Когда HBO анонсировала экранизацию культовой игры The Last of Us, поклонники начали активно обсуждать возможный актёрский состав. Особенно остро встал вопрос выбора актрисы на роль Элли — харизматичной, дерзкой и глубоко ранимой подростки, чей образ уже стал культовым в игровой индустрии. В оригинале Элли озвучивала и играла Эшли Джонсон, чей облик и мимика стали основой для модели персонажа в игре. Поэтому ожидания зрителей были высоки: от актрисы требовалось не только попасть в психологический образ, но и визуально напоминать оригинал.
Но HBO сделала выбор, который вызвал волну негодования — роль Элли досталась Белле Рамзи, известной по роли Лианны Мормонт в Игре престолов. И хотя часть аудитории восприняла её талант положительно, многие обратили внимание на её внешность, которая не совпадает с образом Элли из игры.
Разразились дебаты: почему именно она? Неужели нельзя было найти актрису, более подходящую визуально?
Среди множества предположений — от политкорректности до творческого видения шоураннеров — есть одна простая и, пожалуй, самая логичная версия, которую редко озвучивают публично: контрактные обязательства и экономия бюджета.
Контракты и студийная логика
Белла Рамзи уже работала с HBO на крупном проекте — Game of Thrones, где, несмотря на ограниченное экранное время, запомнилась зрителям благодаря яркому и харизматичному образу. У многих актёров, задействованных в таких масштабных сериалах, в рамках сотрудничества со студией остаются открытые контракты.
Это означает, что HBO может предложить им участие в других проектах на более выгодных для студии условиях — актёр уже "в системе", не требуется длительных переговоров, гонорар ниже, чем у приглашённой звезды со стороны.
Для масштабного проекта вроде The Last of Us, где бюджеты уходят в сотни миллионов долларов, любая статья экономии имеет значение. Особенно когда речь идёт не о главной голливудской звезде, а о молодой актрисе, пусть и с сильной драматической школой. Вместо затрат на поиски, кастинги, переговоры и юридические процедуры с новыми лицами, HBO воспользовалась уже проверенным ресурсом — и выбрала актрису, с которой у них уже был налажен рабочий контакт.
Кстати в этой статье мы сделали разбор второго сезона The Last of Us, где разбираем, что они смогли добить то, что не смогла добить игра.
Фактор узнаваемости и студийного доверия
Рамзи также была безопасным выбором с точки зрения студийной политики. Она показала себя как профессионал на съёмках одного из самых сложных проектов HBO. Это значит — предсказуемость на площадке, способность работать в условиях давления, опыт взаимодействия с крупными съёмочными группами и продюсерами. В условиях, когда на карту поставлен имидж всей платформы, делать ставку на человека, которого уже проверили в бою, — решение вполне рациональное.
Кроме того, после Игры престолов у Рамзи уже была своя фан-база. Пусть и небольшая, но лояльная. А для стримингового проекта любая аудитория — это важный актив. Добавим сюда волну обсуждений, хайпа, и даже негатива — всё это работает на интерес к сериалу. Как бы цинично это ни звучало, споры — это тоже маркетинг.
Итог
Можно спорить о том, насколько Белла Рамзи соответствует образу Элли. Кто-то скажет, что она отлично справилась с драматической частью, кто-то — что это не та Элли, которую мы полюбили в игре.
Но если говорить о логике индустрии, то выбор HBO выглядит вполне прагматичным:
- У студии уже был контракт с актрисой — это упрощает юридическую и финансовую часть.
- Она знакома с внутренними стандартами HBO — это снижает риски.
- Её имя вызывает узнаваемость, а её кастинг — обсуждения, что увеличивает охват проекта в медиа.
Это не красивая история про поиск идеального образа, а будничная реальность продюсерской кухни, где решают не только талант и визуальное соответствие, но и цифры в бюджете, юриспруденция и маркетинг. И, возможно, именно по этой причине Белла Рамзи и получила эту роль. А вовсе не потому, что её сочли "идеальной Элли".
Верите в эту причину? Напишите в комментариях.