в этой жизни не было.
А в сорок — что-то оборвалось. И началось настоящее. Она жила тихо. Не бедно, не богато. Просто… тихо. Словно лист в чужом потоке — туда, куда дует. Не особенно сопротивляясь. Не особенно выбирая. Так живут многие женщины, у которых есть семья, обязательства, весомая должность, ипотека или просто привычка быть хорошей. Её звали Марина. Ей было сорок. И однажды она проснулась с отчётливым знанием: она не знает, кто она такая. Проснулась — не от будильника, не от звона чашки на кухне, не от слов мужа «ты не забыла, у тебя сегодня встреча» — а как будто из жизни чужой вышла. Как будто снялся гипноз. Или растворилась роль, которой больше не нужно быть. Обычно такие пробуждения случаются после боли. Но у неё не было боли. Было… пусто. Тихо. Как после шторма. Только внутри. И тишина говорила больше, чем тысячи слов. Она встала, как обычно. Приготовила завтрак, поцеловала сына, улыбнулась мужу. Всё — как обычн